Сердце-океан
Шрифт:
Я не имела понятия о том, куда мне идти. Откуда мне было знать, где прятались гомусы? Хотя к чему им теперь прятаться в своих собственных землях? Я лишь предположила по едва заметным следам на увядшей растительности, куда они могли двигаться. Но шла почти наугад. И тоже не старалась скрываться. Я ведь знала их лучше, чем те, кому повезло меньше меня. Я знала, что они не были животными, а значит, была возможность договориться с ними.
Чем выше поднимался Антэ, тем больше собиралось на небе туч, и вскоре они совсем скрыли его. Снова появилась гнусная изморось. Подул ветер. Стало очень холодно.
Что за путь я себе избрала?
Лес внезапно кончился. Предо мной возникла довольно обширная равнина, которая все равно однако была окружена теряющимися в сырой серости лесами. Лишь с одной стороны виднелось что-то вроде холмов. Как бы мне хотелось скрыться от этого мокрого неба где-нибудь в тепле, обсохнуть, утолить голод и жажду. А потом можно было снова идти дальше. Обязательно идти дальше. Разве могла бы дикая лисица долго жить в тепле и сытости? Я не могла с уверенностью ответить на этот вопрос даже самой себе. Но я боялась признаться себе же самой в том, что, пожалуй, мне уже не так сильно хочется отыскать северный остров, как поесть и выспаться в тепле. А может быть и остаться в нем. Навсегда.
Я решила отправиться в сторону холмов. Может быть, какое-то старое школьное чувство подсказало мне, что эти холмы не были природным произведением и напоминали какие-то картинки из прошлой жизни. Мои смутные догадки подтвердились, когда я подошла ближе. Судя по всему, холмы составляли какое-то геометрическое образование. Какое именно, наверное, можно было разглядеть лишь сверху, с высоты птичьего полета. Но возможно было предположить, что они образовывали круг, полукруг или эллипс. Я не удивилась бы, если б узнала, что это сооружение гомусов. Мне даже показалось, что верхушки холмов имеют форму конуса. Уж не пирамиды ли построили люди-звери? По крайней мере, было очень похоже. Правда, были они намного меньше земных египетских, к тому же поросли травой и даже местами кустарником, да и ребра в некоторых местах обрушились и округлились. И тем не менее, это были именно пирамиды. Чем ближе я подходила к ним, тем более в этом убеждалась. И росла моя уверенность в том, что здесь и стоило искать гомусов.
Подойдя уже совсем близко к пирамидам, я заметила множества углублений на их поверхности, похожих на большие норы. Но если бы это были жилища животных, они вряд ли располагались так рационально: строго по вертикальным сужающимся линиям вверх. Почему-то я не захотела проверять, что или кто в них находился. Это могли быть их могилы или склепы. Впрочем, это могли быть и их дома. Я ведь не знала точно, до какой степени были развиты гомусы. Но то, что я увидела, обогнув один из холмов, повергло меня в изумление.
Пред моими глазами предстал настоящий город. Он был окружен этими холмами, а сам расположился чуть ниже, в долине с рекой. Теперь мне стало понятно, что гомусы сами построили эти холмы для защиты города. В центре - это было хорошо видно сверху - стояли настоящие дома из дерева, крепкие, сложенные из толстых бревен.
Дальше, к краям были домишки попроще, из земли или может быть глины или чего-то подобного. В центре же располагалась большая площадь. И она не пустовала.
Я спряталась за деревьями, росшими по краю долины, и стала наблюдать за происходящим внизу. Издалека казалось, что
Гомусы-самцы были раза в полтора выше даже самого рослого человека. Самок я еще не видела, но могла предположить, что это те, которые несколько меньше ростом.
Мне даже показалось, что я вижу их детей. А впрочем, ничего удивительного, конечно, у них должны быть дети, мирная жизнь, хозяйственные заботы и прочее. Я просто не могла отделаться от старого стереотипа. Они для меня до сих пор оставались злобными хищниками. Но теперь могла ли я винить их в том, что они истребили всю нашу команду? Ведь мы вторглись на их законные территории.
Я не знала, как поступить, зачем я пришла сюда. Сколько оставалось шансов на то, что Эктор был жив? Могла ли я подобраться незаметно? Это вряд ли. У гомусов отличный нюх. Да и затеряться среди них совершенно невозможно. Я здесь чужая и меня, скорее всего, ждет расправа. Так что же делать? Я ничего не могла сообразить, просто стояла и, выглядывая из-за дерева, созерцала суматошливую жизнь внизу.
Вдруг мне показалось, что суета усилилась, галдеж стал как будто громче. Я решилась спуститься чуть ниже, чтоб присмотреться. Залегла за ближайший валун и поползла по наклонной холодной горке. Мне показалось, что я увидела в толпе гомусов знакомый блеск кирасы. Но проверить было невозможно, я не могла подняться на ноги.
Земля подо мной почему-то вдруг стала влажной, а потом и вовсе превратилась в слякоть. Я не сразу заметила, что ползу невдалеке от ручья, стекающего с горы.
Почва вдруг предательски поплыла, оторвался кусок грунта вместе с травянистым жухлым ковром, из-под него просочилась грязная вода, которая вдруг внезапно хлынула и понесла меня вниз. Только тогда, когда я оказалась внизу, промокшая, грязная, дрожащая, я поняла, что мне очень крупно не повезло, потому что я нашла очень неподходящее место для спуска. Я больно ударилась спиной о какое-то строение, а мутный поток помчался дальше и влился в речушку, текшую по краю селения.
Я затаила дыханье и принялась ждать. Вот-вот за мной должны придти. Они не могли не заметить. Все повторяется, как тогда, той ночью…
– А я уж думал ты не придешь, Скубилар,-услышала я очень знакомый сиплый бас.
– Варк?..
Нет, меня не разодрали тут же в клочья, как я ожидала. Мне даже не угрожали. Как, оказывается, полезно иметь знакомства среди диких людей. Мой старый знакомый Варк все-таки добрался до своих родных мест. А я, признаться, не думала, что он сможет это сделать. Слишком уж приметна была его внешность, а ему нужно было пройти через всю страну. Я не стала спрашивать, каким образом он все-таки добрался до этих мест, поскольку мое положение среди гомусов все равно оставалось слишком шатким. Я лишь надеялась, что мой старый знакомый не забыл, какую услугу я оказала ему когда-то.
Варк пригласил меня к себе в дом. И это был дом вождя. И все равно я невероятно боялась проходить сквозь шеренгу страшных диких людей. Они вращали своими свирепыми зрачками, рычали, урчали или говорили что-то на своем зверином языке, пытались до меня дотронуться. Кому-то из них было любопытно, кто-то меня ненавидел, потому что я - чужая. Я шла вслед за Варком к его дому, стараясь не отстать от него. Мне казалось, что как только я задержусь хоть на шаг, они бросятся на меня и разорвут на куски. Даже вождь не успеет меня спасти, если вообще захочет это сделать.