Сердце волка
Шрифт:
Бекки бросила угрюмый взгляд в направлении нового посетителя, усевшегося позади ее мужа на расстоянии вытянутой руки, но при этом отреагировала именно так, как и надеялся Штефан: ее губы сжались в тонкую бледную полоску и, хотя ее глаза сверкали гневом, она предпочла сидеть молча.
— Наверное, нам пора идти, — проговорил Штефан. — Скоро уже дневной обход, и доктор Крон вряд ли обрадуется, если не застанет тебя в палате.
— Не возражаю, — мрачно согласилась с мужем Ребекка.
Но Роберт тут же посмотрел на часы и, покачав головой, сказал:
— Пожалуйста, подождите
Штефан и Бекки с удивлением уставились на него, и на губах у Роберта появилась легкая смущенная улыбка. Несмотря на свою довольно солидную внешность, он на мгновение стал похож на маленького мальчика, которого уличили в том, что он прогуливает занятия в школе.
— Ты кого-то ждешь? — спросил Штефан.
Роберт кивнул.
— Да. Приходится признаться, что жду. Вы меня приперли к стенке.
— И кого ты ждешь? — поинтересовалась Бекки.
— «Безмозглую корову», о которой ты совсем недавно говорила, — ответил ее брат, снова слегка улыбнувшись.
Увидев, что Ребекка невольно дернулась, он успокаивающе поднял руки и продолжил:
— Я звонил ее начальнику и договорился, чтобы ее прислали сюда еще раз.
— Зачем? — недоверчиво спросила Ребекка.
Ее брат отхлебнул из своего стаканчика — явно для того, чтобы выиграть пару секунд на обдумывание ответа.
— Я просто хотел с ней еще раз поговорить, — наконец сказал он. — Я бы и сам позже к ним сходил, но, как ты знаешь, я сегодня улетаю в Швейцарию и, возможно, вернусь оттуда лишь дня через три-четыре. Я… А вот и она!
Роберт кивнул в сторону двери и одновременно чуть привстал со стула. У него на душе явно полегчало.
Штефан повернулся на стуле и увидел светловолосую женщину средних лет, одетую в ничем не примечательный деловой костюм. Она только что вошла в кафетерий и искала взглядом тех, кто был ей нужен. Увидев Ребекку, она быстрым шагом направилась к их столику. Лицо этой женщины оставалось невозмутимым, а вот у Ребекки в глазах засверкали искры, вот-вот готовые перерасти в молнии. Штефан снова спросил себя, что же могло произойти между этими двумя женщинами сегодня утром.
Бросив на Ребекку почти умоляющий взгляд, он отодвинул свой стул и поднялся. При этом он невольно слегка толкнул сидевшего за ним посетителя и тут же извинился, однако ничего не услышал в ответ.
— Вы, по-видимому, госпожа Хальберштейн? — Роберт сделал шаг навстречу и протянул руку.
Светловолосая женщина, бросив слегка обеспокоенный взгляд на Ребекку, кивком утвердительно ответила на вопрос и быстро пожала Роберту руку.
— А вы…
— Ридберг, — представился Роберт. — Роберт Ридберг.
Он кивнул в сторону Штефана, представил его и затем сказал:
— Госпожа Мевес — моя сестра.
— Я знаю. Мой начальник мне об этом сообщил. — Она отодвинула от стола свободный стул, присела и подождала, пока Роберт и Штефан займут свои места. — Позвольте поинтересоваться, в чем заключается смысл нашей встречи? У меня, в общем-то, очень мало времени.
— Я вас задержу не дольше, чем это действительно необходимо, — заверил Роберт. — Могу я предложить вам кофе?
Она показала жестом, что в этом
— Моя сестра рассказала мне о… разговоре между ней и вами, состоявшемся сегодня утром, госпожа Хальберштейн. Боюсь, что в ходе этого разговора возникли кое-какие недоразумения.
— Да, — согласилась служащая. Она бросила на Бекки взгляд, который был скорее сконфуженным, чем гневным, и затем снова посмотрела на Роберта. — Однако если вы полагаете, что это каким-то образом повлияло на мое решение, то позвольте вас в этом разуверить. Я уже привыкла разговаривать с людьми, находящимися в состоянии эмоционального стресса.
— Рад это слышать, — сказал Роберт. — Тем не менее мне необходимо кое-что уточнить, госпожа Хальберштейн. Хотя я уже обговорил все эти вопросы с вашим руководством, мне хотелось бы еще раз объяснить сложившуюся ситуацию лично вам. Вам известно, что моя сестра и ее муж работают журналистами?
Хальберштейн кивнула. Хотя она ничего при этом не сказала, было видно, что она стала слушать очень внимательно и даже с некоторым напряжением. Штефан терялся в догадках, к чему же клонил Роберт. Слова брата Ребекки удивили и даже слегка обеспокоили его, а потому он вполне мог себе представить, что происходило в голове у светловолосой женщины в течение сделанной Робертом паузы. Скорее всего, то же самое, что и в его голове. Не может быть, чтобы Роберт был настолько наивен, что считал возможным оказать на эту женщину какое-то давление. Штефан, по крайней мере, надеялся, что это не так. Из своего опыта общения с чиновниками Штефан знал, что такие наезды чаще всего дают обратный эффект, иногда, правда, с некоторой задержкой.
— Да, это мне известно, — сказала Хальберштейн через некоторое время. — Но что…
— Но что вам, по-видимому, неизвестно, — перебил ее Роберт и улыбнулся, как бы извиняясь, но не особенно искренне, — так это то, что моя сестра и ее муж были в Боснии… — Он сделал неопределенный жест руками. — Скажем так, с деликатной миссией.
Хальберштейн еще больше напряглась, однако ее лицо по-прежнему оставалось невозмутимым, чего нельзя было сказать о Штефане: он отчаянно ломал голову над тем, к чему же, черт возьми, клонил его шурин.
— И что вы хотите этим сказать? — спросила Хальберштейн.
— Проблема в том, — ответил Роберт, — что я не могу рассказать вам буквально все. Я коснусь лишь некоторых моментов. Но ваш начальник подтвердит мои слова, как только вы вернетесь на службу. Если станет известно, что моя сестра и ее муж находились в том районе, это в сложившихся обстоятельствах может отразиться на дипломатических отношениях между правительством Боснии и нашим правительством.
Штефану пришлось приложить титанические усилия, чтобы по нему не было видно, насколько он ошеломлен услышанным. Тем не менее он не смог не бросить испуганный и одновременно упрекающий взгляд на Ребекку. Она сделала вид, что не заметила этого взгляда, однако уже по этой ее реакции Штефан понял, что появившаяся у него догадка была правильной: Ребекка рассказала Роберту все.