Сердце мужчины
Шрифт:
— Да, конечно... — Она встала из-за стола, отодвинув назад стул. — Вы были очень добры ко мне.
— Нет, подождите, не начинайте прощальных речей. Еще не все... — произнес он.
— Конечно, нет, — она нервно хихикнула.
— Нам неплохо бы удостовериться, горит ли наверху свет, — сказал он удивительно мягко, заметив ее напряжение. — Давайте вернемся в ту комнату и посмотрим.
Его рука сжала ее холодные пальцы, и они вместе вошли в комнату. Она машинально потянулась к выключателю,
— Было бы лучше, чтобы никто не видел свет из этого окна, пока мы не закончим наш поиск.
У нее замерло сердце при мысли, что она могла забыть о такой элементарной предосторожности.
— Впрочем, вы не должны бояться.
— Я и не боюсь, ну, может быть, чуть-чуть.
— Бояться нет причины, — продолжал он, — потому что за письмом пойду я.
— Вы не пойдете!
Она быстро обернулась и протянула к нему руки, словно решив, что он сию минуту кинется к окну и его надо немедленно остановить.
— Думаю, что вам не удастся отговорить меня.
— Я не позволю вам. Не позволю! — Ее руки уперлись ему в грудь. И он, чтобы успокоить ее, обнял за плечи. — Это мое дело. Я не могу допустить, чтобы вы рисковали из-за меня.
Он мягко рассмеялся.
— Ваше сердце всегда бьется так сильно?
— Мое сердце? Откуда вы знаете, как оно бьется?
— Потому что, дорогая, мои руки чувствуют его.
— Оно бьется не сильнее вашего, — решительно запротестовала она.
— Моего? Но у меня вообще нет сердца, — ответил он насмешливо.
— Есть. Я его ощущаю. — И она провела пальцами по его груди.
— Не следует этого делать, иначе я вас поцелую, — тихо сказал он.
Теперь уже совершенно намеренно Хилма снова шевельнула рукой, и в следующее мгновение его губы прижались к ее в долгом и страстном поцелуе, а потом очень легко коснулись ее шеи. У нее не было сил сопротивляться, да она вовсе и не хотела этого.
— Ах, Милая! — Он глубоко вздохнул. — Как жаль, что при всем своем практицизме мы сохранили какие-то принципы.
— Почему же жаль? — прошептала она.
— Потому что, не будь у нас с вами этих принципов, вы бы остались со мной на всю ночь.
... Она уже лежала в его объятиях, ощущая их силу и нежность, когда резкий стук в дверь неожиданно взорвал напряженную тишину ночи...
Глава 2
— В чем дело? — Ее испуганный шепот, казалось, пронзил темноту.
— Молчите! — Он сказал это тихо, но твердо, продолжая прижимать ее к себе.
Через несколько мгновений стук повторился и на этот раз сопровождался трелью электрического звонка.
— Я должен открыть, — коротко сказал он — Только тот, кто знает, что я дома, может так настойчиво звонить среди ночи.
Но тот, кто за дверью, подумает, что вас нет дома и уйдет. — Она в ужасе прижалась к нему.
— Нет. Дежурный в холле скажет, что я дома. Он почти затолкал ее за портьеру, включил свет и вышел в прихожую как раз в тот момент, когда постучали в третий раз.
Хилма вжалась в угол окна, стараясь стоять абсолютно неподвижно. Однако машинально успела заметить, что в окне квартиры наверху все еще горит свет.
Она не могла разобрать голоса в прихожей, но кто бы ни был этот гость, хозяин квартиры явно не мог избавиться от него. Минуту-две спустя она услышала, как голос, так хорошо теперь ей знакомый, произнес:
Что ж, пройдите сюда, пожалуйста. Я расскажу все, что знаю, но боюсь, что мало чем смогу быть вам полезен.
«Он, наверное, сошел с ума», — подумала Хилма. Она вдруг вспомнила, что столик в соседней комнате накрыт на двоих!
— Присаживайтесь, сержант. Сигарету? «Сержант? Значит, это полиция?»
Сердце Хилмы билось сильными толчками, отдаваясь в горле.
Судя по доносившимся звукам, посетитель расположился в кресле, но от сигареты отказался. Она не осмеливалась подглядеть в щелочку занавеса, но от этого, казалось, ее слух только обострился.
Да, сэр, очень неприятное дело. В этом подъезде убит некий джентльмен из верхней квартиры, расположенной как раз над вами.
На мгновение Хилма подумала, что потеряет сознание и выпадет из своего укрытия в комнату.
Так вот оно что! Все это время Чарльз был мертв! И свет в квартире подтверждал сей факт. Значит, что кто-то до нее проник в квартиру по пожарной лестнице. Она содрогнулась и посмотрела в окно на неясные очертания ступенек. Her, это просто разыгралось ее возбужденное воображение. Вероятнее всего, что тот, кто сделал это, смело вошел в дверь. А может быть, это вообще не убийство?
Именно это обсуждалось сейчас в комнате.
— Вы считаете, что это убийство? — спрашивал вежливый озабоченный голос хозяина. — А может быть, самоубийство?
— Нет, сэр, это не самоубийство, если только покойный джентльмен не был «человеком-змеей». Обычному человеку трудно заколоть себя между лопатками.
— Да, наверное. Его фамилия Мартин?
— Да, сэр. Его личность подтвердил привратник. Но мне хотелось бы задать вам несколько вопросов.
— Разумеется.
— Могу я узнать, сэр, вы были знакомы с этим джентльменом?
— Нет, совсем не знаком. Я знал его в лицо и, наверное, не более того, что мог узнать любой посторонний наблюдатель.