Сердце в огне
Шрифт:
— А почему стоим? — спросила Женя. — Мы что, заблудились?
Михаил поднял голову и улыбнулся. И снова Женя удивилась, как он похож на добродушного медведя. Только вот медведи бывают и опасны. И она сейчас в глухом месте и совершенно беззащитна. Мысли пробежали электрическим током и растаяли, не вызвав никакого беспокойства. Кто бы сказал осторожной Женьке, что она уедет с незнакомым мужчиной в дебри тайги и будет спокойно сидеть с ним бок о бок в машине. Тут кричи-не кричи, никто не услышит и не найдет.
— Нет, я просто ждал, когда ты проснешься. А ты оказалась соней. Пошли! —
— Куда? — теперь уже испугалась Женя.
— Пошли, пошли… Это обязательно нужно увидеть… Только вот, накинь на себя.
Михаил потянулся и достал с заднего сидения темно-синий шарф толстой вязки. Женя хотела возмутиться, но не решилась и просто намотала его на шею. Мягкая пряжа пахла лавандой. Женя чихнула.
Они выбрались наружу и по едва заметной тропке зашагали вперед. Михаил ловко отводил в сторону ветки елей, давил рифленой подошвой шишки, изредка оглядывался, чтобы проверить, не отстала ли его спутница. Женя вглядывалась в широкую большую спину, слушала треск сучьев и покорно шла след в след, боясь потеряться. Несмотря на хромоту, Михаил двигался быстро, и в какой-то момент Женя всё-таки упустила его из виду. Замешкалась, заглядевшись на вывернутый бурей огромный пень с толстыми корнями, похожими на беспомощно раскинутые щупальца. А когда подняла глаза, увидела перед собой лишь стену деревьев и полусухой травы.
— Михаил! — крикнула она срывающимся голосом.
— Я здесь! — из-за дерева показалась массивная фигура. — Не отставай. Пропадешь волкам на радость…
Его слова прозвучали зловеще, и Женя засеменила поближе к своему проводнику. Больше всего ее беспокоили сгущающиеся сумерки. Небо темнело прямо на глазах. Еще чуть-чуть и невозможно будет найти дорогу обратно. Мрачно толпились вокруг кряжистые стволы, цеплялись за волосы еловые лапы, болотным духом сочилась мокрая трава и склизкие слипшиеся между собой листья.
Неожиданно деревья расступились. Как будто дождавшись подходящего момента, невидимый великан распахнул зеленый занавес, и перед Женей предстало настоящее лебединое озеро. Зрелище было настолько необычным и величественным, что она, не сдержавшись, ахнула.
На воде, зажатой со всех сторон горами и скалами, качались десятки белых лебедей. Разделившись на пары, а порой, сбиваясь в целые группы, они медленно передвигались по черной блестящей поверхности. Женя восторженно смотрела на белоснежное облако птиц. Ничего красивее она никогда не видела!
— Как здорово… — прошептала она и восхищенно покачала головой. — Сколько их тут? И почему они не улетели?
Раздражение от странной встречи в аэропорту улетучилось, растворилось бесследно в холодном горном воздухе, унеслось к высоким острым хребтам, оставшись в их расщелинах. Женя не могла оторвать от лебедей взгляд, а они снисходительно позволяли ими любоваться.
— Они здесь зимуют. Вода не замерзает из-за родников, и лебеди остаются до апреля. С той стороны есть подъезд для туристов, но мне больше нравится смотреть на них отсюда… Получается, как в сказке…
Женя удивилась такой сентиментальности. С виду Михаил больше походил на сурового охотника или лесоруба. Бороды только не хватает.
— Ты часто здесь
Михаил пожал плечами, руки он снова засунул в карманы джинсов:
— Бывает… Иногда… Я сюда обычно один приезжаю. Думается здесь хорошо, — он указал подбородком на поваленный ствол, скрытый кустами. — Я случайно сюда как-то забрел. Здесь одному хорошо…
— А гостей? Гостей со своей базы ты сюда возишь?
Михаил молча покачал головой. Серые глаза в сумерках потемнели.
— Для туристов вон там место оборудовано, — повторил он и махнул рукой куда-то в сторону другого берега.
Женя проследила за направлением, но ничего толком не разглядела.
— А здесь, если кто и бывает, то местные… Да и то нечасто…
— А ты местный? — поинтересовалась Женя.
Она с удивлением заметила, как исчезла и скованность, и смущение, разговор давался легко, будто пишешь очередное сообщение Апелле.
— Нет. Я случайно здесь оказался. Самолет из-за погоды сел в этих краях. Я с первого взгляда понял — это мое место. Вот и остался…
В его голосе послышалась тонкая, едва звенящая тоска, словно сотканные из воздуха пальцы, прикоснулись к струнам невидимой арфы или лиры. Женя прочувствовала его состояние всей кожей. Что-то знакомое и близкое шевельнулось в душе. Тревожно всколыхнулись и закачались белой волной лебеди. Зашипели, зафыркали недовольно. Женя настороженно глянула в темную чащу, а вдруг оттуда сейчас выскочит волк или лисица.
— Пойдем, нам еще нужно успеть добраться до ночи.
Перед тем, как забраться в салон, Женя окинула взглядом горы. Уставшее солнце медленно пряталось за их верхушки, подсвечивая сквозь облака долины. Дальше дорога петляла через сосновый лес. Изумрудно-бирюзовый поток реки тускнел прямо на глазах, превращаясь в черную пропасть. Вдруг в отдалении мелькнуло что-то темное, похожее на большой камень-валун. Женя вытянула шею:
— Что это? — она указала пальцем.
— А-а-а, это остров, который принадлежит Горным Духам… Они охраняют эти места…
— От кого?
Михаил задумался на несколько секунд, усмехнулся и произнес:
— От нас, людей…
«Как верно, — подумала Женя, — люди бывают так глупы и жестоки…»
— Нам еще долго ехать? — спросила она, чтобы отвлечься от грустных мыслей.
— Нет, скоро поселок. Там ждут. В темноте дальше придется двигаться, но ничего, Яшка проберется, ему не привыкать. У нас там снег уже выпадал несколько раз. Надеюсь, сегодня ночью не пойдет…
Вскоре увидели указатель, а потом и поселок. Женя сильно устала и мечтала только об одном — найти спокойное место и прилечь. Похоже, сегодня она будет спать без задних ног. Казалось, что эта дорога не закончится никогда. Жене было уже всё равно, куда она едет, с кем, что ее там ждет, может, деревянная халупа с туалетом на улице. Она забралась уже в такую глушь, что думать об этом было страшно. Хотелось просто оказаться в тепле и уснуть хотя бы не на продавленном диване в прокуренной хижине. Сама всё это устроила, вот теперь и расплачивается за свою глупость. «Нужно было всё-таки сбежать сразу, еще в аэропорту», — подумала она, недовольная собой.