Сердце Вьюги-2
Шрифт:
- И стоит этот жезл таких мучений?
– Недовольно поинтересовалась София, отряхивая вездесущую пыль со своих штанов.
– Далеко еще?
- Не особенно.
– Пожал плечами Валенштайн.
– Собственно, за этим переходом уже и находятся помещения боевого факультета, частью которых и является центральная башня.
Впрочем, 'недалеко' в понимании мага, и в общепринятом понимании были видимо несколько отличающимися параметрами, поскольку идти им пришлось еще больше пятнадцати минут. Правда, значительную часть этого времени отняло преодоление различных препятствий, то и дело возникающих на дороге. Состояние зданий боевого
Многочисленные проломы и обвалы, ведущие куда-то глубоко под землю, рухнувшие потолки, разгромленные помещения - все это ясно показывало весь накал некогда гремевшей здесь битвы.
К тому же, и сам проводник, то и дело замедлялся, с грустью оглядывая все чаще и чаще попадающиеся на их пути скелеты. Ольга даже не пыталась представлять, что творится на душе архимага, ведь здесь лежали те, кого он знал и учил. Она лишь крепче сжимала его руку, пытаясь поддержать и отвлечь от переживаний за давно погибших людей.
Впрочем, София подобной деликатностью отнюдь не отличалась. Долгое хождение по пыльным коридорам, преодоление постоянно возникающих препятствий, усталость и постепенно усиливающееся чувство голода, вконец испортили и без того далеко не самый мягкий и добродушный характер девушки. А потому, когда Валенштайн в очередной раз замер перед особо большим нагромождением панцирей, из которого выглядывал человеческий череп и, немного помедлив, начал отбрасывать останки тварей в стороны, освобождая скелет погибшего, долго копившееся раздражение вырвалось наружу.
- Ну и кто это был? Ты его знаешь? И вообще, не поздновато ли вести раскопки? К тому же похоронить этого типа лучше, чем он это сделал сам, у тебя получится вряд ли. Ишь как завалило. Пошли уже до твоего сейфа с артефактом и скорее назад. Я проголодалась, и если в ближайшие полтора часа не найду чего перекусить, то тот, по чьей милости я лишилась своего обеда, рискует на своей шкуре узнать, что чувствует пожираемый заживо.
– При этих словах она оценивающим взглядом окинула фигуру мага.
Впрочем, занятый своим делом, тот казалось, не обратил на это заявление ровным счетом никакого внимания.
Наконец, Валенштайн закончил свою работу, и на льющиеся из большого пролома в стене солнечный свет появился скелет высокого мужчины с проломленными ребрами и отсутствующей кистью левой руки. Костяшками уцелевшей правой руки он сжимал довольно толстый, серебристо-стальной, украшенный изящной гравировкой жезл, длинной около тридцати сантиметров, на торце которого был неведомым способом закреплен круглый прозрачный камень размером с половину девичьего кулака.
Несколько мгновений, архимаг просто смотрел на открывшуюся его взгляду картину. Затем он со вздохом повернулся в сторону раздраженной его молчанием темной жрицы.
- Никуда идти больше не надо. Вот артефакт, о котором я говорил.
– Он кивнул, указывая на странный предмет в руке мертвеца.
- Боевой жезл архимага, модель Луч Судьбы, за номером ноль-ноль десять.
– Он нагнулся, подбирая жезл, и тихо произнес: - А насчет ощущений пожираемого заживо человека, я, пожалуй, осведомлен куда больше, чем кто бы то ни было...
– Он выпрямился, и каким-то
- Ну вот и все...
– сквозь сжатые губы выдохнул Валенштайн.
- Это был...
– На ум внимательно наблюдавшей всю эту сцену Ольги пришла страшная мысль о том, КОМУ могли принадлежать столь тщательно уничтоженные останки, однако подтвердить или опровергнуть свою догадку она не успела. Осанка, да и вообще внешний вид мага внезапно изменились. Казалось бы, ничего особого - чуть другой наклон головы, иное выражение глаз, легкая сутулость... Но как то сразу стало ясно, что это уже не он.
Недоумевающим взглядом Артем, - да, именно уже Артем, обвел присутствующих, окружающую обстановку, а затем, каким-то по детски наивным жестом, начал усиленно тереть глаза.
- Где я? Что вообще происходит?
– убедившись, что предпринятые меры не помогают, и странное место в котором он находится вовсе не является порождением его сна, отчаянным голом опросил он.
- Тём, ты только не волнуйся...
– со вздохом поспешила успокоить своего ухажера Ольга, меж тем, невольно отмечая, насколько все же уверенней и мужественней, да что там... просто симпатичней был этот парень еще совсем недавно, когда его действиями руководила память погибшего архимага, а не молодого хирурга.
– Я тебе чуть позже расскажу, что произошло. Все нормально. Да, а ты случайно обратный путь не помнишь?
– с легкой надеждой на всякий случай спросила она.
- Какой обратный путь? Откуда? Где мы вообще находимся?
– с нотками паники в голосе забросал её в ответ вопросами так некстати восстановивший власть над своим телом Морозов.
- Значит, не помнишь...
– печально вздохнула Ольга, понимая что выбираться обратно придется без подсказок.
Впрочем, проблем с поиском пути назад не возникло. Собственно, благодаря огромному количеству пыли, толстым слоем покрывавшей почти все коридоры полуразрушенной академии, возвращение 'по своим следам' оказалось простейшей задачей, не представлявшей никаких проблем даже для самого невнимательного человека. По дороге, Ольга рассказала Артему о произошедшем с ним 'раздвоении личности', к чему он, как ни странно, отнесся достаточно спокойно. Было очень похоже, что парень уже давненько ощущал нечто подобное, и сейчас Ольга не 'открыла ему глаза', а лишь подтвердила уже имевшиеся подозрения.
Так что, услышав её рассказ, он лишь поинтересовался, действительно ли маг говорил о том, что является только памятью, и ничем больше и, получив утвердительные ответы, причем не только от Ольги, но и от альфара, которого трудно было заподозрить в успокаивающей лжи, надолго замолчал. Наконец, когда они уже подошли к огромному пролому в окружающей академию стене, через который они проникли на её территорию, он, обернувшись на величественные развалины, тихо произнес: - Память? Только память? Ну-ну... Надеюсь, теперь эта память замолчит... Хотя бы ненадолго. Когда тебе откусывают руку, - это больно... Очень больно. Даже если дело и происходит всего лишь во сне.