Сердцебиение

Дьюки Кер

БАМ.

Мои глаза расширились, и изо рта вырвался вздох облегчения, когда я увидела перед собой Малика, а не Фрэнка. Он опустил лампу, что сжимал в руке, которую вероятно подобрал, чтобы ударить моего мучителя.

Я присела и посмотрела вниз на Фрэнка, чье бездыханное тело лежало на полу.

Мой рот раскрылся в крике полного отчаяния, которое рвалось из меня. Шок и чувство избавления от неминуемого конца выплескивались из меня громким плачем.

Глава 27

ОТЧАЯННАЯ ЯРОСТЬ

Данте

Я

хотел побыстрее добраться домой и скрыться ото всех, пока мне только был введен наркотик. Стар упомянула во время телефонного разговора, что чувствовала себя не в своей тарелке по поводу Фрэнка. Она застала его во время того, как он фотографировал ее, и она начинала волноваться по поводу его развивающегося нездорового внимания. Господи, она всегда приукрашивала ситуацию. Но он, черт бы его побрал, заглядывался на нее. Он и Малик, наверное, специально спланировали вместе с Делией, чтобы она пришла в дом без наркотиков, чтобы мне пришлось уехать, в то время как они бы могли побыть наедине со Стар. Бл*дь! Мой разум сводил меня с ума.

Я даже не дал лодке полностью остановиться, прежде чем выскочил из нее и спрыгнул на причал.

Открывая входную дверь, я с порога был встречен криками Стар, что заставило мое тело окаменеть. Мое сердце позабыло, как биться, в то время как разум подкидывал мне тысячи сценариев происходящего, тело действовало на автопилоте, когда я бежал по дому на ее крики.

Но ничего не готовило меня к тому, что я увидел, когда ворвался в комнату. Стар пребывала в состоянии хаоса: ее тело было избито, платье разорвано на части, а рот широко раскрыт, крики вырывалась из ее горла один за другим, когда над ней нависал Малик.

Отчаянная ярость застилала мой взор. Она вытеснила все здравые и человеческие мысли из моей головы, требуя утолить свой голод, вырываясь на свободу.

Сквозь дымку стремительных движений, все ощущалось так, словно я наблюдаю за происходящим со стороны. Я ворвался в комнату, наклонившись, чтобы поднять осколок от разбитого зеркала, быстро перемахнул через кровать и вонзил его прямо в горло Малика. Его горячая кровь брызнула мне прямо в лицо, заставляя смаргивать струи, что фонтаном хлестали в глаза. Его глаза распахнулись, абсолютное неверие и шок отразилось в них, когда его рот раскрылся, и издал булькающий звук. Да, ты умираешь, ублюдок, поверь в это.

Я резко выдернул осколок из его шеи и затем воткнул им в его промежность, нанося удары вновь и вновь, не в силах сдержать свою ярость: ощущение эйфории и экстаза растеклось по каждому кровеносному сосуду в моем теле.

— Я, БЛ*ДЬ, ПРЕДУПРЕЖДАЛ ТЕБЯ! — заорал я, перекрикивая истерику Стар.

Его тело повались на меня. Но я отбросил его в сторону и задрожал всем телом, смотря на свою трясущуюся руку, моя и его кровь смешались вместе. В конце концов, ему все-таки удалось обменяться со мной жидкостями (прим. пер. — отсылка к тому, когда Данте думал о том, что Малик хотел с ним переспать).

Я бросил осколок и вздрогнул от глубокой раны на моей ладони, и тогда я заметил Фрэнка пребывающего без сознания в одном полотенце. Мертвые глаза Малика

уставились на меня, тогда как он лежал рядом с Фрэнком, кровь вытекала из его тела стремительно, образовывая темно-красную лужу.

Бл*дь. Я знал его на протяжения такого долгого времени и собственными руками прирезал его.

— Это был Фрэнк! Это был Фрэнк! Это был Фрэнк! — ее истерические крики не прекращались.

Что? Это был Фрэнк?

— Не двигайся, мать твою! — Я перевел взгляд к двери, видя там Дженсона, который направлял на меня пистолет. В то время, как я оставил свой в кабинете, потому как мой разум соображал не совсем хорошо.

Ох, ну просто замечательно. А за ним последовал мой придурок брат! Мне следовало убить его, когда у меня был шанс сделать это — в утробе матери, обернув пуповину вокруг его шеи.

Бл*дь!

Я стремительно потянулся вниз, схватил большой осколок стекла и притянул Стар к своей груди, держа осколок у ее горла. Я бы никогда не убил ее, но им не нужно было знать этого.

— Держись подальше, ублюдок, или же я вскрою ей артерию.

Ее тело нещадно сотрясалось от всхлипов, поэтому мои руки, покрытые кровью, продолжали соскальзывать с нее.

— Спокойно, детка, все хорошо, — утешал я ее, нашептывая на ухо.

Раздался громкий звук выстрела. Мое тело дернулось, когда правое плечо обожгло огнем, нестерпимая боль стремительно прокатилась по всему телу. Какого хера произошло?

Я упал назад с кровати вместе со Стар в моих руках, наши тела приземлились на пол с глухим тяжелым звуком. Я почувствовал это — осколок зеркала вонзился в нее. Мне никогда не претило насилие, к которому я прибегал, но неопределенность от того, что я только что совершил, потому что какой-то придурок выстрелил в меня, заставила мои внутренности трепетать от ужаса. Она выпала из моих рук, соскользнув к телам Малика и Фрэнка.

Глава 28

ТАК МНОГО КРОВИ

Кейд

Все случилось очень быстро: прозвучал выстрел и стон Данте, а затем они упали. Какого хрена он делал с ней? Она выглядела ужасно, и, ко всему прочему, пребывала в шоковом состоянии. Мы ждали слишком долго, чтобы вернуться за ней.

Дженсон обогнул кровать для того, чтобы держать Данте на мушке, но что-то заставило его замереть. Все было словно в замедленной съемке, в то время как я готовился увидеть, что моя девушка невредима.

Я не мог слышать ее. Не мог слышать ничего, кроме медленных ударов сердца в своих ушах.

Я обошел кровать и вздохнул от облегчения. Фэй склонилась над кем-то, ее руки были покрыты кровью, когда она прижимала их к шее мужчины. Он был смертельно бледным, его глаза были безжизненными и остекленевшими. Это был Малик.

Я с размаху пнул Данте по лицу, вырубая его, прежде чем он успел бы хоть что-то предпринять, вынуждая нас с Дженсоном расправиться с ним раньше срока.

— Мне так жаль, — моя девушка рыдала на груди Малика, теперь ее ладони лежали на его лице, Фрэнк лежал рядом с ними, с кровью, сочащейся из его раны на голове.