Сердцебиение

Дьюки Кер

Неуверенно встав на ноги, я оттолкнула руки Эми, когда она потянулась поддержать меня.

— Почему ты здесь?

Широко открыв глаза и высоко подняв брови, она удивилась моему вопросу.

— Я здесь ради Кейда.

Да, полая черная дыра внутри меня вернулась снова, поглощая последние остатки души. Он переехал к ней, нашел утешение в ней? Слезы катились градом по моим щекам. Смерть была бы не столь болезненной, как это.

— Где он?

Я последовала за ней из гостиничного номера, через коридор в другую комнату. Бежевые ковры и свежевыкрашенные стены играли роль гостеприимного хозяина для всей команды, Beneath Innocence (прим. пер. — название

группы), а также для Фрэнка, Седа и Кейда.

С ними прибыл профессиональный медик, Алекс, обрабатывающий травмы Кейда. Алекс сопровождал Кейда и его охрану. Клянусь, что он никогда бы не поверил, что ему придется обрабатывать пулевые ранения.

Кейд очнулся и разговаривал с Дженсоном. Он выглядел бледным, но прекрасным. Каждая клеточка моего тела вибрировала и тянулась к нему. Тишина поглотила все вокруг, когда он повернул голову в мою сторону, единственным звуком был стук бьющегося сердца в моей груди.

— Фэй, — прошептал он мое имя.

Люди проходили мимо меня, выходя из комнаты, и в мгновение ока мы остались одни. Он встал, надел только джинсы, что были в крови, его крови. Боже, Данте был сумасшедшим. Мускулы на его торсе сократились и напряглись, когда он направился ко мне. Забинтованными руками схватил мое лицо, и слезы заполнили глубину его карих глаз.

Он коснулся моего лба своим.

— Я думал, что потерял тебя, — выдохнул Кейд, падая на колени передо мной, крепко обхватывая за талию так, что стало больно, уткнувшись лицом в мой живот. Но меня это не напрягало, а наоборот, возвращало к реальности. Он пришел за мной. Я была с ним.

Мои пальцы проскользнули сквозь густые волосы, которые были длиннее, чем у Данте. Очевидно, он какое-то время не стригся. Когда Кейд напрягал плечи, татуировки на его коже, половину из которых придумала я специально для него, двигались, как будто были живыми. Его глубокий, протяжный крик, вибрирующий напротив моей кожи, разорвал мое сердце.

Он вскочил на ноги и схватил мою руку, морщась от боли в ладони. А затем потащил меня в ванную и включил душ.

— Детка, сними свою одежду, — он был сломлен, нахмурив брови, а голос стал скрипучим. Я не была готова к этому. — Детка, ты пахнешь им. Разденься, пожалуйста.

Осознание ударило меня, как разрушительный мяч. Он чувствовал запах секса на мне. Торопясь отделаться от кошмара, я быстро сняла вещи и положила их в корзину для белья в углу комнаты.

Стоя под струей горячей воды, я знала, что никогда не смогу очиститься от своих грехов, но я была здесь с Кейдом, не с Данте. Мир снова приобретал краски.

Кейд наблюдал за мной некоторое время, изучая каждый дюйм меня, и слезы текли из его глаз каждый раз, когда он натыкался на синяки. Мое горло было покрыто черными и синими кровоподтеками. Кейд сжал кулаки, и алые реки сразу же покрыли некогда белые бинты. Должно быть это чертовски больно. Мне необходимо было погасить его ярость.

Я протянула руку к нему и ждала. С каждой проходящей секундой он не двигался, а я не дышала. Когда он взял мою руку в свою, а затем зашел в душевую кабину, в моем сердце вспыхнул огонь. Он был таким бескорыстным и всепрощающим; был бы он таким, если бы узнал обо всем?

— У тебя идет кровь, — пробормотала я, взяв его ладонь и целуя красные пятна на ней.

— Алекс обезболил их.

