Сердце варвара
Шрифт:
Ее пальцы прижимаются к моим губам, и выражение ее лица застенчивое.
— Ты переходишь от нуля к сотне, не так ли? Для тебя нет возможности увеличить скорость.
Увеличить скорость?
— Если мы говорим о местах, куда можно прикоснуться ртом, я расскажу тебе о своем любимом. Тебе, возможно, понравятся поцелуи.
Я пожимаю плечами.
— Я поцелую, если ты хочешь. Я сделаю все, что ты пожелаешь, Стей-си. Мое самое большое желание — доставить тебе удовольствие.
— Тогда мы начнем с поцелуев, — говорит она, поглаживая мою щеку своими
Я киваю.
— Тогда давай займемся поцелуями. Мы можем начать с этого. — Я хочу, чтобы ей было комфортно со мной. Я хочу, чтобы она жаждала моих прикосновений так же, как я жажду ее.
Она ерзает и садится, наблюдая за мной.
— Почему бы мне не взять инициативу на себя?
Она беспокоится, что я сделаю это неправильно?
— Разве я раньше целовался?
— О да. — Стей-си мечтательно вздыхает. — Ты великолепно целовался.
— Расскажи мне об этом поподробнее.
Ее губы изгибаются в улыбке.
— Я не уверена, что здесь есть о чем рассказывать. Мне просто нравилось целоваться с тобой. Конечно, сначала ты не знал, как это делать. Это не по-ша-кхайски… очень похоже на поедание яиц. — Ее губы подергиваются, когда она встает на колени и перекидывает одну ногу через мои бедра. Мгновение спустя она устраивается у меня на коленях и обнимает меня за шею. — Но ты научился этому очень быстро, а потом у тебя это стало получаться очень, очень хорошо. — У нее мечтательное выражение на лице, когда она придвигается ближе.
Мои руки ложатся на ее бедра, и я борюсь с желанием насадить ее на свой член, уже твердый и ноющий в ответ на ее близость. Но я хочу, чтобы она оставалась там, где она есть — мне нравится чувствовать, как она оседлала меня.
— Тогда я снова научусь хорошо в этом разбираться.
— Ты сделаешь это, — мягко говорит она. Ее пальцы играют с моей гривой, и она снова гладит меня по подбородку. — Или ты вспомнишь.
— Я хочу вспомнить, — говорю я, и мой голос хриплый от желания. — Я хочу этого больше всего на свете.
— Я знаю. Тогда, может быть, это освежит твою память. — Она наклоняется и прижимается своими губами к моим.
Ее губы касаются моих, и я испытываю ощущение всепоглощающей сладости. Мое пребывание здесь — это все, что есть доброго, мягкого и сладостного в этом мире. Я чувствую прилив собственничества, когда прижимаю ее к себе, позволяя ей прижаться своими маленькими губками к моим. Если это то, что она хочет сделать, то я с радостью соглашусь с этим.
Потом она лижет меня.
Я так поражен этим, что отпрянул назад, уставившись на нее.
— Что? Что такое? — Ее рот влажный, блестящий и завораживающий.
— Ты должна была это сделать?
Она улыбается мне.
— Мы можем делать друг с другом все, что захотим, глупый, пока это доставляет удовольствие. Тебе это не понравилось? — Стей-си выглядит обеспокоенной.
— Я просто был… удивлен. Давай сделаем это снова. — Я хочу еще раз попробовать ее маленький язычок на вкус.
Она придвигается немного
— Все еще хочешь, чтобы я вела?
Я киваю. Я слишком очарован тем, как она себя ведет, чтобы протестовать. Мне нравится, когда она берет все под свой контроль. Это такая другая ее сторона… и это волнующе. Я положил руки ей на бедра, решив не беспокоить ее.
Стей-си снова наклоняется и касается своими губами моих, как она делала раньше. Я чувствую ее возбуждение, горячий аромат его наполняет воздух. Ее кхай напевает тихую песенку, и мой отвечает тем же. Когда она наклоняется вперед, ее соски касаются моей груди, и они твердеют. Это заставляет мой член дернуться в ответ, потому что я ничего так не хочу, как повалить ее на пол и зарыться лицом в ее влагалище, пожирая ее, пока она не начнет выкрикивать мое имя. Мои руки сжимаются в кулаки, и я закрываю глаза, полный решимости сохранять контроль. Я не хочу пугать ее силой своей потребности.
Но прошлой ночью, когда она прижалась ртом к моему члену? Она только усугубила мою нужду. Теперь я не могу думать ни о чем, кроме нее.
Ее язык снова скользит по уголку моего рта, и я приоткрываю губы, любопытствуя посмотреть, к чему это приведет. Ее ответная дрожь завораживает меня, как и ощущение того, как ее язык скользит по моему. Она снова лижет меня… и это неописуемое ощущение. Я стону, когда она начинает дразнить меня, ее язык слегка касается моего, уговаривая меня принять участие. Затем она толкается мне в рот, и я задыхаюсь, потому что это напоминает мне о… совокуплении с ней. Так вот что это такое? Совокупление ртами?
Я думаю, мне понравятся поцелуи. Сильно.
Я прикасаюсь своим языком к ее, и она издает тихий стон, когда я это делаю. Ее ответ потрясает меня, и я больше не могу сидеть сложа руки и концентрироваться. Я должен участвовать, и я крепко прижимаю ее к себе, пока мой язык сражается с ее языком, скользя и поглаживая друг друга. Ее рот влажный и горячий, каким, должно быть, сейчас является ее влагалище, и когда я засовываю свой язык ей в рот, это как будто обещает ей спаривание, дразня ее тем, что мой член сделает с ней.
И она прижимается ко мне и задыхается, возбужденная моими поцелуями.
Снова и снова наши рты соединяются, языки сливаются воедино. Мои руки блуждают по ее спине, прижимая ее маленькую фигурку ко мне. Она само совершенство, моя пара, все изгибы и нежная кожа, и я сжимаю ее зад, очарованный тем, какой он круглый и мягкий. Женщины ша-кхаи стройные и мускулистые, но моя Стей-си совсем не такая, и я люблю ее тело.
Она стонет мне в рот, а ее бедра покачиваются навстречу моему члену, вызывая у меня еще один стон. Я думаю о прошлой ночи, когда она опустилась передо мной на колени и ублажала меня своим ртом. Она не кричала от удовольствия, как делала, когда мы совокуплялись. У нее не было освобождения — и я хочу дать ей его. Я провожу рукой вверх по ее груди, обхватывая ее полные соски.