Сердце, молчи
Шрифт:
Много позже Макс дал ей наконец возможность отдохнуть, и Салли обвилась вокруг него своим гибким телом. Вскоре она задремала, но через минуту пробудилась и прислушалась к его мерному дыханию. Кажется, Макс тоже уснул. А ей, несмотря на усталость, не спалось. Она мысленно вернулась к недавней любовной сцене.
Макс был с нею груб и напорист, но ведь она не сопротивлялась. Он вел себя беспощадно, и, кроме удовлетворения своей похоти, его ничто не волновало, но ведь она добровольно прошла вместе с ним
Его любовный опыт не просто покорил ее, но и поднял к вершинам волшебного наслаждения. И однако... однако в нем, как и прежде, ощущалась некая отчужденность. Она уступила ему не без горечи и вовсе не потому, что не могла устоять. Салли желала убедиться, что его имидж, которому он придавал такое значение, в ее глазах ничуть не потускнел. С другой стороны, ей хотелось окончательно уяснить для себя, что она всего-навсего его «временная невеста» и, когда они расстанутся, у нее не будет к нему никаких претензий.
Салли все-таки удалось заснуть, а когда она проснулась ночью, то обнаружила, что Макса рядом нет. Вернется, сонно подумала она. Как-никак это его спальня. Салли повернулась на другой бок и снова уснула.
Встала она поздно и с горечью обнаружила, что Макс так и не пришел. На что она рассчитывала? Он ее не любит, у нее было немало поводов в этом убедиться. Разве он не сказал в начале последнего свидания, что намерен вычеркнуть ее из своей жизни? Сказал, да еще с какой злобой! И это непременно случится, с отчаянием призналась она себе.
Салли вернулась в свою комнату, приняла душ и оделась. Потом спустилась к завтраку и испытала облегчение, обнаружив, что кухня пуста. В саду у грядок о чем-то весело болтали Эллен и Мэри. Видимо, они решили запастись к завтраку овощами.
Интересно, где сейчас Макс и какое у него настроение, подумала Салли. На душе у нее было неспокойно. Все равно я принадлежу ему, с каким-то самоотречением решила она. С бьющимся сердцем она просунула голову в дверь его кабинета. У нее еще оставалась слабая надежда, что он сейчас обнимет ее и начнет со всей страстью целовать.
Однако ее постигло разочарование. Макса там не оказалось, хотя, по всем признакам, кабинет он оставил совсем недавно. Стол устилали страницы рукописи. Повсюду лежали раскрытые справочники. Неужели, покинув ее ночью, он спустился сюда и работал до утра? Неужели секс помог ему преодолеть творческий кризис? И теперь, достигнув цели, он выбросил Салли из головы, изгнал, как и намеревался, из своей жизни, чтобы она не была ему помехой в работе?
— Мистер Маккензи очень торопился, мисс Салли, — сообщила ей за завтраком Эллен. — Он сказал, что уедет на несколько дней. У него какое-то дело на севере Англии. Так он просил вам передать.
В холле раздался телефонный звонок, и Эллен поспешила туда.
— Вам звонят, мисс
— Полагаю, тебе будет интересно узнать, дорогая, — начала Эдит Уеллинг, — что твой дядя Роберт дома. Я сказала ему, что тебе нужно с ним побеседовать. Он охотно встретится с тобой в любое время. Просил передать, что его офис в «Стар энд джор-нал» — самое удобное место. Только не забудь упомянуть, что ты его племянница, и тебя сразу пропустят.
— Спасибо, мамочка, огромное спасибо.
Они немного посплетничали о семейных делах, и Салли повесила трубку. С сияющим лицом она обняла подошедшую Мэри. Наверняка дядя Роберт поможет ей найти выход из этой ужасной ситуации.
— Вы говорили с моей мамой? — грустно спросила Мэри, словно предвидя отрицательный ответ.
— Нет, со своей мамой, — отозвалась Салли и поцеловала девочку в щеку. Потом ласково прижала ее к себе и повернулась к уходящей Эллен: — Я все утро пробуду в Лондоне, Эллен. Мне нужно повидаться с дядей. Как вы думаете, вам удастся?.. — Она кивком указала на Мэри.
— Конечно, мисс Салли. Я о ней позабочусь. И уложу спать, если вы задержитесь.
Салли опять обняла Мэри. Она не знала, как это произойдет, но в глубине души верила, что чудо случится, как порой бывает с чудесами, и она сможет доказать Максу правоту своих слов.
Дядя Роберт был вдовцом. Седовласый крупный мужчина с низким голосом, он располагал к себе добротой и живостью манер. Салли с детских лет любила брата матери. Он много помогал своей сестре во время болезни ее мужа, в самые трудные годы, и Салли никогда не забывала о его участии.
Дядя Роберт внимательно и с неподдельным интересом выслушал ее рассказ. Затем, откинувшись в кресле, сказал, что ему потребуется какое-то время на размышления. А затем взял телефон и вызвал к себе Дерека Уинтертона.
— Попробуем что-нибудь сделать, дорогая Салли. Тебе не трудно подождать в офисе моего секретаря? Я не собираюсь долго говорить с редактором и ограничусь лишь самым необходимым. Ты не против?
Салли с благодарностью кивнула, но про себя подумала, что Дерек Уинтертон способен изобрести какие-нибудь сенсационные факты.
Через двадцать минут Роберт Фаусетт пригласил племянницу к себе.
— Не медлите, Уинтертон, — отрывисто приказал он. — Я все равно докопаюсь до истины.
Дерек Уинтертон, выходя из кабинета, косо взглянул на Салли. В других обстоятельствах подобный взгляд испугал бы ее, но сейчас, рядом с дядей, она чувствовала себя защищенной.
— Ты уже уволил его, дядя? — неуверенно спросила она.
— Пока нет, Салли. И не уволю, если он сейчас вернется не с пустыми руками. Он долго, с пеной у рта отпирался, а потом сказал: да, такое письмо было.