Сердце Земли
Шрифт:
Впервые за всё это время, за все долгие дни со времён падения её дома, Лиара смогла предаться мимолётному веселью и пусть всего несколько коротких минут, но эльфийскую душу не тяготили воспоминания. Она просто находилась здесь и сейчас в компании своих друзей, под сводами чистого звёздного неба и светом Её Величества Луны. Смеялась и плакала в один и тот же миг.
Недра мифриловой шкатулки окрасились переливами мягких зелёных лучей.
Глава 8. Первая кровь. Часть 1
1
Первые
Несмотря на столь дивную погоду пока не омрачённую зноем, улицы всё ещё оставались пусты, тревожимые лишь редкими патрулями стражи и работниками местных складов. Разношёрстные стаи бродячих городских псов выходили из тени, занимая места на подогретой каменной брусчатке. Голубиные лапы щёлкали о поверхность крыш, а толстые крысы прятались в стоках многочисленных канализационных каналов, что несколько омрачали чистоту окружения среди городских окраин.
До утреннего звона колоколов в часовне Эльрата оставалось ещё более часа.
— Как же я люблю это время, — промолвил мужчина в сером безрукавном камзоле и повязкой на глазу.
Капитан Ларсон расположился в кресле качалке, наблюдая восход. За его спиной находился трактир со звучным названием «Гордость» — один из десятков, а возможно и сотен подобных трактиров, расположившихся в округе торгового города, но всё же единственный столь полюбившийся Ларсону и его парням. Было в этом месте помимо сносной еды, красавиц официанток и владельца, разделявшего общий дух авантюризма своих постоянных гостей и нечто особенное, выделявшее его на фоне конкурентов. Возможно, то самое сочетание простоты и атмосферы присущей скорее постоялым дворам, нежели городским трактирам.
Это место наполняло теплотой души наёмников. Сколько бессонных ночей было проведено в его залах? Сколько непостоянных сердец было разбито местными красавицами? Сколько тостов произнесено в честь очередного удачного похода и сколько молчаливых минут проведено в память о павших товарищах? Воситину, «Гордость» стала неотъемлемой частью богатой истории братства «Мечей Ветра» и далёким домом для добропорядочных авантюристов.
— Не люблю имперские города, — проворчал Грок, ныне восседавший на пороге заведения в компании капитана. — За «Гордостью», так сплошной шлак.
— Знаю, дружище. Слишком тесно, много народу и рыцарей…
— И орков здесь не жалуют, — оскалился в улыбке Грок.
— Ничего. Завтра отчалим домой. В наш родной край, полный преступности, золота и желающих с ним расстаться, — человек откинулся на спинку и сделал глоток из горлышка пивной бутылки. — Хм. Та-ра-вак. Гномы знают толк в выпивке. Как думаешь, ворчун продаст по дешёвке? По старой, так сказать, дружбе?
— Этот мелкий вредный гном? Ха!
— Вот и я так думаю. Ладно, пойдём, осмотримся. Только грамоты возьми! А то опять тебя из ямы вытаскивай.
Грок улыбнулся.
Минул целый час с
Пара наёмников продвигалась вдоль каменных улочек, неторопливо бродя по брусчатке и ведя диалог — орк и человек, коих в имперских городах ныне представляли, как непримиримых противников. Это чувство висело в воздухе, отражалось во взглядах пробудившихся горожан. Но паре друзей было плевать. Слишком многое они пережили вместе, дабы зависеть от мнения окружающих зевак.
— Алекс слышал про Балверик? — не отводя от дороги глаз, пробурчал Грок.
— Про командора Альтмана? Да. Очень прискорбно.
— Убийство?
— Не знаю. Подробностей пока не слышал. Но если так, то кто и зачем? На пути в Листмур обязательно заглянем в форт. Даже если потерям день. Хочу попрощаться со стариком.
Грок коротко кивнул в знак согласия. Как и большинство ранаарских орков, он не испытывал любви к человеческому роду, однако за время, проведённое в стенах Листмура научился уважать этот народ. Не всех, но тех, кто был силён, смел, честен, а главное — относился с уважением к самому Гроку. Именно по этой причине орк столь сильно сдружился с капитаном Ларсоном. Именно по этой причине Грок скорбел по командору Альтману. Старик, как и капитан предпочитал относиться к служащим форта и его гостям, так, как те того заслуживали, независимо от их рода и веры.
— Как думаешь, кто теперь займёт место старика? — спустя пару задумчивых минут, проронил Грок.
— Не знаю. Возможно, Балгур или этот выскочка Артур. Пару недель назад, я бы упомянул Грона… но после того фиаско с магистром, думаю его котировки серьёзно упали. Хотя, кто знает.
— Ха! Думаешь, кто-то поставит орка во главе форта? Не смеши, капитан!
— Думаю, скоро мы всё узнаем, Грок. Время — всему судья. А вон, кстати, и наш торгаш. Раскладывает свою лавочку, мелкий мерзавец. Самый жадный гном, которого я знаю! А знаю я многих.
Спешно коротышка выставлял на прилавок набор горячительных напитков в разнообразной таре, часть которой являлась настоящим произведением искусства гномских стеклодувов.
Гном вёл бизнес в одиночку, от чего большая часть доходов после выплаты налога, оплаты поставщика и обслуги шла в его бездонный карман. Не сказать, что бизнес приносил баснословные доходы, но гномские горячительные напитки ценились во всех забегаловках Талана на вес золота, а сам коротышка помимо своего скверного характера, был знаменит деловой хваткой и способностью к ведению дел.
— Какой-то нервный, — пробурчал Грок, глядя на копошащегося гнома. — Может, выгоняют?
— Сомнительно. Он вёл этот бизнес, когда нас с тобой и в проекте не было. Уж кто-кто, а Ролти здесь свояк.
Орк нахмурился, но промолчал.
— Ладно, узнаем, что к чему. Заодно и закупим чего в путь.
Пара наёмников двинулась через каменную улочку к окраинам торговой площади, где и расположился прилавок гнома.
— Эй, Ролти! — подсел к прилавку капитан. — Как продвигается бизнес?