Сердцеед
Шрифт:
— Я узнала твою машину, — сказала брюнетка. — Потом я отправилась в супермаркет, только что оттуда. Занимаюсь ночным шопингом, как видишь. — Она подняла пакеты. — А тут как раз ты. — Она радостно взглянула на него.
У Слоун защемило сердце, когда она услышала ответ Чейза.
— Привет, Синди.
Слоун не могла понять по его тону, рад он видеть ее или нет и как он к ней относится.
— Я давно не слышала о тебе. — Она говорила, не укоряя, но с некоторым разочарованием в голосе.
— Я был занят.
— Ты не собираешься представить мне свою подругу? — спросила Синди, поворачиваясь к Слоун, одетой в куртку Чейза и следящей за тем, как разворачиваются события.
Он тяжело вздохнул.
— Синди, это Слоун. Слоун, это моя… — Он сделал паузу, достаточную для того, чтобы Слоун подозрительно прищурилась. — Это мой друг, Синди.
Чейз закончил с представлением, сжал зубы, настроение его, очевидно, испортилось еще больше.
Слоун больше не дрожала. Между этими двоими явно была какая-то связь. А вот какая — это другой вопрос, но Чейз явно не спешил с откровениями.
Чейз помог Синди уложить сумки в багажник, она уехала. Но перед этим он поцеловал ее в щеку, что вызвало у Слоун приступ ревности.
Когда мужчина вызывал у нее такие эмоции? Никогда. Она всю дорогу кусала нижнюю губу, сидя рядом с Чейзом и размышляя, что говорить и делать дальше.
— У меня к тебе предложение, — услышала она свой голос, прежде чем поняла, что произносит эти слова.
— Какого рода? — спросил он, посмотрев на нее краем глаза.
— Ты расскажешь мне о ваших отношениях с Синди, а я расскажу тебе о моих отношениях с Самсоном.
По дороге Чейз остановился у «Бургер кинг». Они так проголодались, что поели прямо в машине. Слоун знала, что он, ждет объяснений, но ей нужно было срочно позвонить Мэдлин, как только они доберутся до дома.
Звонок Слоун успокоил Мэдлин, находившуюся на грани срыва. Благодаря Роману, который уже поговорил с Риком, ее мачеха узнала о взрыве. Слоун пообещала звонить ей чаще, но о взрыве она ничего нового сказать не могла. По пути домой Чейз позвонил Рику на сотовый и спросил, как продвигается расследование причин взрыва. Тот ответил, что дело еще не закрыли, но по предварительной версии это был несчастный случай.
Если бы она основывалась только на эмоциях, то могла бы и согласиться с этим. С обоими — с Фрэнком и Робертом — она буквально выросла, и ей было трудно поверить, что они могли причинить вред другому человеку. Однако как только она вспоминала угрозу Фрэнка, все ее сомнения исчезали. Но она не хотела расстраивать этим еще и Мэдлин.
Что же касается Майкла, то, по словам Мэдлин, он был в ярости, потому что Слоун узнала правду о своем родном отце, но до сих пор не поговорила с ним. Слоун пообещала позвонить ему, если, конечно, он не будет занят. Майкл и Мэдлин по-прежнему говорили всем, что Слоун
Слоун предпочла не заводить разговор о Чейзе и о том, что Мэдлин попросила его присмотреть за ней. Она решила, что, как мать, та заслуживает некоторого снисхождения. Поговорив с мачехой, Слоун переоделась и вернулась в гостиную.
После того, что случилось днем, она была выжата как лимон. Если бы им не нужно было поговорить, она тут же уснула бы с сознанием того, что ее секрет все еще в безопасности.
Но поговорить им все-таки придется.
Уставший и напряженный, Чейз сел на диван и вытянул ноги. Взглянув на телефон, он заметил красный огонек индикатора. Слоун разговаривала по телефону.
Минутой позже она вышла из комнаты для гостей, маленькой спальни, которую ей выделил Чейз.
— В тихом омуте черти водятся? — спросила она.
— Ты о чем?
— Ты поразил меня своим поведением в баре. — Она присела на краешек дивана, подальше от него. На него повеяло ароматом ванили. Теперь, когда они решили, что она поживет у него, Слоун выложила кое-что из своих вещей в его личной и единственной в доме ванной комнате.
Она спросила его, не возражает ли он. Он сказал, что не возражает.
Она сменила одежду, в которой была в баре, и теперь сидела в удобных серых спортивных брюках и старой обтягивающей розовой футболке. Лифчика на ней не было.
Он попытался сглотнуть, но во рту пересохло.
— А ты предпочла бы, чтобы на моем месте оказался Дайс?
— Нет. — Она натянуто засмеялась. — Но теперь я знаю Чейза Чандлера с другой стороны.
— Я могу сказать о тебе то же самое, Слоун Карлайл. — Именно поэтому он не рискнул пригласить ее в свою комнату, в свою постель.
Хотя он и почувствовал явный отклик с ее стороны, но решил на него не реагировать. Он прорисовал для себя все стороны ее личности, даже те, о которых пока только догадывался, и сделал вывод: она представляет угрозу его будущему.
— Я думаю, самое время сказать мне, что ты делала в «Крейзи эйтс» и почему мы должны вернуться туда вечером в пятницу.
— Мы? — Она сморщила носик, удивленная его выбором слов.
Он нахмурился из-за явной попытки сменить тему разговора.
— Ты уже поняла, что я не отпущу тебя одну. Так что потрудись объяснить, почему мы должны вернуться туда.
Она откинулась на подушки дивана и прикрыла глаза. Ее волосы колечками рассыпались по плечам, их насыщенный цвет волнующе контрастировал с серой обивкой дивана. Она привнесла яркие краски в его блеклое существование. Ему хотелось опрокинуть ее на диван и насладиться этими красками так, как он умел это делать.
«Не сейчас, Чандлер, полегче», — предупредил он сам себя.