Сердцелов

Генер Марго

Гном, тем временем, застелил постель новым бельем.

– Плата? – спросил он, кивая на зеленоватый кристалл на тумбе у кровати.

Колин кивнул. Со слугой у него были давние доверительные отношения. Гном исправно выполнял работу по дому, Колин платил ему тридцать карато кристаллов таафей. А за отдельные поручения полагалась надбавка в виде двух опалов по пол карато каждый. Что даже по меркам Ардэна весьма неплохие деньги. Что говорить об их городе, так далеко находящемся от него.

Обычный помощник или горничная здесь, в Брассе, зарабатывал

не больше пяти таафей, поэтому гном держался за свое место, а Колин ценил его. Поскольку не каждый помощник согласится работать сутки напролет и являться по первому требованию, как сейчас.

Цапнув со стула полотенце, Колин вытер волосы. Теперь они торчат, как колючки у новорожденного ежа. Кое-как пригладив их, он подошел к окну и распахнул створки.

В лицо пахнуло свежестью, на пару секунд он прикрыл глаза.

– Хорошо… – сказал он.

– А чего б не хорошо-то? – отозвался гном из-за спины, который, судя по звукам, подметает осколки разбитых вазонов. – Погода самая что ни есть годная для людёв.

– Я не людь, – напомнил ему Колин.

– Да знаю, я зная, – произнес гном, кряхтя. – Вы не людь, вы сид. Как такое забыть. Вон, девка выскочила вся в слезах.

Колин пожал плечами.

– Знала, на что идет, – отозвался он.

Гном проворчал:

– А мне чуется, не знала. А то б ревела она так?

Юноша хмыкнул, опустив взгляд на брусчатую дорогу, по которой катятся трехколесные телеги, запряженные низенькими лошадками.

– Знала, – отозвался он. – Они все знают.

– Прям, – буркнул гном.

Колин усмехнулся.

– Дарбур, ты сколько у меня работаешь? – сказал он. – Так… это мне двадцать один… Нанял я тебя в… тринадцать. Восемь лет. За восемь лет не привык?

Гном что-то пробубнил и загремел осколками, высыпая их в ведро.

– Привык, не привык… – снова заворчал он, – жениться вам надо. Вот что.

Колин прыснул и даже покосился на него через плечо. Но гном деловито машет веником, усердно делая вид, что не видит, как на него смотрят.

Вновь вернувшись к созерцанию улицы, на которой домов не много, поскольку район элитный, и позволить открыть здесь клуб может разве что сид, эльф или какой-нибудь маг из клана бессмертных. Но эльфы в лесах Терсиэля, а бессмертные маги облюбовали столицы, так что здесь у него не особо много конкурентов.

На крыше противоположного здания городской библиотеки солнечные лучи серебрятся, словно ее покрыли новым слоем серебра. С библиотекой у Колина прежде были ссоры. Её управляющий был крайне недоволен, когда рядом с «храмом знаний» открылось это «мерзопакостное заведение». Но после некоторых уговоров и щедрого пожертвования на благоустройство библиотеки и приобретение новых фолиантов, из «мерзопакостного» заведение превратилось в «место благого отдохновения». И Колину искренне нравилось предаваться этому самому отдохновению.

– Нет уж, дружище, – проговорил Колин, разглядывая блестящую крышу, которую отреставрировали на его же деньги. – Жениться не буду.

– А зря, – сказал гном.

Колин

покривился.

– Чтоб она на меня, как на божество смотрела?

– А чего плохого-то? – удивился Дарбур. – Пущай смотрит, в рот заглядывает да помалкивает. Как раз самое то. Неболтливая баба, дороже таафей. Да чего там, дороже золота!

Из библиотеки вышли две девушки, обе с фолиантами, в платьицах – несмотря на осень, погода теплая. Одна пострижена под мальчика, чернявая, волосы торчат ежиком, у второй коса от самой макушки, белая с рыжими прядями.

– Золотом за женщин платить слишком накладно, – произнес сид, переводя взгляд на особу, что плывет на уровне второго этажа, оседлав метлу.

Одета в классический черный наряд ведьмы, на голове остроконечная шляпа с полями. Пролетая мимо окна, она зыркнула на Колина, глаза сверкнули, как изумруды, ведьма приветственно кивнула. Сид помахал в ответ, ведьма поджала ноги и умчалась дальше по улице. Но, пролетев над крышей ратуши, испарилась, будто исчезла за невидимой стеной.

Гном, тем временем, ответил:

– Ну, про золото я согласен. Дюже много. Но, как по мне, так вам нужна баба. Постоянная баба. Чтоб душу грела, а не только постель.

– С душой у меня порядок, – сообщил Колин. – И подогретой постели вполне хватает. Ну и допустим. Заведу я себе постоянную девушку. Хотя ты меня знаешь, и представляешь, как это непросто при моих данных. И что?

– Ну…

– Вы все видите только одну сторону обожания, – не дал закончить ему сид. – Оно приятное, не поспоришь. Но я бы в жизни не связал жизнь с бабой, которая выбрала меня лишь потому, что я сид. Весьма обеспеченный кстати. Они же меня все на цепь посадить мечтают. Вроде ручного грифона или мантикоры. Только плененный зверь или ломается, или смотрит в лес. Понимаешь. Дарбур?

Гном фыркнул.

– Вот только не рассказывайте мне, что вам не льстит и не нравится.

Колин кивнул и обернулся.

– Очень нравится, – согласился он. – Обожаю, как они смотрят на меня, как готовы одежду на себе рвать, лишь бы я обратил на них внимание. Видел кристалл на столе?

Гном нехотя пробубнил поднимая ведро с осколками:

– На глаз где-то пятьсот карато таафей.

Юноша оперся ладонями на подоконник и проговорил:

– Вот именно. Я не готов отказаться от такого удовольствия. Могу менять их каждую ночь, или день. Зачем мне одна, если у меня есть все?

– Как-то вы себе противитесь, господин Маккенна, – сказал гном потирая короткую бороду. – Вам не нравится баба, чтоб в рот заглядывала, но одноразовые заглядывать должны?

– Именно.

– И как тогда жениться?

Колин усмехнулся, вновь проведя ладонь по волосами и закидывая их назад.

– В том и дело, что никак. Это я тебе и пытаюсь сказать.

Гном открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но в дверь громко постучали. Колин моментально напрягся, по телу прокатилась волна тепла, которая возникает при любых признаках опасности, разгоняя кровь и нагнетая в мышцы мощь сида.