Сердечные тайны

Айзекс Мэхелия

Но разве могла она избавиться от мыслей об Эрнесто Монтесе, племяннике и компаньоне мужа по бизнесу? Аделине всегда нелегко было игнорировать этого мужчину. Теперь же тайная связь с ним стала ее позором. Чем же она в таком случае была лучше Федерико, которого презирала за неверность?

Сам же Эрнесто вел себя так, словно все произошедшее между ними в ту роковую ночь было не просто случайным эпизодом, а имело для него какое-то значение. Аделина тут же ощутила его власть над собой, будто у ее любовника появилось право указывать ей, как жить дальше.

Смешно

и нелепо! Она знала, что ему, в сущности, наплевать на нее. Он доказал это, соблазнив ее той ночью. Поэтому теперь Аделина избегала его общества, понимая, какие чувства испытывал к ней этот молодой красавец. Иногда ей казалось, что Эрнесто и себя презирает за то, что не сумел сдержаться.

В конце концов она была не так уж молода и не настолько привлекательна, чтобы всерьез заинтересовать его. Эрнесто такой же, как Федерико, — умный и амбициозный. И жену станет выбирать, учитывая ее внешние данные и положение в обществе.

Так что, узнав, что она ждет от него ребенка, Аделина приняла твердое решение уехать из Мадрида. И как можно дальше, чтобы надежно скрыться от посторонних глаз. У Паолы уже начались занятия в колледже в Вебстере, и ничто не могло помешать осуществлению этого плана.

1

Резкий, неприятный крик чаек ворвался в полусонное сознание молодой женщины, и она приоткрыла глаза. Большая стая горластых птиц облюбовала место для отдыха на песчаном пляже, как раз напротив ее виллы, и теперь там стоял невообразимый гвалт.

Аделина сладко потянулась в шезлонге и огляделась. Природа дремала в ласковых теплых солнечных лучах. Благоухающие розы, в изобилии цветущие у дома, наполняли воздух сладким ароматом. Вдали — за лужайками с сочной зеленью, за белесой полосой песчаного пляжа — пенились легким прибоем зеленоватые воды Индийского океана.

Зрелище было потрясающее. И в этом раю она могла расслабляться в течение по крайней мере нескольких месяцев. Остров Ла Диг являлся идеальным вариантом убежища, уединиться здесь было даже легче, чем она предполагала вначале. Арендованная вилла оказалась не слишком большой, но очень уютной, что вполне устраивало новоиспеченную хозяйку.

Аделина не нуждалась в огромных особняках и особых удобствах. Ей нужен был дом, позволяющий жить скромно и неприметно.

За долгие годы семейной жизни Аделина, можно сказать, впервые сумела по достоинству оценить преимущество, которое давали ей деньги. Хотя большая часть состояния до совершеннолетия Паолы находилась под опекой, Федерико и жене оставил довольно приличное наследство. Ей теперь принадлежали оба дома в Мадриде, а фонд опеки должен был выделять ежегодно на ее содержание довольно крупную сумму.

Однако у Аделины имелись и свои планы.

По возвращении в Испанию она намеревалась использовать часть средств на благотворительные цели. Ей давно хотелось открыть Центр творчества для одаренных детей, в котором те могли бы бесплатно учиться музыке и живописи. Но даже после необходимых для этой

цели вложений ей самой и ребенку денег осталось бы более чем достаточно.

Итак, Аделина в очередной раз благодарила судьбу. В данном случае за то, что имела возможность воспользоваться частным самолетом, который и доставил ее на остров Ла Диг. Никому не следовало знать о ее местонахождении, пока она не родит. Во-первых, чтобы не ранить Паолу, а во-вторых, и чтобы Эрнесто Монтес ни в коем случае не обнаружил последствий своего вероломного вмешательства в ее жизнь.

Остров, на котором она поселилась, был мало затронут туристическим бизнесом. От пристани до своих домов местные жители чаще всего добирались на повозках, запряженных быками. Не прожив здесь и двух месяцев, Аделина уже полюбила это место.

Поднявшись из кресла и надев соломенную шляпу, она спустилась с крыльца и направилась по траве к пляжу. Выйдя на дорожку, Аделина ощутила подошвами шероховатый грунт, но она уже привыкла ходить без обуви. Единственно с чем ей было нелегко смириться, так это с ощущением безграничной свободы, переполнявшим сердце.

Это так отличалось от ее прежней жизни!

Трудно даже представить, чтобы Федерико разрешил ей ходить в простой трикотажной футболке и линялых шортах. Она привыкла надевать только то, что он велел, ведь для него очень важно было испытывать чувство гордости за свою жену.

Но теперь Федерико умер. И впервые за последние восемнадцать лет Аделина была предоставлена самой себе. Сейчас она ни от кого не зависела и не обязана была никому угождать.

Заманчивое ощущение. И в то же время какое-то затаенное беспокойство не оставляло ее. Неужели ее тревожило неопределенное будущее?

И снова образ Эрнесто Монтеса всплыл в ее сознании, заставив встрепенуться ее сердце.

Хотя он и мог бы быть здесь, рядом с ней, но Аделина не нуждалась ни в его сочувствии, ни в помощи.

А будущее действительно представлялось неопределенным. Она еще пока не решила, где поселится после рождения ребенка. Может, вернется в Испанию, а может, на некоторое время останется здесь.

Полуденное солнце ощутимо припекало. Налюбовавшись прекрасным видом океана, она не стала задерживаться на пляже, чтобы ненароком не получить тепловой удар. Следовало быть осмотрительной, меньше волноваться и следить за своим здоровьем. Со вздохом сожаления она направилась обратно к вилле, на веранде которой показалась горничная. Ее смуглое лицо выражало тревогу.

— Что случилось, Мария? — громко спросила Аделина, ускоряя шаги.

Та отошла в сторону, освобождая вход в дом.

— Ничего такого, сеньора Веласкес… — последовал не очень убедительный ответ. Просто вам звонят. Из Мадрида, как сказал оператор. Я не знала, захотите вы говорить или нет. — Мария вопросительно посмотрела на хозяйку.

У Ад едины вытянулось лицо.

— Мне звонят? — недоуменно произнесла она едва слышно. Неужели кто-то узнал о местонахождении ее убежища? — А-а… кто это, ты не спросила?