"Сердце Шивы"
Шрифт:
Полковник к доводам Штольмана прислушался и приказал солдатам отойти с дистанции выстрела. Оставалось убедить княжескую стражу. А она выглядела совершенно неприступной.
Гнетущая тревога, комариным писком звучавшая в ушах с самого утра, в этот миг загрохотала набатом. Он не должен уходить один! Иначе она никогда больше его не увидит.
Анна поймала мужа за руку и потащила по тропинке вглубь чащи, где никто не мог их перепалку видеть и слышать. Под сплетёнными кронами было почти темно,
У неё ещё оставался последний довод. И на него было больше всего надежды. Только для этого надо было сменить тон, а это сделать пока не удавалось.
– Яков Платонович, вы обещали, что мы всегда будем вместе, и что вы всегда будете доверять мне!
– Я доверяю вам, Анна Викторовна. Но это не вопрос доверия. Вам туда нельзя.
Они спорили яростным шёпотом, крепко держа друг друга за руки.
Нет, так им никогда не удастся прийти к соглашению!
– Я не могу оставаться без вас. Я боюсь! – выпалила Анна, рассчитывая его разжалобить.
Напрасно. Штольман внезапно отступил на шаг, скрестив руки на груди:
– Вам пора этому научиться, Анна Викторовна. Всё равно настанет день, когда я вынужден буду вас покинуть.
– Что? – ей показалось, что она ослышалась. – Что вы сказали?
Кажется, собственные слова и реакция на них жены напугали Штольмана. Он снова подступил к ней и попытался взять за руку. Анна руку отдёрнула.
– Аня, ведь я намного старше, - совсем тихо сказал он. – Когда меня не станет, у тебя впереди ещё будет долгая жизнь, которую всё равно придётся прожить. Просто прими это и перестань бояться.
Ей стало вдруг так нестерпимо больно, что дыхание стиснуло в груди. Анна рванулась к мужу и крепко обняла его за шею.
– Не говори так! – шептала она сквозь внезапно хлынувшие слёзы. – Никогда не говори так!
– Не буду. Прости!
Тёплые губы невесомо касаются виска. Сильные руки обнимают её крепко-крепко. Неужели всё это когда-то может исчезнуть?
Нет! Этого просто не может быть!
– Я боюсь за тебя!
– всхлипнула она.
– Я тоже за тебя боюсь, - сказал Яков, прижимая её к себе.
– Просто позволь мне быть рядом. Я почему-то знаю, что если я рядом, непоправимое не случится.
– Снова духи?
– Да. Нет. Я не знаю. Просто откуда-то знаю – и всё!
Яков чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо.
– А если я тебя не возьму, ты подобьёшь на авантюру дядюшку и Карима, и кинешься за мной?
Анна коротко всхлипнула, подтверждая сказанное.
– Потому что людям надо помогать?
Она утвердительно шмыгнула носом, всё ещё отходя от страха, вызванного его словами.
– Ну, что мне с вами делать, Анна Викторовна? И за город кататься я вас вроде уже возил.
– Что? – она уставилась на него мокрыми, не понимающими глазами.
Яков улыбался,
– Это я о своём, Коробейникова вспомнил. Пойдемте-ка отсюда!
Анна всхлипнула, так и не поняв, почему он начал шутить. Согласился с ней? Или?..
На её вопрошающий взгляд муж ответил, крепко обняв её за талию:
– Там у берега два крокодила. И они смотрят на нас влюблёнными глазами. К чему бы это?
– Ох!
Она чуть не упала, разглядев сквозь мутную воду похожие на брёвна тела двухсаженных бестий, глядевших на них не мигая. Один к тому же раззявил пасть, демонстрируя коллекцию страшенных зубов.
– В этой стране, и впрямь, лучше никуда не соваться в одиночку, - пробормотал Штольман. – Такие милые создания, прямо из детской сказки. Как вы думаете, кто-нибудь про них сказку напишет?
– Ну, что за ерунду вы говорите, Яков Платонович? – улыбнулась Анна сквозь слёзы. – Сказки про крокодилов - придумаете тоже! Зубы мне заговариваете?
– Заговариваю, - вздохнул он, беря её под руку.
Крокодилы провожали их разочарованными взглядами.
*
И всё же, когда они под руку вышли из-под защиты деревьев и двинулись в сторону индийской стражи, прямо под нацеленные ружья, Анне было страшно до холодных мурашек. Но Штольман сохранял абсолютное спокойствие. Она вцепилась в мускулистую руку мужа и выдохнула, пытаясь расслабиться. Когда они подошли к охранникам князя вплотную, на лице у Анны уже поселилась вполне доброжелательная улыбка.
– Передайте радже Калидасу, что его хотят видеть русские детективы, которые обещают разобраться в убийстве и не допустить расправы над невинными людьми, - ровно сказал Яков Платонович. Уверенная манера полицейского не изменила ему, убеждая в том, что говорящий и впрямь олицетворяет собой закон и справедливость.
Кажется, стражу озадачило появление мужчины и женщины, без страха стоявших рука об руку в окружении вооружённых людей. Потом один из охранников, одетый более пёстро и вооружённый обильнее прочих, что-то сказал на хинди. Стражники подступили ближе и обыскали Штольмана, отобрав пистолет. Яков поднял руки, демонстрируя полное повиновение.
Анну трогать не стали. Потом обоим завязали глаза. Анна протянула руку, поймав крепкую ладонь мужа, и сжала её. Она не позволит их разлучить.
Вели их довольно долго. Невозможно было быстро идти с повязками на глазах. К тому же, скоро их провожатые свернули с торной дороги и погнали их по какой-то тропе, где под ноги то и дело попадались корни деревьев. Пряный запах джунглей делался всё сильнее, потом повеяло болотом. Анна вздрогнула, вспомнив крокодилов. Но, кажется, болото тоже осталось позади, а их всё вели куда-то.