Сердце наружу

Роман Виолетта

Егоров хлопает мне по плечу, пожимая руку.

– Илья, я разговаривал вчера с твоим командиром. Ты молодец, в конце года все-таки подтянул учебу. И физподготовка у тебя отличная…

Твою мать! Завел свою шарманку!

– Спасибо, Николай Сергеевич.

– Илья, неужели это ты? – моего плеча касается тоненькая ручка.

Дядя отступает, а передо мной появляется Марго. Девушка с укором посматривает на полкана.

– Дядь Коль, хватит вам о работе и учебе. Праздник же! Дайте молодежи выпить за ваше здоровье! – она вручает мне

невесть откуда взявшийся бокал. Полкан распинается о вреде алкоголя, а мы под шумок сматываемся к бассейну.

Устраиваюсь на лежак, Марго садится у меня в ногах. Хитрый взгляд хищницы исследует каждый сантиметр меня. Ей богу, чувствую себя невинной телочкой, к которой грязно пристают.

А если без шуток, прошлым летом мы хорошо с ней зажгли в Сочи. Тот август был поистине безбашенным.

Марго ползет по мне, словно змея. Девушка практически ложится на меня и шепчет на ухо.

– Я скучала…

Ее пальцы касаются моей мотни, слегка сжимают член. Под ее ловкими руками у меня тут же колом встает. Сладкая девочка. И отрываться с ней мне нравилось. Но Марго с недавних пор конкретно подсела на наркоту. А у меня по отношению к этой херне жесткая неприязнь.

– Марго, не беги так быстро. Мы даже не пообщались толком, – усмехаюсь, отстраняя ее. Она обиженно дует губы. – Ты не спросила, сколько у меня пятерок в семестре.

– Пф… – смеется, облизывая языком красную помаду на губах. – Ты троечник. И никогда не был ботаном. Я весь год зависала на тусовках. Все, раз беседы кончились, может, пойдем?

Она снова наклоняется и шепчет на ухо.

– Я видела там уютную комнату для траха. И она свободная. Я научилась парочке трюков, обещаю, ты будешь в восторге…

Позволяю ей вести себя за собой. Марго проходит в дом, а я говорю ей, что хочу в сортир. Пусть остынет немного, посидит в комнате одна.

Как только Марго скрывается за дверью, достаю телефон. Словно по заказу, он начинает вибрировать в руках. Олег. Принимаю вызов.

– Здравия желаю, товарищ майор, – улыбаюсь, когда эта задница начинает ржать в трубку.

– Илюха, какими судьбами?!

– Да вот, вспомнил про старого товарища. Слушай, брат, ты ж уже как год в ФСБ трудишься?

– Ну и?

– Помощь твоя нужна. Информация об одной девочке. Можешь по имени, отчеству и названию универа пробить инфу?

– Да без проблем. Я как раз на работе. Подъезжай, я тебя на проходной встречу.

– Окей, брат. Уже в пути.

Сбросив вызов, срываюсь к выходу. Ухожу молча, не прощаясь. Уверен, моего отсутствия никто кроме матушки не заметит. А у нее сейчас отец рядом, есть на ком срываться.

Запрыгиваю в тачку, и жму по газам. Чувствую, как вскипает все внутри от адреналина. Маленькая девочка с огромными голубыми глазами. Скоро мы увидимся с тобой вновь. И уж теперь я никуда тебя не отпущу.

Глава 3

Мы только что вернулись с пляжа. Загоревшие и уставшие. Пока Настя принимала душ, я набрала папу.

Голос его был грустным, хотя он пытался скрыть это. Сердце сжало тисками – не привыкла я оставлять его одного. Когда я рядом, он еще держится, старается жить дальше. Но одному ему сильно сложно, одиночество и тоска буквально снедают изнутри.

Папа уговаривал меня не грустить, убеждал, что он все время работает и у него дел невпроворот. Но я-то знала, что он просто не хочет меня расстраивать.

После разговора странное тревожное чувство засело внутри.

– Вик, – в комнате появилась Настя. Ее влажные волосы были распущены, и с их кончиков стекала вода. – Родители просят подойти. Отец смурной какой-то, – нахмурилась девушка.

Мы спустились на первый этаж арендованного родителями Насти дома. Честно говоря, я была в диком восторге от нашего жилья. Условия просто великолепные: резвись на море сколько хочешь, гуляй до самого утра в ночных клубах города. Родители Насти вполне демократичные люди и доверяют своей дочери. Поэтому проблем с ними нет совсем. Мы здесь уже два дня, а впереди еще неделя. И эта мысль заставляла сердце петь от восторга. Если бы не разговор с папой.

– Проходите, девочки, как раз обед принесли, – улыбнулась Роза Тимофеевна.

Эдуард Андреевич уже сидел за столом. В его руках неизменно была газета.

– Девочки, у нас с папой не очень хорошие новости, – начала Роза Тимофеевна. А вот теперь я не на шутку разволновалась. Даже аппетит мгновенно пропал.

– Нам нужно срочно вернуться в город. У отца на фирме небольшие проблемы… – женщина замолкает. Словно не знает, какие слова подобрать.

– Может, пусть папа вернется, а мы останемся еще? – спрашивает Настя.

– Нет, – грубо чеканит Роза Тимофеевна. Отец Насти все это время молчит. Только взгляд у него какой-то потерянный.

– Пап, ну скажи… – Настя все еще надеется на хорошее.

– Прости, дочь. Но завтра утром нам нужно уезжать.

Настя резко встает из-за стола и, ни слова не сказав, выходит из кухни. Мне жутко неудобно за ее поведение.

– Кушай, Вик. Не обращай внимания, – вздыхает Роза, устраиваясь напротив меня. – И когда мы успели вырастить из нее такую эгоистку?

– Когда покупать начали все, что ей вздумается. По первой просьбе. Когда разрешать стали все, что ей хочется, – проговорил недовольно отец.

Настина мама огорченно вздыхает.

– Прости, Вик. Кушай. Это наши проблемы, семейные. К тебе никак не относятся.

Я кивнула, но аппетита уже не было. Съев пару кусочков отбивной, чтобы не обижать родителей Насти, я поблагодарила их за обед и поднялась к подруге.

Настя лежала на кровати, ее плечи подрагивали от рыданий.

– Насть, ну ты чего? Родители ведь тоже не по своему желанию так решили…

– Да ну их к черту, Вик! Они одной мне не дают никуда поехать! Ни на черное море, ни заграницу! И сами, как сычи в этом городе сидят. Все за фирму свою трясутся!