Сердце Зимы
Шрифт:
– Бабушка, если ты это сделаешь, и я, и мама, и брат – все перестанем приходить! Одна будешь работать круглый год! – Зима провела рукой перед лицом Оксаны, временно околдовав её, погрузив в забвение и неподвижность, чтобы она не подслушала их профессиональные тайны.
– Ты что же, весь мир готова снегом засыпать на веки вечные из-за одной девчонки? – спросила она у Весны, укоризненно посмотрев на свою вспыльчивую внучку.
– Готова. И не моя в том вина! Ты сама равновесье нарушила! Вернуть нужно девочку, не время ей ещё умирать!
– Ну, попробуй, посмотрим, что у тебя получится! – Зима демонстративно отвернулась, сложив руки
– Но, но! Полегче! Не на пляже в Майами чай! – сказала она, обмахиваясь своим белым беретом как веером.
– Не ворчи, всё готово! – радостно ответила Весна. – Жива девочка, только передержали мы её: духов будет видеть и других обитателей тонкого мира. Но тут уж ничего не поделаешь!
– Молодцом! Хорошая работа! – Не удержалась от похвалы Зима. – А что зрение второе открылось, так это ничего! Мне как раз такая и нужна!
– Нужна? Для чего? – с недоумением спросила Весна.
– Как для чего! Сердце моё сыскать! – ответила Зима чуть раздраженно, словно разъясняя простую задачку непонятливому ребёнку.
– Бабушка, тебе мало, что ты её чуть не…
– Не спорь! – Зима решительным жестом выставила вперёд руку. – Итак, пустила тебя вне очереди! Вон, посмотри, что натворила! – Зима обвела рукой некстати расцветшую трамвайную остановку. – Завтра по всем каналам в новостях будут показывать эту твою аномалию!
– Ну, поступай, как знаешь! Может быть, она и правда найдёт твоё сердце, – примирительно сказала Весна. Зима щёлкнула пальцами перед самым носом Оксаны, и та недоумённо заморгала глазами.
– Что со мной было? Надо же, как тепло! Вы сняли порчу? – заговорила она, ещё не совсем придя в себя.
– Сняла. Жива, здорова девчонка, но как сровняется ей двенадцать лет, чтобы ко мне её привела на выучку, слышишь? – Зима крепко сжала руку Оксаны холодными сильными пальцами.
– К вам это куда? – спросила она, условие старухи ей совсем не нравилось, но она уже знала, что с ней лучше не спорить.
– Вот позвонишь мне, – в руках Оксаны оказалась голубая визитная карточка с номером мобильного телефона и одним словом «Зима».
Глава 2
Восемь лет спустя
Дети играли во дворе, Оксана махнула им рукой из окна их очередной новой квартиры. Им часто приходилось переезжать. Она и документы сменила, и работу, и адрес, скрываясь от этой противной старухи… Пускай теперь попробует добраться до её ребёнка! Оксана тяжело вздохнула, вспомнив ту давнюю историю. Ведь угораздило же её повздорить с настоящей ведьмой! Да, именно так – ведьмой… колдуньей… выходит, не всех в средние века сжигали на кострах безвинно! Другого объяснения всем этим событиям просто не существует, сколько не ищи. И не одна Оксана думала так. Стоит вспомнить хотя бы Семёна Петровича – доктора лечившего её дочь и даже собиравшегося защищать научную работу по её болезни, которой уже придумал оригинальное название «Синдром обледенения». Когда девочка очнулась после клинической смерти и ударила
Но все же болезнь не прошла без последствий – девочка после неё странным образом изменилась… Начать стоит с того, что она совершенно перестала откликаться на своё имя Наташа и заявила, что её зовут Герда. А ведь сказку Андерсена она никогда не слышала. Книги в доме Оксаны были не в почёте, а мультфильмы она смотрела исключительно современные. Наверное, кто-нибудь из соседок по больничной палате рассказал ей эту сентиментальную историю, решила Оксана. «Гельда!» – настойчиво повторяла её дочь, и ничего с этим нельзя было поделать. «Гельда» постепенно переросла в Гелю, и когда Оксана выправляла новые документы для дочери, указала в них новое имя – Ангелина. Помимо имени, появились у Гели и другие странности, вымышленные друзья, к примеру… Сколько же их было, не счесть! И домовые, и феи, и кое-кто пострашнее, какие-то вампиры и оборотни… Оксана, конечно, показывала её психологу, но только зря потратила деньги. После этой истории её вера в медицину вообще пошатнулась, и вскоре она махнула рукой на вымышленных друзей, которые, впрочем, никому не мешали. Жизнь тем временем не стояла на месте, Оксана успела во второй раз выйти замуж и развестись, и теперь одна воспитывала двоих детей. У Гели появился брат Павлик, с которым она теперь гуляла во дворе. Старшая сестра из неё получилась и внимательная, и заботливая. В школе её тоже хвалили, но вампиров и фей она не забывала… А ведь ей уже двенадцать лет исполнилось на днях…
Оксана вдруг почувствовала холод, как будто из окна потянуло сквозняком. А ведь на дворе стояла чудесная майская погода! Она закрыла форточку и надела свитер, но холод был как будто внутри, проникал в кровь, сковывал движения. Это «Синдром обледенения»… подумала Оксана и в отчаянии опустилась на стул, закрыв лицо руками. Старая ведьма оказалась сильнее, чем она думала, нашла их и здесь! Тем временем Геля с Павликом в срочном порядке вернулись с прогулки, мальчик капризничал, кричал, что очень замёрз…
На следующий день двенадцатилетняя Ангелина отправилась в аптеку за лекарствами для внезапно заболевших матери и брата. Вернувшись домой, она нашла их крепко спящими и не смогла разбудить ни того ни другого.
– Мама, вставай! – в последний раз в отчаянии выкрикнула девочка, ей оставалось лишь в бессилии разреветься, но вдруг… Ангелина широко раскрыла глаза от изумления. На краю кровати сидела девушка с пшеничными волосами, по виду безобидная, но Ангелина уже знала таких, как она, невидимых и непростых.
– Ты привидение? – спросила она, попятившись от незваной гостьи.
– Нет, – ответила девушка. – Я Весна. Не бойся.
– Я и не боюсь! – Ангелина села рядом. – Но весна – это ведь… – не найдя подходящего слова, она кивнула на окно за которым зеленела молодая листва.
– Я и там, и здесь. Я повсюду, где есть хоть один солнечный лучик, где журчат ручьи и распускаются цветы. Но могу быть и такой как сейчас. Нас четверо. Мы Вечные четверо: я, мой брат Лето, мать Осень и бабушка Зима.