Сердцеедка
Шрифт:
– Меняешь счастье на вонючие двадцать тысяч долларов!
– Фунтов.
– Какая разница? Ну, будут эти деньги валяться у тебя в банке. Тебе же только и надо – смотреть в конце месяца на цифирки в бумажках и радоваться.
– Дорогая, деньги – это страховка на будущее.
– Страховка – люди! – крикнула Зара. – Деньги тратятся, а люди остаются!
– Нет, не остаются, – свысока ответила Флер. – Люди уходят.
– Не уходят! Ты сама от них уходишь! Ты им не оставляешь выбора!
– Дорогая,
Голос Флер слегка дрожал. Она щелкнула ярко-красным ногтем по золотой карте.
– Пусть я ребенок, – сказала Зара. – Значит, у меня уже и своего мнения быть не может? – Она выглянула в окно. – Банк открылся. Давай, иди, загребай бабки. А Ричарда выбрось на помойку. Выкидывай нафиг самого хорошего человека в мире. – Зара нажала на кнопку, и стекло с еле слышным шорохом пошло вниз. – Иди! – повысила она голос. – Торопись, чего ждать-то? Валяй, исковеркай ему жизнь! Всем нам!
– Помолчи! – закричала Флер. – Можешь ты помолчать? Мне нужно подумать. – Она прижала ко лбу трясущуюся руку. – Мне нужно со всем немножко подумать…
Джиллиан вежливо спросила:
– Значит, вы работаете в области фармакологии, Хэл?
Уинтерс слегка оживился.
– Специализируюсь на обезболивающих. Фирма, которую я представляю, выпускает высококачественные анальгетики в виде таблеток. На настоящий момент это второй по величине производитель в Соединенных Штатах.
– Боже мой! – сказала Джиллиан.
– У вас бывают головные боли, мэм?
– Наверное, иногда бывают…
Хэл Уинтерс вытащил из кармана прозрачную упаковку таблеток без всяких надписей.
– Более эффективного средства вы не найдете! Дело в том, что оно воздействует на причину боли. На самые корни, можно так сказать. – Он зажмурился и похлопал себя по затылку. – Как правило, боль начинается вот здесь. Отсюда распространяется дальше. – Хэл открыл глаза. – Так вот, главное – остановить боль, пока она не распространилась. Это и делают наши маленькие красавцы.
– Понимаю, – слабо отозвалась Джиллиан.
– Хэл, каждый раз, как ты мне это излагаешь, у меня самого начинает болеть голова, – пожаловался Джонни. – Поэтому твои таблетки так хорошо раскупают?
В кухню вошел Ричард.
– Я побеседовал с полицейскими. Помощи от них не скоро дождешься.
– Папа, – тихо сказал Энтони. – Пап, мне надо с тобой поговорить.
– Что такое?
Энтони судорожно сглотнул.
– Давай выйдем.
Они пересекли прихожую и вышли из дома. Входная дверь стояла настежь – на случай, если Зара потеряла свой ключ. Ночью прошел дождь, воздух был влажный и свежий. Энтони подошел к деревянной скамейке, вытер сиденье и сел. Здесь их не могли услышать.
– Так, – сказал Ричард, усаживаясь рядом и вопросительно глядя на сына. – О чем речь?
– О
– Энтони! Ты знаешь, где она?
– Нет! Понятия не имею! Просто… – Он покраснел. – Сегодня утром кое-что случилось…
– Утром?
– Ну, точнее, ночью.
– Энтони, мне все это не нравится.
– Да ничего плохого не было! В общем… Просто… когда рассказываешь, звучит не очень… – Он набрал побольше воздуху. – Заре вечером стало одиноко, она и попросилась спать со мной. То есть, ну… Ты понимаешь. В моей кровати. Для компании.
Он умоляюще смотрел на Ричарда. Тот резко выдохнул.
– Ясно, – тихо сказал Ричард. – Теперь многое становится ясно.
– Мы ничего не делали! Честно! Я не вру! Вот только Флер…
– Что – Флер? – вскинулся Ричард.
– Она нас увидела. Вместе, в постели. Она… – Энтони нервно облизнул губы. – Она жутко разозлилась.
– Флер была здесь?
– Утром, очень рано. Ни свет ни заря. Вошла, увидела нас – и утащила Зару с собой.
– Еще бы! – гневно крикнул Ричард. – Энтони, как ты мог?
– Я ничего не сделал!
– У тебя что, совсем мозгов нет?
– Я не подумал… не сообразил… – Энтони заглянул в глаза отцу. – Папа, прости… – Его голос сорвался. – Честное слово, мы не… Ничего такого…
– Я тебе верю, – сжалился Ричард. – Но пойми, как все это выглядело с точки зрения Флер. Она доверила нам свою дочь. – Он уронил голову на руки. – Странно, что она не пришла ко мне…
Энтони прикусил губу.
– Ты думаешь, она вернется?
– Не знаю. Очень хочется верить, что вернется, хотя, возможно, она решила… решила…
Он не мог продолжать.
– Если не вернется, это я виноват! – крикнул Энтони. – Флер не приедет, и Зара не встретится со своим папой! Черт, я все испортил!
– Дело не в тебе, – сказал Ричард. – Не говори ерунды. Ты просто не все знаешь.
Некоторое время они сидели молча, и каждый думал о своем.
Вдруг Энтони сказал:
– Ты ее любил по-настоящему, да, пап?
– Да, – ответил Ричард. – И сейчас люблю.
– Как по-твоему, куда она поехала?
– Не представляю. – Ричард вытянул ноги и внезапно встал. – Нужно рассказать все мистеру Уинтерсу.
– Папа! Я не могу!
– Придется. Иначе будет нечестно. – Ричард строго посмотрел на Энтони. – Похоже, он порядочный человек. Мы обязаны сказать ему правду.
– Он меня убьет!
– Вряд ли. – Ричард невольно улыбнулся. – В наше время не заставляют жениться под дулом пистолета.
– Жениться? – ужаснулся Энтони. – Да мы даже не…
– Я понимаю, что вы даже «не». Просто пошутил. – Ричард тряхнул головой. – Эх, молодежь, слишком быстро вы вырастаете. Может, это очень увлекательно – пить, курить и спать в чужой кровати, но тут тоже бывают свои склонности.