Сердце воина
Шрифт:
— Отлично, дружище. — Он тоже поднял меч. — Посмотрим, какой из тебя противник.
Ариэлла, замирая, наблюдала за поединком. Оба дрались с мрачным упорством. В напряженной тишине слышался звон мечей. Родерик был моложе и гибче, зато Малькольма охватила всепоглощающая ярость. Его огромный меч мелькал в воздухе как молния, прорезающая темное небо, и высекал искры из меча Родерика. Малькольм держал рукоятку обеими руками и так тяжело дышал, что все понимали, каких усилий стоит ему этот поединок. Ариэлла боялась, что Родерик будет играть с ним, пока он не лишится сил, после чего прикончит.
— Понятно… — прохрипел Родерик, отражая удары Малькольма. — Она не отдала его тебе.
Малькольм, приняв его слова за отвлекающий маневр, промолчал. Внезапно Родерик отскочил и вспрыгнул на парапетную стенку.
— Все, хватит на сегодня, — сказал он. — Уходим, Грегор.
Гигант выпустил Гэвина, перевалился через стенку и начал спускаться по одной из штурмовых лестниц.
— Прощай, красавица Ариэлла. — Родерик сунул меч за пояс, ухватился за веревку, перекинутую через зубец стены, и прыгнул.
Маккендрики подбежали к краю. Часть расстояния до земли Родерик пролетел, остальную преодолел, скользя по веревке. Вскочив на коня, он поднял его на дыбы и крикнул:
— Отходим!
Люди Родерика с облегчением отступили, устремившись к своим коням, и последовали за уносящимся в темноту главарем.
Маккендрики издали ликующий крик.
— Победа! — завопил Дункан и так хлопнул Эндрю по спине, что тот едва не свалился со стены.
— Боже, мы победили! — Гордон хотел обнять дочь, но та отбросила лук и поспешила к Гэвину.
— Ты цел? — спросила она задыхаясь.
Гэвин с удивлением заметил, что в ее огромных синих глазах стоят слезы, а губы дрожат.
— Что со мной сделается, Элизабет? Смертельно побледнев, девушка не отрывала от него глаз и, казалось, ждала совсем других слов, но Гэвин не знал, каких именно.
— Ничего со мной не сделается, — повторил он.
Элизабет молча кивнула и отвернулась. Через мгновение она с криком бросилась к нему на шею и разрыдалась, прижимаясь лицом к его щеке.
Гэвин растерялся, но наконец обнял ее.
— Хватит, хватит… — Он гладил девушку по волосам. — Опасность миновала. Все будет хорошо, Элизабет.
Малькольм молча наблюдал, как побежденный отряд Родерика скрывается в ночи. Его смутила легкость, с которой бывший соратник отказался от поставленной цели. Он посмотрел на Ариэллу и понял: девушка уверена, что коварный враг скоро вернется.
— Да здравствует Макфейн! — воскликнул Рамси, подняв меч над головой. — Если бы не он, мы бы ни за что не одолели этих трусливых свиней.
Все вторили ему, радостно крича:
— Макфейн, Макфейн, Макфейн! Несколько мужчин подбежали к нему и, не дав опомниться, подняли на руки и стали качать.
— Слава Черному Волку!
Люди скандировали его имя как одержимые. Малькольм, давно отвыкший от поклонения, приказал отпустить его, но слова потонули в шуме.
— Поднимем чаши в честь Черного Волка и блестящей победы, к которой он привел нас этой ночью! — крикнул Дугалд с молодым рвением.
— Макфейн, Макфейн, Макфейн!
Ариэлла смотрела на радостных соплеменников. Они донесли Малькольма до дверей замка, потом поставили на ноги и распахнули
Победа не оставила Ариэллу равнодушной, но она не находила в себе сил, чтобы присоединиться ко всем. Задержавшись одна на гребне стены, девушка размышляла, когда Родерик вздумает вернуться.
Черное бархатное небо было усеяно звездами. Замок наконец затих после долгого пира. Ариэлла встала со скамьи и оперлась о низкую ограду, с наслаждением ощущая холод камня. Здесь парапетная стенка еще не достигла положенной высоты, поэтому именно с этой стороны замок был особенно уязвим, но зато отсюда по-прежнему можно было любоваться пейзажем. Перед ней раскинулся темный спящий лес. На западе поблескивало в серебряном лунном свете озеро, изобилующее рыбой. Должно быть, в его глубинах обитал и водяной.
За озером возвышались горы. Больше всего девушка любила их великолепные загадочные вершины, закрывающие горизонт. Благодаря этой естественной защите ее клан много лет был отрезан от мира. Теперь этому пришел конец.
Как наивны, как простодушны Маккендрики! Клан провел в дремоте целое столетие, укрывшись за вершинами, поросшими вереском. Что они все знали об окружающем мире? Да почти ничего. Конечно, их просвещали странники, изредка забредавшие в замок, и Элпин, знакомивший соплеменников с легендами, именами вождей и хронологией войн. От него они узнали и о Черном Волке. Но Маккендрикам всегда казалось, что все события происходят где-то за тридевять земель и не имеют к ним никакого отношения. Имея собственных вождей, они блаженствовали, уверенные, что бесчестие и жестокость и впредь будут обходить их стороной. Эти люди мечтали об одном — научиться понимать окружающую красоту и приумножать ее. Потому они и сложили низкую каменную ограду, не загораживающую вид. Маккендрики не ведали, что рано или поздно нагрянет беда и их попытаются лишить всего их достояния. Появятся люди, считающие, будто они обладают правом присваивать чужое, захватывать власть по праву сильного, владеть древним мечом, которого недостойны.
Вот к этому и стремился Родерик, мечтавший получить не только Ариэллу, но и ее земли, замок и людей. Но больше всего он желал стать непобедимым. Родерик верил, что древний меч дарует ему власть, хотя никто не знал доподлинно, правдива ли старая легенда.
Значит, Родерик обязательно вернется.
Девушка услышала какой-то звук и, быстро обернувшись, увидела Малькольма. Вероятно, он давно уже стоял здесь и ждал, когда Ариэлла заметит его.
— Я не хотел тебя беспокоить, — тихо молвил он.
— Мне казалось, все уже спят, — отозвалась она так же тихо.
— Так и есть. — Малькольм приблизился к ней. — Люди опьянены победой больше, чем элем и вином. Я не жду Родерика так скоро, иначе посоветовал бы им не увлекаться выпивкой.
Она улыбнулась.
— Что в этом смешного?
— Меня позабавило, что ты укоряешь других в невоздержанности к вину.
Малькольм кивнул, оперся на ограду и устремил взгляд на пейзаж, озаренный луной.
— Какая красота! — прошептал он, удивляясь, что не замечал этого прежде.