Сердце женщины
Шрифт:
— Мисс Чандра будет вести математику в шестом классе… Это Кальяни, учительница арифметики второго класса… Это Сарада. — Саундараммаль познакомила присутствующих с новой преподавательницей. — А теперь идите на занятия!
Учительницы стали выходить по одной, глядя на Чандру с глупо-растерянной улыбкой. На веранде они собрались вместе; все кипели негодованием.
— А она недурна собой: недаром ее так назвали [5] !.. И где только ее откопала наша Крыса! — сказала Сарада.
5
Чандра —
— Похоже, эта девица не здешняя, — проговорила Камакши. — Тут для своих мест не хватает, а Крыса еще чужих берет!
— Просто возмутительно! — заключила Вайолет. — Могла бы дать нам подработать, так нет, выписала откуда-то эту Чандру-Индру!
4
Чандра сидела в большой комнате отцовского дома сумрачная, как непогожий день. В дверях кухни, прислонясь к косяку, стояла багровая от гнева Парвати.
— Ну скажи, что ты надумала! — допытывалась она у падчерицы.
— Я уже сказала: за этого человека я не пойду! — упрямо повторяла Чандра. — Зачем вы пригласили его сюда? Вам же самой будет неловко.
— Ты должна слушаться старших, — выговаривала ей мачеха. — Жених со своими родителями приезжает завтра. Отец хочет, чтобы ты встретила их как положено.
— Говорю вам, я им и на глаза не покажусь! Меня чуть не стошнило, когда я услышала, за кого вы меня прочите.
— Как ты смеешь так разговаривать со мной!.. Не забывай, у тебя есть сестра. Из-за тебя и она не может выйти замуж.
— Это почему не может? — скривила губы Чандра. — Разве есть такой закон, чтобы младшая сестра выходила замуж после старшей?
— Закона нет, а вот обычай есть. Неужто думаешь, что к тебе важный чиновник посватается?
— Зачем он мне нужен, важный чиновник? Но выходить за всякую мразь я тоже не намерена.
— Пусть с тобой отец разговаривает, я больше не могу, — потеряла всякое терпение Парвати. — Сил никаких нет.
— Все равно никого не послушаю. Кажется, ясно сказано: этот жених из Дели мне не нравится. Он слишком стар для меня: ему уже сорок пять лет. У него двое детей. Первую свою жену в гроб вогнал; теперь, видите ли, припала охота жениться на молоденькой. Хоть убейте, не пойду за него!
— Вот и скажи об этом своему папаше. В конце концов, мое дело — сторона. — И Парвати удалилась в кухню, где Камали тщетно пыталась растопить плиту.
— До сих пор не разожгла огня? — накинулась она на дочь. — Ну и копуша же ты! Целую бутылку керосина вылила — и все попусту! Уже взрослая стала, а делать ничего не умеешь… Что за наказание такое! Падчерица — грубиянка, родная дочь — растяпа, пасынок — молокосос, муж — трус: слово боится сказать… Иди на задний двор и принеси пальмовых листьев, — велела она Камали.
— Купила сырые дрова, а я еще виновата. Всегда так, — ворчала Камали, нехотя повинуясь матери.
Между тем Чандра терзалась мучительными раздумьями.
Через два дня — свадьба Амбуджам. Весь Малли
Чандра вспомнила свое прошлое. С тех пор как ей минуло четырнадцать лет, каждый год повторяется все та же история.
Приезжает очередной жених. Мачеха впопыхах готовит угощение. Чандра стоит наряженная, как кукла, с волнением ожидая, пока ее пригласят. И вот наступает страшная минута. Чандра выходит к гостям. «Кланяйся!» — приказывает отец. Не глядя перед собой, девушка склоняется к ногам жениха и его родителей, а затем выходит в маленькую, чадную кухоньку и сквозь щелочку долго слушает, о чем говорят приезжие с отцом. При виде жениха ее юное сердце испуганно трепещет. «Боже! Расстрой эту свадьбу», — горячо молится Чандра. И до сих пор ее молитва исполнялась: то гороскопы неподходящие, то о приданом никак не договорятся.
Шли годы. По мере того как Чандра подрастала, росла и ее смелость. Теперь девушка уже не молилась богам, — она решительно заявляла: «За этого не пойду!» Пока искали женихов, Чандра успела окончить школу и поступила в колледж. Жила на одну стипендию, у отца не брала ни пайсы. А сейчас тем более обходилась своим жалованьем.
В комнату, запыхавшись, вбежал Вену.
— Чандра! — радостно закричал он. — Поздравь меня: наконец работу нашел. С этого дня я младший клерк на химическом заводе. Жалованье — тридцать пять рупий… Знала бы ты, какой хороший человек Нахараджаййар! Так любезно разговаривает… Завтра приступаю.
Чандра поздравила братишку.
— Пойди скажи мачехе.
— Очень надо! Она меня тут совсем заела. «Ты, говорит, бездельник, сидишь у отца на шее». А я очень ослаб после тифа, не мог работать… Ты себе не представляешь, сколько горя я вытерпел за те шесть месяцев, что тебя не видел!
Из кухни вышла мачеха, и Вену все-таки не выдержал:
— А я нашел себе работу, ситти [6] .
— Вот как? Стало быть, оба устроились на работу. Ну, теперь мы заживем припеваючи, — уронила мачеха и, подняв на бедро кувшин, отправилась на задний двор.
6
Ситти — мачеха (тамильск.).
Вернулся с работы Кальянарамаййар. Он снял накидку, повесил ее на крючок и, кашлянув, произнес:
— А где мать?
— На заднем дворе, — ответила Чандра.
Мачеха не заставила себя ждать. Она шумно опустила кувшин на пол и сказала с издевкой в голосе:
— Вы меня тут спрашивали? Небось соскучились?
Кальянарамаййар снова покашлял и уселся на стул.
— Что сказала Чандра? — робко обратился он к мачехе. — Завтра смотрины, а я так ничего и не знаю…
— Ваша дочь сказала, что не пойдет за этого жениха, — буркнула Парвати и удалилась с видом оскорбленного достоинства.