Сердце Пекла
Шрифт:
— Темнишь ты что-то, — скептически поцокал языком бывший внешник.
— Просто считаю, что место для разговоров не подходящее. Да и вам после всего, что произошло, не помешает отдых, верно? И чашка горячего чая. Идёмте в моё жилище, там и поговорим. И не беспокойтесь, вы в безопасности.
Жилище Скульптуриста было больше похоже на хижину в лесу. Обычном лесу, где пели птицы, летали мухи и бабочки и из-под ног временами выпрыгивали самые обыкновенные зайцы, разве что упитанные настолько, что сразу было видно — на них никто и никогда
Попали они сюда через портал вроде того, какой видел Шайтан на сером кластере. Бывшего внешника это обстоятельство напрягло даже больше, чем серый «кузнечик», с которым Скульптурист был мало того, что хорошо знаком, но и умудрялся общаться с ним посредством телепатии. Впрочем, из дальнейших объяснений всё потихоньку встало на свои места.
— Баланс не есть равновесие. Это постоянная борьба противовесов. Сегодня немного перевесит один, завтра — другой. Но окончательной победы, окончательного слома шатающейся конструкции не добиться ни одному из них. Понимаете, о чём я? Такие, как я, вмешиваясь в ваши конфликты напрямую, не могут не колебать баланс. А это риск вывести из строя всю систему. Огромный риск. Поэтому я вынужден много наблюдать за иммунными, приглядываться к вам, выбирать тех, кому окажу помощь в нужный момент. Такую, знаете, которая не выдаст меня напрямую.
— Попутчик, — обронила Шпилька, медленно попивая горячий душистый чай с самой настоящей земляникой и листьями, приготовленный в котелке на костре.
— Да, — согласился с ней Скульптурист. — Он, конечно, вызвал у вас вопросы, но позволил мне оставаться в стороне. Он частично отпугивал от вас заражённых, привёл тебя к сабле, защитил от другого скреббера. Серые помогли Шайтану с Зиной, внеурочно приземлив свой кластер вместо того озера и открыв, тем самым, прямую дорогу, которая позволила им избежать встречи с ордой. Ну и выгнали оттуда вовремя, до того, как кластер снова перезагрузился.
— То-то они ни разу в нас не попали своими копьями, — хмыкнул Шайтан, тоже больше занятый чаем, чем разговором.
— Верно. Некоторое их оружие, может, и примитивно с нашей точки зрения, но владеют они им прекрасно, просто поверьте. Да и примитивно оно только с виду. С нодиевыми саблями вы и сами уже знакомы…
— Кстати, о саблях, — снова подала голос Шпилька. — У меня был друг, которого Ада убила этой своей саблей. Я пыталась передать ей его рану, но Дар не сработал. Вроде и активировался, но…
— Потому что сабля была создана именно для того, чтоб убивать. Предметы из нодия и результаты их применения не подчиняются Дарам. Потому что сам нодий есть производное от мира серых, где нет ни спор, ни Даров. Это чужеродный для Стикса, но всё-таки необходимый для его существования материал. Он уникален и многогранен настолько, что даже серым известен не весь спектр его возможностей. Люди частично скопировали эту технологию. Великие знахари научились создать из него такие вот браслетики, как у тебя, великие кузнецы — создавать оружие с удивительными свойствами.
Глава 49
Ответы и новые вопросы
— Великие… кузнецы? — переспросила Шпилька, решив, что ей послышалось.
— Наслушалась
Голова у Шпильки кружилась от обилия информации, которая, в кои-то веки, оказалась не обрывочной, а полной — Скульптурист отвечал на вопросы охотно и без утайки.
— Что за Ковен?
Скульптурист снова хохотнул.
— Первые, кто развил свои Дары до уровня великих. Семеро иммунных, сумевших прожить в Стиксе от трёх до девяти веков. Но это раньше они звались Ковеном. Потом, осознав могущество, они захотели власти. И предпочли другое наименование — боги. Боги Стикса. Что, слыхала, да?
— Ага, — зло кивнула Шпилька. — Эти уроды объявили на меня охоту и натравили своих гомункулов.
— Знаю. Конкурента почуяли, — наставил на неё палец Скульптурист и подмигнул. — Хорошо, что ещё ни один их эксперимент с заражёнными не дал того результата, который они ждали, да? Хотя Дар от их творения ты умудрилась получить. Он стоил тебе твоих глаз, но выбор был правильный, одобряю. В конце концов, с такими глазами ты по-прежнему симпатична
— Не поспоришь, — вздохнула Шпилька и перешла к конкретике. — Семеро, говоришь? Есть на них управа?
— Стикс един, но существует одновременно во множестве измерений и планов. Из этого Стикса, который также зовётся Ульем, боги ушли в другое измерение. Прокачались там и снова ушли. Хочешь их победить — пойдёшь тем же путём. Портал я открою.
— С помощью нодия?
— С помощью Дара, — снова усмехнулся Скульптурист и, не дожидаясь нового вопроса, быстро добавил:
— Но воевать придётся только с шестью из богов.
— Почему? — удивилась Шпилька.
— Потому что, скажу тебе по большому секрету, седьмой не возжаждал власти. Он хотел сохранить баланс в Стиксе. И не пошёл с остальными. Остался здесь.
— Ты?.. — наугад ляпнула Шпилька и остолбенела, услышав ответ.
— Я.
Последовала немая пауза.
— Ну ты же не думала, что я достиг своих высот за какие-то жалкие десятки лет? — хитро подмигнул ошарашенной Шпильке Скульптурист. — Легенда о скульпторе-туристе красивая, не спорю. Но — я сам её придумал и распространил. Удобно, когда тебя принимают за безобидного романтика-дурачка, умудрившегося найти себе место для проживания где-то на краю мира, вдалеке от людей. В таком никто не заподозрит человека, который имел все шансы стать богом. Так что это отличное прикрытие, чтоб сохранить инкогнито и скрыть тот факт, что приставка «великий» — далеко не предел развития иммунного. Предела, насколько я успел понять, не существует в принципе.