Сердце ворона

Яковлев Олег

Кармали толкнул почерневшую дверь – та не открылась, а попросту упала внутрь – петель не было. Проклятие! Наделать столько шума в самом начале! Если Модлог подстроил это специально, чего нельзя исключать, то он уже знает о проникшем в его логово незваном госте. Лучше всего, конечно, было подкараулить мерзавца на улице, но времени на ухищрения и засады не оставалось – ему ясно дали это понять. Джек крепче сжал в руке короткий чуть загнутый кинжал с обтянутой кожей рукоятью, проверил метательные ножи на поясе, после чего шагнул в пугающую полутьму.

Очертания предметов внутри дома были едва различимы – тусклый свет заходящего солнца едва пробивался через прогнивший потолок и заколоченные досками окна. Шпион старался ступать тихо, но то и дело подошвы сапог

шуршали на рассыпанном по полу щебне, рукава цеплялись за упавшие балки, а ворвавшийся в дверной проем ветер так и норовил столкнуть вниз какой-нибудь неудачно лежащий наверху камень.

Перешагивая через груды хлама, Джек, крадучись, обошел три небольшие комнаты – весь первый этаж – нигде не было ни души. На второй подниматься было просто опасно – прогнившая лестница едва держалась, да и вряд ли среди этих руин, в которые превратилась верхняя часть здания, мог кто-то прятаться. Но где же тогда Модлог? Неужели нищий соврал или ошибся? Все может быть. Джек принюхался – в доме пахло сыростью, гнилью и разложением. Разложением… Он повел ноздрями, неожиданно почуяв весьма специфический «аромат». Трупный запах! Значит, убийца и в самом деле где-то рядом. Но где же он здесь может прятаться? Мысль пришла неожиданно – ну конечно же, погреб! Где-то здесь обязательно должен быть погреб, в таких подземельях жители обычно хранят соленья и прочие запасы на зиму.

Шпион осмотрелся – и в самом деле, ему раньше стоило обратить внимание: под лестницей обнаружилась крышка люка. Джек осторожно приблизился к найденному лазу и, отложив в сторону нож, двумя руками взялся за ржавую, торчащую вверх ручку. Крышка поддалась с жутким лязгом – она оказалась железной. Кармали заглянул внутрь – в черном провале невозможно было что-то разобрать, одна только коварная тьма. В нос ударила уже четко различимая вонь – где-то там, внизу, разлагалось мертвое тело. Джек достал из-за пазухи огарок свечи и огниво. Пара ударов по кремню, и свеча зажглась. Джек пихнул кинжал за пояс и начал осторожно спускаться вниз по деревянной лестнице, придерживая одной рукой свечу. Что ж, посмотрим, как ты тут устроился, ублюдок.

Спустившись, Джек огляделся. Тусклый свет от огарка выхватил из темноты множество полок, на которых виднелись зловещие силуэты – части человеческих тел. Уши, кисти, пальцы, окровавленные и обезображенные головы, банки с мутноватой жидкостью, в которых плавали человеческие глаза, снятые вместе с кожей «парики» – бывшие раньше человеческими волосами. Все это выглядело настолько ужасно, что даже повидавший многое Перевертыш едва заставил себя осмотреть все до конца, а не броситься обратно наверх, попытавшись из последних сил позабыть об увиденном, как о ночном кошмаре. Понятно теперь, почему найденные на улицах тела так обезображены. От нестерпимого запаха разложения весь его ужин настойчиво просился наружу. Но где же сам душегуб? Не лежит же его голова среди этих жутких трофеев. Джек обернулся – и в самом деле, в стене обнаружилась плотно закрытая дверь. Постучать? Не слишком ли много чести…

– Заходи, заходи, – раздался за дверью хриплый, пополам с кашлем, приторный до омерзения голос, – кхе-кхе… Раз уж пришел.

Ничуть не испугавшись, Джек отворил дверь и вошел. Он оказался в крохотной земляной комнатушке, освещенной таким же бледным огарком свечи, что дрожал в его собственных руках. Из мебели там была только табуретка, на которой стояла свеча, и кровать в углу без всякого намека на постель. На ней, обхватив колени руками, и сидел тот, кого шпион разыскивал вторые сутки.

– Нашел, значит, – зловеще усмехнулся Модлог. – Долго же…

– Ты знаешь, что тебя ждет, Вепрь? – вместо приветствия осведомился Кармали. – За то, что ты сделал?

