Сердце пирата
Шрифт:
– Держи курс ровно, как только можешь, Фарли, – ободряюще сказал Джеми. Подветренное положение, в котором они оказались, осложняло маневры. Позиция была не из тех, что нравились Джеми. Как только «Шлюха Франции» пересечет их курс, «Гиблое дело» попадало в опасность. Если французские бомбардиры будут метко стрелять, то смогут продырявить корпус шлюпа ниже ватерлинии, пока он кренится под ветром.
Но Джеми старался об этом не задумываться. Он перевел взгляд с компаса на паруса француза.
– Следи за ней, Фарли, –
На палубе внизу матросы устанавливали паруса, натягивая и отпуская шкоты и лини. Они работали идеально согласованно, так что любо было глядеть, несмотря на их разбойничий вид.
– Пушки на товсь, – проорал Кина, и Джеми махнул в ответ. «Шлюха Франции», чей черный корпус взрезал лазурную воду подобно мечу дьявола, почти поравнялась с ними. В любое мгновение Джеми ожидал услышать громовой рев ее поворотных пушек.
– Стреляй по своему усмотрению, мастер Кина, – завопил Джеми, приветственно вскинув руку. Чернокожий ответил тем же, потом повернулся и стал расхаживать по усыпанной песком палубе, останавливаясь у каждой четырехфунтовой пушки, здесь давая совет, там дружески кивая.
Джеми набрал полные легкие соленого воздуха, ощущая нарастающее возбуждение. С какой стати он беспокоился? Его еще не оставило везение, бывшее с ним с того времени, как он спасся от петли палача в Лондоне. Пусть с вахтой вышла промашка, но де Порто для успеха потребуется кое-что посерьезнее выгодного положения.
Шлюп кренился под ветром, пока они маневрировали, стараясь занять лучшую позицию и не допустить, чтобы французский пират прошел у них за кормой.
– Они почти рядом, капитан.
Джеми дал Фарли еще одно короткое указание, затем прошел к поручням. Преподобный был прав. Уже не требовалось смотреть в подзорную трубу, чтобы разглядеть надвигавшийся с востока контур «Шлюхи Франции». Она была облеплена матросами, действия которых повторяли действия его собственной команды. Одни карабкались на ванты с висевшими через плечо мушкетами. Другие стояли у пушек, ожидая, как и люди Джеми, сигнала, чтобы поднести фитиль к запалу.
Джеми вцепился в поручни, наблюдая, как ненавистный де Порто медленно подбирается к его борту. Отсчитывая секунды по биению собственного сердца. Брызги бриллиантами сверкали на солнце. Тот же ветер, что спутывал его волосы, наполнял паруса, давая им жизнь, давая жизнь «Гиблому делу». Закинув голову, Джеми обратил лицо к небесам. Настал решающий момент.
Он открыл рот, чтобы дать сигнал бомбардирам, но еще не издал и звука, как услышал выкрикнутый Киной приказ. Не успел он
Но его радость была недолговечной.
Ответный залп вырвался из глядевших на него черных дул в волне оранжевых языков огня. Корабль задрожал под ударами зарядов шрапнели. Джеми вглядывался сквозь дым, пытаясь определить нанесенные такелажу повреждения. Паруса, все еще туго натянутые, гудели на ветру, удерживая «Гиблое дело» наравне с кораблем француза.
Теперь стрельба шла непрерывно, словно постоянные удары колотушки сотрясали корабль, вода между ними словно вскипела. Когда ветер прорвал завесу насыщенного серой и селитрой дыма, Джеми увидел грязных, потных бомбардиров, прочищающих стволы пушек, быстро забивающих пороховой заряд и ядро, прежде чем поднести фитиль к запалу.
– Возьми ближе к ним, Фарли! – скомандовал Джеми рулевому, потом повернулся, глядя на все сужающееся пространство моря между двумя кораблями.
– Вы уверены, что это разумно? – Преподобный приложил ладони рупором ко рту, чтобы быть услышанным. – Приближаться к этим пушкам… – Он не стал договаривать. Последствия были слишком очевидны. По палубе сновали матросы, опрокидывая ведра с водой и песком на разгоравшееся то тут, то там пламя.
Корпус корабля сотрясался от ударов.
Раздавались крики людей, задетых разлетавшимися кусками дерева. Если существовал ад на земле, то он был здесь. Адские запахи, адские вопли, жара, как будто липнущая к коже. А Джеми направлял их прямо к воротам преисподней.
– Капитан. – Преподобный обернулся к Джеми, сжав губы и дико вращая глазами. – Еще немного, и это будет стрельба в упор.
– Но мы же держимся. – Джеми изогнулся, чтобы отдать приказ рулевому: – Теперь так держать, ровнее. – Снова повернувшись к преподобному, Джеми ухватил его за руку: – Теперь готовь людей для абордажа. – Его покрытое потом и сажей лицо прорезала широкая ухмылка. – Он прозевал свой шанс, преподобный. Француз прозевал его!
– Я не понимаю… – Его слова заглушил треск рухнувшей на палубе реи.
– Он целит в такелаж. – Джеми откинул волосы с лица. – Хотя ничего не стоило вспороть нам брюхо, когда мы кренились под ветром. – Джеми втянул воздух сквозь зубы. – Но он предпочел паруса. Теперь мы возьмем его на абордаж. Покажем им всем, как дерутся настоящие пираты.
Преподобный бросился вниз по трапу. Джеми перегнулся через поручень, оценивая расстояние, потом крикнул через плечо: