Сердце пацана

Благосклонная Ядвига

— Мышь, — осторожно прикоснулся к моему плечу.

Я так и лежала, лицом уткнувшись в подушку.

— И не проси, Белов, — оскорбленно брякнула, — с комнаты не уйду.

— Что? — его голос звучал изумленно. — Зачем тебе уходить?

Подняв голову, я на него покосилась, сдула прядь волос с лица и произнесла:

— Ну, ты же хотел уединиться, — теперь он выглядел ошарашенным, — с этой… девушкой, — выжала из себя.

Ладно, по крайне мере мне удалось его повеселить. Белов с лукавой усмешкой на меня взирал.

Убрал за ухо вновь упавшую прядь волос и провел шершавыми пальцами вдоль линии скул.

— Я вообще-то отдыхать пришел.

— О, — приоткрыла рот, — эм, — сглотнула и потупила глазки, — ясно.

— Ты милая, когда ревнуешь.

— Что? — слетела я с кровати. — Что за глупости? Стала бы я… Да и вообще! Глупости!

Однако, его насмешливо изогнутые губы прервали мою пылкую тираду. Он мне не верил. Вздохнув, опустила плечи под гнетом правды. Кого я пыталась обмануть? Внезапно он стал серьезным. Челюсти сжались, а сам он, сведя брови к переносице, прислушался.

— Что…

— Тихо, — приказал, приложив свой палец к губам.

Комок страха сжал горло, когда раздался звук громких шагов. Кто-то подымался по лестнице. Шаги были тяжелыми, а затем в дверь начали настойчиво тарабанить. Герман метнулся к окну. Выглянул и выругался. Задернув шторы, повернулся ко мне.

Входную дверь открыли, а после с коридоры послышались голоса. Все произошло в мгновение. Миг и я оказалась на спине, а Белов между моими ногами. Он снял свой пуловер и отбросил в сторону.

— Подними руки.

Заторможенно, я покачала отрицательно головой. Тогда он резко стянул с меня платье и втянул в себя воздух, жадно впиваясь глазами в мою грудь. Моментально накрыла ее рукой, хоть та и была прикрыта приличным лифчиком, и мне хотелось думать, что сексуальным.

Когда дверь в комнату распахнулась, ударяясь об стену, Белов впился своими губами в мои, сминая мои губы в жестком поцелуе. Он прикусил мою губу, оттянул и скользнул языком в мой рот прежде, чем я бы успела пикнуть.

— Я… — услышала голос и хотела отстраниться, но Белов сильнее сжал меня. У двери откашлялись, а после громко изрекли, — оденьтесь и выходите.

Неизвестный вышел. В следующее мгновение Белов уже оторвался от меня, а моя рука машинально приземлилась на его щеку. Недоумевающе, он моргнул.

— Ты чего?

— А ты чего? — тяжело дыша, шепнула.

Сжав губы, Герман поднялся и кинул мне платье.

— Одевайся! Быстро!

Натянув пуловер, он подпер дверь стулом. Вытащил наши вещи из шкафа, а я поблагодарила бога, что так и не разулась. Когда мне в руки упало пальто, я успела только всунуть руки и прихватить сумку, прежде чем он подтолкнул меня к окну.

— Я не пойду, — вырвался испуганный писк, но Белова не волновало.

Он выглянул в окно, затем открыл его, вылез на выступ и оперативно перебрался на пожарную лестницу.

— Шевелись, — скомандовал.

Вздохнув,

сделала робкий шаг, но когда в дверь начали ломиться страх пересилил неуверенность и я шагнула на выступ, не смотря вниз. Белов начал спускаться первым, не забывая меня поторапливать.

Когда ручка еще раз угрожающе дернулась, а за дверью раздались возня и маты, я больше не колебалась. Перебравшись на лестницу, стала спускаться за Германом. Последние несколько ступенек приходились на метр от земли, поэтому Герман подхватил меня и опустил на снег. Схватив меня за руку, потащил к машине.

— Вон они! — крикнули из окна, и мы побежали быстрее. Открыли двери и залетели в машину.

Она завелась с первого раза. С громким свистом, задев мусорный бак, мы вылетели из двора.

— Держись!

Мы петляли по дворам, и, в конечном итоге, выехали на трассу. Герман постоянно посматривал в зеркало, проверяя нет ли хвоста.

В моей же голове была каша, губы еще покалывало и только когда мы отьехали на безопасное расстояние и опасность миновала, я подала голос:

— Это было обязательно? — указала на свои припухшие губы.

Он бросил на меня хитрый взгляд, растянул на губах дерзкую улыбочку и ответил:

— Нет, я просто хотел полапать тебя.

Глава 17

Мы ехали в неизвестном мне направлении, и все что мне было известно из этого пути, то что он и близко не пролегал к моему дому.

Хоть самое страшное уже было позади, меня трясло. Герман достал из-под сиденья бутылку воды и протянул мне, но руки не слушались и вода едва не пролилась.

Да что же такое-то?!

Раз. Два. Три. Четыре…

Принялась в уме считать, когда мои руки мягко отстранили. Только открыв глаза, поняла, что мы уже не ехали. Вокруг была сплошная темнота и редкие фонари, что ее разбавляли.

— Пей, — ласково, но настойчиво сказал Герман, прислонив бутылку к моим губам.

Запрокинув голову, сделала несколько глотков и отстранилась, откидываясь на сиденье. Мелкая дрожь пробежала по позвоночнику, и я сжала пальцы на коленях настолько сильно, что они побелели.

— Куда мы?

Машина все еще стояла на обочине, а Герман, откинувшись на сиденье и прикрыв глаза, отдыхал. Он тоже устал. Об этом говорили залёглые темные мешки под глазами

— Хочешь со мной на край света? — не переставал он шутить даже в такой момент. Приоткрыл свои веки, стрельнув в меня игриво глазками. Однако, когда я не пошевелилась, он вздохнул. — Мне нужно сделать пару звонков, — провел ладонью по лицу, сгоняя усталость. Дернул головой и, достав из бардачка зажигалку, вышел из машины.

Спиной он облокотился на капот машины, выпуская изо рта струйки дыма, и принялся кому-то названивать. Кажется, этого парня не смущало, что на улице стояла глубокая ночь.