Серебряная доля
Шрифт:
К удивлению Лойта Малича, все проблемы со свежим воздухом ограничились "прополкой" выходов вентияционных труб. Почти сразу же оттуда потянуло тухлыми яйцами, и буквально через полчаса в рудник удалось зайти, не рискуя проститься с завтраком.
Сийри опасливо наступила на одну из полосок, в трепетом ожидая реакции, но тщетно - полоска снова замерцала, но этим все и закончилось.
– Можно идти, - облегченно выдохнула девушка.
Внутри шахты
– А дальше куда?
– Вперед, - хмыкнул Лойт Малич.
– Подумаешь, промокнем немного.
Девушка содрогнулась.
– Без этого - никак?
– спросила молчавшая до сих пор Нита.
Начальник на миг задумался.
– Пожалуй, ты останешься здесь, - он достал из вещмешка еще одну лампу, запалил и повесил на ржавый крюк, вбитый в подпорку. Нита вздрогнула, заметив на балках обильную поросль плесени. Местами из-под сочащейся влагой поросли даже не виднелось дерева, так что девушка тут же пообещала себе поставить в церкви пару свечек, если гнилые крепи рухнут не сейчас, а чуть попозже. Сийри же мрачно пробовала сверкающую в свете ламп воду носком брезентового бахила.
– Летняя водичка, в самый раз, - начальник, засмеявшись, первым шагнул вперед.
К огромному сожалению Лойта Малича, проверить им удалось далеко не всю шахту - часть штреков, тоскуя о мускулистых шахтерских руках, давным-давно обрушилась. К великому счастью Сийри, ничего магического, кроме пресловутых полосочек, они не встретили. Более того, примерно через километр блуждания по пояс в воде - как раз, когда Сийри начала бить крупная дрожь, начальник, углядев сухой участок шахты, предложил устроить там привал.
– Я думал - будет хуже, - хмыкнул Лойт Малич, присев на останки вагонетки.
– А тут, по большому счету, мелочи. Правда, с водой надо что-то делать, - он помрачнел.
Сийри, не чуя ног от усталости, смахнула с какого-то ящика полувековой слой плесени и тоже присела, не сдержав стона.
– Ноги сейчас отвалятся, - сказала она.
– Зарядку тебе надо делать.
– сочувственно хмыкнул начальник.
– Привыкай - думаю, теперь ты часто будешь по рудникам шастать.
– Зачем это?
– настороженно поинтересовалась девушка и легонько толкнула носком бахила странный круглый камень у стены. Тот перевернулся, весело ощерившись остатками зубов.
– Что ты так орешь?
– недовольно поинтересовался Лойт Малич.
– Шахта старая - вот рухнет что-нибудь, и засыплет нас, как того беднягу.
– Он склонился над скелетом, наполовину вросшим в завал.
– Ба, да это не шахтер!
К счастью, педантичный покойник, придя в рудник на свою последнюю прогулку, озаботился захватить с собой удостоверение личности. Сильно попорченное плесенью, водой и временем, оно все же кое-что поведало следопытам. Покойного звали Мекеш Толубай, а трудился он младшим лаборантом на кафедре стихии воды.
– По-моему,
– Похоже, никакой чертовщины тут уже можно не бояться.
Девушки сидели на скамейке как раз под окнами каморки Гуннара, наслаждаясь жарким летним солнышком. Сийри, подняв руки кверху, любовалась, как мокрый брезент постепенно светлеет, покрываясь застывшей коркой грязи. Девушка, закрыв глаза, прислушалась к себе - ласковое тепло в магическом зрении представало дождем ярко- оранжевых бусинок, падающих с неба. Касаясь кожи, бусинки бледнели и расплывались, а бледно-синий контур вокруг Сийри дрожал в такт, наливаясь светом.
– Слушай!
– Нита вдруг дернула девушку за рукав.
– За что я тебя люблю, Лойт, - едва слышно прозвучал голос Гуннара, - так это - за желание все свести от сложного к простому. Я тебя правильно понял: ты хочешь, чтобы я нашел этого Толубая, который полвека назад ошивался в Масконе? Да еще уговорил его рассказать о его же темных делишках с "Волчьей пастью"?
Раздался смешок Лойта Малича.
– Не совсем, Гунн. Толубая я уже сам нашел - да только он уже никому ничего не расскажет. У тебя же есть подвязки в Пограничной страже? Просто разузнай про залетную птичку. Сам знаешь, маги так просто к нам не ездят.
– Он был всего-то послушником, - ворчливо возразил Гуннар.
– Хорошо, я подумаю.
Твое мнение насчет новеньких?
Сийри почувствовала, как ее щеки заливает краска, и отошла от окна. Нита последовала за подругой.
– Не стоило подслушивать, - пробормотала Сийри.
– Некрасиво.
– Да, - согласилась Нита.
– Вообще сюда садиться не стоило. Но больше солнечных мест просто нету!
Вечером, на тренировке, Сийри была задумчива, даже колдовала спустя рукава. Пару раз увернувшись от срикошетивших от земли чар, Нита не выдержала.
– Да приди ты в себя, в конце концов!
– возмутилась она.
– Я не хочу стать сусликом.
– А?
– рассеянно поинтересовалась Сийри, а подруга упала ничком в выгоревшую на солнце траву, спасаясь от "Чар многообразия". Любопытная ворона, решившая поглядеть, что же там такое переливается на полянке, даже не успела каркнуть, как превратилась в суслика.
– Ой, блин…
– Вот я о том же, - проворчала Нита, поднимаясь на ноги. Суслик в ужасе оглядел себя, каркнул и стремглав полетел вдаль, размахивая передними лапками.
– У меня все никак из головы этот скелет не идет, - виновато пояснила подруга и отложила в сторонку бумажку с тщательно выписанными чарами иллюзий.
– Почему-то до жути хочется узнать про этого чародея побольше.
– Лойт Малич выяснит и скажет, - возразила Нита.
– Успокойся, сыщица.
– Ага, так уж скажет!
– запальчиво сказала подруга.
– Небось, снова скажет помалкивать.
– А чем плохо?
– недоуменно поинтересовалась девушка.
– Тем более, насколько я в курсе, то скоро сидеть тебе в конторе вообще не придется.