Сердце воина
Шрифт:
Но я-то знала, какие они густые и тяжёлые. Одежду Гезем предпочитала простую, но добротную.
На ногах любила носить мягкие замшевые туфли, а платья в основном были темных оттенков без какой либо отделки. Вот такая была практичная тетушка Гезем.
Внимательные карие глаза охватили меня всю разом, начиная от кончиков светло-бежевых туфель и заканчивая муслиновым голубым платьем.
Этот взгляд напомнил о том, как женщина пыталась мягко распростись меня о случившемся со мной в первый день прибытия в этот дом:
— Не бойся, девочка! – тогда ласковые ладони гладили меня по белокурым прядям.
–
— Спасибо, – тогда я была подавлена и чувствовала себя одинокой и никому не нужной. Что-то в словах женщины заставило меня получить лучик надежды.
С того дня она не переставала убеждать меня раз за разом в том, что есть ещё хорошие и бескорыстные люди на этом свете.
За три месяца я много узнала. О стране, о порядке в турецких домах. Гезем с восторгом рассказывала о своих трёх дочерях. Две старшие были замужем, а самая младшая училась в другом городе и жила у родственников.
А ещё у Гезем было два сына. О старшем она говорила с легкой грустью. Как я поняла, он очень редко бывал дома.
«У военных такая судьба, – повторяла каждый раз Гезем, когда речь заходила о Иссаме. — Имя так ему подходит», - причитала она, тревожно в окно, будто там где-то вдалеке могла увидеть своего сына.
— А что оно означает?
– не выдержав, задала вопрос женщине.
— Защитник.
Про второго младшего сына Газем рассказывала, качая головой, но легкая улыбка не сходила с ее губ. Смутьян и хулиган - так окрестила его мать.
И имя ему под стать – Анилл (ветер) - такой же непредсказуемый и непостоянный. Мне было интересно ее слушать. Я наслаждалась тем, с каким теплом и любовью женщина рассказывала о своих детях.
Сразу вспоминалась бабушка. Глаза наполнялись не выплаканными слезами. Я прекрасно понимала, что возраст ее уже далеко не малый, а переживания и вовсе не продлевают жизнь.
— Вика, девочка! Опять задумалась, - отвлёк меня голос Гезем.
Я мягко улыбнулась и кивнула, отгоняя навязчивые воспоминания о прошлом.
— Выгуляешь Вильяма?(сильный как волк) – спросила женщина с надеждой.
Я, не справившись с собой, поёжилась. Пса неделю назад привёз Тайлер. Избегая смотреть мне в глаза, мужчина, вероятно, боялся, что я начну задавать вопросы об Армане.
Глава 2
Он быстро передал пса Гезем, кивнул мне на прощание и поспешил обратно в свой внедорожник. Тогда я с удивлением узнала, что Тайлер, оказывается, лучший друг Иссама. Пес, которого привёз мужчина, был крупный, породистый. Он проявлял совершенное безразличие к домочадцам. Тем не менее, позволял иной раз Гезем почесать себя за ухом. Мне же перепадали лишь настороженные взгляды Вильяма. На кличку он не откликался, еду тоже не брал с моих рук. В общем, полный игнор. Как бы мне не было от этого обидно, я решила, что мой мир точно не будет крутиться вокруг какого-то пса. Сейчас же я внутренне поморщилась, думая о необходимости выгулять эту зверюгу. Почему бы просто не выпустить его во двор?!
Гезем настаивала
— Да, конечно, - пробормотала я, с неприязнью глядя на пса.
Тот лишь приподнял голову и, как всегда, посмотрел на меня своим безразличным пустым взглядом, даже не потрудившись встать со своего лежака.
— Он просто скучает по Иссаму. Бедняжка, - проворковала женщина над животным.
Я скептически приподняла бровь. Ладно, гулять так гулять.
— Вильям, за мной! – скомандовала, не оборачиваясь, и направилась к двери, думая о том, что если пёс не последует за мной - не велика потеря.
Я уже предвкушала, как искупаюсь на пляже неподалёку. Жара измучила за целый день. И я, словно на яву, чувствовала ласковое прикосновение прохладной воды к разгоряченной от духоты коже.
Густые ветви сосны Пинеи под своей тяжестью почти касались воды в речке. При малейшем дуновении ветерка по поверхности воды шла легкая рябь. Я задумчиво посмотрела на реку. Интересно, глубоко ли там? В любом случае, далеко я не собираюсь заплывать. Быстро избавившись от верхнего платья, осталась лишь в белоснежной сорочке по колено и с наслаждением сняла косынку с головы. Закрутив на макушке что-то наподобие гульки, смело двинулась к реке. За спиной послышалось рычание. Я обернулась и увидела, что пёс скалится в мою сторону.
— Поди прочь!
– погнала я собаку и даже ударила ладонью по воде для устрашения.
Пёс, не сводя с меня настороженного взгляда, улёгся почти у самой кромки воды.
Он подошел так близко, что даже шерсть на боках животного стала мокрой. Я улеглась спиной на поверхность воды и прикрыла глаза. Как же хорошо.
Прохладная вода действовала успокаивающе, словно антистресс. Следующие пару минут я провела в блаженном трансе, выкинув все мысли из головы.
Это длилось, пока не провела рукой по шее, чтобы убрать щекотавший волос с кожи, что выбился из прядей. Пальцы наткнулись на кулон. Мои брови тут же съехались к переносице.
Сколько раз я порывалась его снять, но что-то останавливало меня. Кулон, несмотря на то, что после его появления одна за другой пошли неприятности и – это еще мягко говоря, стал для меня чем-то вроде оберега. Ведь именно держа его в руке, я молилась в машине под обстрелом. Тут же сглотнула.
Во рту появился металлический привкус. Дыхание замедлилось. Воздух стал густым, с трудом поступая в легкие.
В голове набатом прозвучали слова Армана: паническая атака. Я судорожно попыталась вздохнуть. Сердце забилось, как ненормальное, грозясь просто выпрыгнуть из грудной клетки. О нет, только не это!
Эта мысль мелькнула лишь на мгновение и тут же исчезла, уступая место всепоглощающей панике. Почти не соображая, я схватилась за горло, будто это могло помочь вздохнуть. Хрипя, с головой ушла под воду. Неловко пытаясь поднять руки, чтобы выбраться на поверхность, принялась барахтаться в воде.
Но руки отказывались слушаться. Они словно разом отяжелели, не давая управлять собственным телом. Я отчаянно заработала ногами под водой. Не хочу умирать! Только не в воде… Только не так! Как только голова оказалась на поверхности я сделала глоток воздуха и просипела: