Сердце Триединства
Шрифт:
Девушка указала рукой на стену, где висела большая фотография в рамке, на которой была изображена вся семья Триквер. Снимок сделан больше десяти лет назад, если судить по возрасту Кси, которая на тот момент была еще совсем ребенком. На фотографии ребята увидели молодых Норму и Чертана, который тогда еще не носил бороду, мальчишку Октанта с короткими взъерошенными волосами и пару пожилых магов. Когда Ксилота упомянула, что пошла в бабушку, то говорила не только о стихии. Женщина со снимка, одетая в закрытое платье синего цвета и выглядевшая удивительно молодо для своих
Но ребят больше поразило не невероятное сходство сокомандницы с бабушкой, а запечатленный рядом с женщиной маг. Могучая, похожая на медвежью фигура занимала с четверть фотографии. Даже рядом с высоким Чертаном маг мог похвастать ростом. Несмотря на преклонный возраст, волосы сохранили огненный цвет, как и длинная, до живота, густая борода с усами. Сколько лет этому магу не было, никому и в голову не пришло бы назвать его стариком.
— Я только с бабушкой и могла нормально общаться, — произнесла Ксилота. — Только благодаря ей я здесь выживала. А как ее не стало несколько лет назад, стало совсем невыносимо. Вот я не выдержала и сбежала.
— Сочувствую, — проговорила Салли, внимательно рассматривая фотографию. — Надо же, — вдруг хихикнула она, — какой миленькой ты тогда была!
И правда, маленькая, счастливо улыбающаяся Кси в голубом платье с бантом на макушке выглядела удивительно мило.
— Что значит, была? — тут же зашипела повзрослевшая и мало чем напоминающая прелестную девчушку с фотографии Ксилота. — Хочешь сказать, сейчас…
— А это кто, твой дед? — прервал ее Дармер. — Он-то жив?
— Жив, что с ним станется, — с недовольством ответила девушка.
— А где он сейчас? — поинтересовалась Сальвадора.
— Понятия не имею, — пожала плечами Кси. — Но точно не в мастерской, иначе бы первее всех выбежал поприветствовать свою «самую дорогую и любимую внучку»! И слава богам! Мне дико повезло, что мы на него не нарва…
— Кого я вижу! Это же моя самая дорогая и любимая внучка! Как же я по тебе скучал!
Ксилота даже пискнуть не успела, как оказалась стиснута в крепких объятиях рыжего здоровяка, которого и теперь язык не поворачивался назвать дедом. За десять лет он ни капли не изменился и отличался от своего двойника с фотографии только бородой — она стала еще длиннее.
На этот раз Кси не стала терпеливо сносить подобное обращение и попыталась вырваться. Но усилия ни к чему не привели — здоровяк внимания не обратил на ее трепыхания. Теперь даже Дармеру стало немного жалко Кси. Та словно кукла болталась в руках чрезмерно соскучившегося деда и выслушивала поток словоизлияний.
От продолжения экзекуции ее спасли остальные родственники, вернувшиеся в торговый зал с готовыми кольцами. Ребята ожидали увидеть что-то вроде колец для очищения энергии и сильно удивились. Кольца оказались сделаны не из металла, а высечены из цельных камней. Их цвет совпадал с цветами четырех стихий.
— А что это за камни? — спросила Адель, разглядывая кольца в руке Ксилоты, которые той передал отец.
Кси закатила
— Ты алхимию в академии совсем не изучала? — и, оставив вопрос без ответа, сказала: — Это же элементарная вещь! Четыре драгоценных камня — вместилища четырех стихий в кристаллизированном виде. Они идеальные преобразователи одного типа энергии в другой! Вот это твой, Дармер, — она протянула товарищу прозрачное кольцо, — алмаз, камень стихии Воздуха. А это твой, Салли, сапфир, — положила Кси на ладонь подруги кольцо из синего камня.
Адель досталось изумрудное кольцо, и в руке Ксилоты остался пылающий красным рубин.
Когда все кольца были разобраны, Трим попытался узнать, сколько они должны, но господин и госпожа Триквер в один голос заявили, что с друзей дочери денег не возьмут, и отвергли любые попытки заплатить. После этого Кси, как бы она не хотела побыстрее уйти, подверглась еще одному сеансу объятий, теперь прощальных. Даже Октант подошел, чтобы попрощаться с сестрой, и этот жест поверг Кси в ступор. Что творилось со старшими Трикверами — словами не передать. Дед Ксилоты, которого звали Расалас, сбегал куда-то в недра дома и принес внучке кулон — прозрачный голубовато-зеленый камень на цепочке, которую он тут же повесил ей на шею.
— И зачем это? — спросила Кси, разглядывая вплавленный в серебро треугольный камень.
— Я сделал эту подвеску специально для тебя! — провозгласил Расалас. — Это не простой камень, он будет менять цвет, если ты снова начнешь кипятиться. И это будет сигнал для тебя, что надо бы взять себя в руки!
— Глупость какая-то, — фыркнула Ксилота. — И зачем только надо было…
— Утю-тю, он розовеет! — перебил ее дед.
И правда, камень подернулся изнутри лиловой дымкой. Ксилота, заметив это, вспыхнула. Камень, будто отвечая ее эмоциям, налился краснотой. Девушка прикрыла глаза, глубоко вдохнула-выдохнула, и кристалл снова засиял холодным зеленоватым светом.
— Молодец, — дед похлопал ее по макушке, на что Ксилота лишь слегка покривилась. — И отныне всегда следи, чтобы он снова не стал красным. Если уж решила стать на путь воина, учись контролировать эмоции. Несдержанность в бою может дорого обойтись тебе и твоим друзьям!
Всю дорогу до замка Кси смотрела на подаренный кулон, который больше цвет не менял. Длина цепочки не позволяла спрятать его под доспех, но и снять побрякушку девушка не пыталась. Все остальные, за исключением «друидов», рассматривали новые кольца.
— Слушай, Кси, — заговорила Сальвадора, — а это ничего, что твои родители нам эти кольца бесплатно отдали? Драгоценные камни дорого стоят…
— Натуральные, — оборвала ее Ксилота, — драгоценные камни. Которые азарлары в своих горах добывают. Они — да, дорогие. А этих час назад вообще не существовало, их вырастили в пробирке алхимией. Потому и низкая цена.
— Сейчас почти все алхимией создается, — проговорил Трим. — Еда, ресурсы… Все производится на алхимических фабриках. Мне всегда было интересно, зачем азарлары тратят время, занимаясь добычей металлов, камня, когда мы создаем их гораздо быстрее и дешевле?