– А… тайная стража. Которая дюжина? – поинтересовался убийца.

– Тебе не все ли равно? – Джек не собирался отчитываться перед этим типом.

– Сколько дней ты распутывал мой столь… кхе-кхе… кровавый след? Неделю?

– Не твое дело. Ты свое отходил.

– Думаешь, я испугаюсь? – зло проговорил душегуб. – Хочешь мою загадку? У тебя есть

нож, и у меня тоже. Кто из нас двоих сегодня отправится к Карнусу? Кхе-кхе. Ответ: оба. – Модлог хрипло расхохотался. – Оба! Но по очереди. Кхе-кхе.

– У меня приказ не убивать тебя, Джеймс. Ты можешь отправиться со мной добровольно…

– Ага. На жаркое свидание с дыбой или «железной девой». По-твоему, это лучше честного ножа в сердце?

– Ты мог бы все рассказать…

– Рассказать… – Улыбка на лице убийцы превратилась в жуткую, разъеденную болью маску. – О да! Я много чего могу рассказать. Про каторгу могу, про плети и про колодки. Про каменную пыль, про этот бансротов кашель, раздирающий грудь после каждой смены. Про очень-очень любезных господ-надзирателей с их веселыми изобретениями, без которых так скучно жить. Кхе-кхе… Чего мне тебе еще рассказать?

– Ты убийца и душегуб, ты заслужил все это с лихвой, – произнес Джек.

– А ты? – безжалостно бросил тот в ответ.

– Я – закон, – ледяным тоном процедил Кармали, все еще присматриваясь к врагу, застывшему в тусклом свете свечи – прыгнет или нет, и где же все-таки у мерзавца припрятан нож. За спиной?

– Каков закон – таковы и судьи, – прорычал Модлог и внезапно бросился на Джека.

Тот едва успел выхватить кинжал и взмахнуть им перед собой. Табуретка с глухим стуком упала. Обе свечи в комнате погасли одновременно. Противники сцепились в полной темноте и покатились по полу, почти вслепую нанося друг другу удары ножами. Кармали закричал от боли – клинок убийцы вошел ему в бедро, затем вышел, следом полоснул по груди. Сам он попытался нанести удар в руку противнику, но промахнулся – острие ножа воткнулось Модлогу куда-то в бок. Душегуб взвыл и попытался вырваться, но тут Джеку наконец удалось перехватить руку негодяя с ножом – лезвие звякнуло, упав на камни. После следующего удачного приема кисть Модлога безвольно обвисла – сломана, как догадался в темноте Джек. Последовала еще пара ударов в челюсть рукоятью ножа и несколько болезненных – в ребра. Теперь Кармали бил осторожнее, чтобы не переборщить. Наконец, его усилиями, Модлог свалился на каменный пол безвольной стонущей куклой. Джек не стал утруждать себя поиском погасшей свечи – от жуткой вони в глазах уже начинало мутнеть. Он просто схватил негодяя за шиворот и грубо потащил наверх, стремясь поскорее выбраться из этого рукотворного склепа…

Глава 4

Нашествие орков 

Цепью выстроились башни.Флаги реют на ветру!За спиной – луга и пашни.Не гулять по ним врагу!Не отпустим, не сдадим -Волей Хранна победим!Солдатская песня воинов юго-восточной границы 

14 июня 652 года.

Юго-восточные заставы на границе с Со-Лейлом.

Багровое солнце, будто перевернутый котел кипящей крови, разливало по степи густые лучи, заставляя блестеть червленым капли росы на зарослях ковыля. Утренняя прохлада и промозглый ветер холодными пальцами забирались в самую душу, вынуждая ежиться и дрожать, здесь даже теплые шкуры были бессильны. Несмотря на колючий озноб, вытесанные будто бы из камня могучие фигуры, что застыли у входа в самый большой шатер в центре орочьего лагеря, не смели шелохнуться. Эти немного ссутуленные гиганты в длинных плащах из медвежьих шкур скорее бы замерзли насмерть, чем выказали слабость перед лицом Верховного Вождя. Сквозь прорези заваренных прямо на головах ребристых глухих шлемов, почти не мигая, глядели раскосые зеленые глаза, из щелей на наличье вырывались едва заметные облачка пара. Грубо кованные доспехи застывших в молчании воинов были тяжелы, но крепки и точно по фигуре облегали тела, щетинясь металлическими шипами.