— Я сожалею, — плакала я, поднося ладонь к своей щеке, моля его о прощении, утешении и любви.

— Нет, не говори так. Я потерял тебя, мне так жаль… он заплатит за это, Фэй. Я клянусь своей душой, он умрет за это.

Схватив мыло с полки позади меня, он начал очищать мое

тело, его прикосновения были мягкими, как шепот, в противовес, жестким прикосновениям, к которым я успела привыкнуть.

— Я скучал по тебе так чертовски сильно. Я скучал по этим ямочкам, — его рука прошлась по впадинам в нижней части моей спины. Он упал на колени, и его джинсы пропитались красной водой, окрасившейся кровью. — Я скучал по этому крошечному шраму, который остался после того, как ты в гневе бросила пустую бутылочку и почувствовала себя настолько виноватой, когда она разбилась, что побежала поднимать осколки и опустилась коленом на один из них. — Его губы поцеловали мое колено. — Я скучал по твоим непослушным волосам, когда ты только просыпаешься, блеску твоих глаз, когда ты возбуждена. — Он втянул мой сосок. Моя спина выгнулась, а затем от стыда все мое тело застыло. — Прости, Фэй. Я не должен был касаться тебя, знаю, но я, бл*дь, умер, когда мне сказали, что ты испытала. Мне нужно знать, что ты действительно здесь. Пойдем, ляжем на кровать, пожалуйста. Позволь мне обнять тебя.

— Мне нужно, чтобы ты обнял меня, — прошептала я. — Больше всего на свете, Кейд.

Печаль омрачила его глаза, и я ахнула, когда он наклонился и поднял меня на руки, вода стекала с наших тел на всем пути из ванной в спальню, где он осторожно положил меня на кровать и свернулся рядом со мной.

Глава 8

ЗДЕСЬ ТЕЛОМ, НО НЕ ДУШОЙ

Кейд

Моя голова пульсировала, боль взрывалась в обеих ладонях, но ее аромат переполнял меня, затмевая все остальное. Это не была просто ее подушка или воспоминание о ней, это была Фэй. Ее шелковистые пряди рассыпались лесенкой по моей груди, ее мягкая щека покоилась на моих ребрах. Обнаженные изгибы любимого тела были обернуты вокруг моего. Она была дома.

Я не мог дышать из-за абсолютного восторга держать ее в моих объятиях. Ничего не сможет стереть воспоминания о том, как я нашел ее. Понимание того, что он делал с ней. Я не был готов к развязке, которую получил в итоге, но мне нужно было знать, что не стоило недооценивать ублюдка.

— У него были твои татуировки. — Голос Фэй звучал так тихо, что я был убежден: мне послышались ее слова. Ее тело отодвинулось от моего, затем она посмотрела на меня. — У него даже были твои татуировки. Как мне удалось сломать его так всецело, Кейд?

Данте был извращенным ублюдком, который не был профессионалом в том, что он делал. Даже наркоторговцы никогда не употребляли свой товар. Данте же производил свой, и именно это заставило его ступить на путь разрушения. Фэй не знала, что я следил за ним. Я хотел найти его, когда он исчез и вычеркнул нас из своей жизни. Когда он разбил ей сердце. Мне нужны были ответы, а вместо этого я обнаружил брата в приподнятом настроении, в кровати с какой-то шлюхой. Он не желал ни разговаривать, ни слушать меня. Я следовал за ним повсюду в течение недели, прежде чем пришел к выводу, что он никогда не чувствовал того, что испытывали мы и никогда не вернулся бы домой. Если бы я только знал, на какой темный путь ступила его душа, то я бы вмешался, но я тоже не был гребаным святошей. У меня самого были потаенные секреты и сомнительные моменты в моей жизни; но я никогда не позволял этому отразиться на Фэй. Как я мог позволить ему сделать это с ней, с нами? Мне нужны были ответы. Мне необходимо было знать, через что он заставил ее пройти и почему.