Сердце кошмара
Шрифт:
— Пойдёмте, капитан. Говорить мы можем и по дороге.
Морган просиял и немедленно кивнул.
После этого наши отряды смешались, и уже вместе мы отправились в джунгли.
Та самая тропинка, о которой говорил гид, пролегала между высокими пальмами и так резко заворачивала направо, что камень, призванный служить указателем, казался совершенно рудиментарным.
Вскоре мы стали подниматься в гору. Вырезанные в скале ступеньки действительно оказались необычайно узкими. На каждой из них помещалось только два человека.
Я шёл вместе с Морганом. Прямо за нами следовала Крисс. Молодой капитан оказался необычайно разговорчивым человеком,
Морган ответил, что, если я и дальше продолжу столь же стремительно подниматься по карьерной лестнице, золотая корона будет для меня вопросом нескольких лет. Ведь я, Натаниэль Тибериус Фердинанд и так побил в этом отношении все рекорды. Никогда ещё не было настолько молодого адмирала, и никогда ещё человек не превращался в адмирала из простого капитана за такой короткий срок. Не говоря уже о всех тех невероятных подвигах, которые я совершил за последние шесть лет, начиная с моего судьбоносного противостояния с семейством Монет, каждый из которых поднимал меня всё выше и выше на пиратский олимп.
Я слушал его пристально. Мне хотелось понять, что, собственно, представляла собой жизнь Натаниэля за промежуток после нашей разлуки. Тем не менее, было очевидно, что Морган, — вскоре мы стали с ним на ты, вернее, он стал для меня на Ты, — располагал только самой общей, самой популярной версией событий. Во время его рассказа, Крисс то и дело посмеивалась и мотала головой — ясное свидетельство того, что в действительности всё было не совсем так, как расписывали газетчики.
Вскоре нам пришла пора проститься. Мы вышли на каменную платформу. С одной её стороны открывался прекрасный вид на южную часть острова, поверхность которой плотно покрывали высокие пальцы; с другой находилась пещера, возле которой стояло несколько человек. Они встретили нас, спросили имена и сказали, что Моргану следует остановиться именно здесь, а мне, адмиралу, проследовать немного выше.
К этому времени у меня сложилось определённое представление о том, что вообще представлял собой так называемый древний храм. Это была вереницы коридоров, вырезанных прямо внутри скалы, из-за чего последняя напоминала муравьиный улей.
Странное место. Впрочем, — я усмехнулся, — видал я более удивительные строения.
Платформа, которая находилась на верхнем ярусе, оказалась немного более просторной. Да и вход в пещеру был в несколько раз шире и напоминали небольшой грот. Перед ним стоял мужчина в красном жителе. При виде последнего я опешил — он выглядел в точности как тот человек неопределённого возраста, который встретил нас на пляже.
Мужчина в красном, видимо, понял причину моего удивления, улыбнулся и сказал:
— Приветствую, адмирал Фердинанд. Если вас удивляет моё сходство, могу заверить вас, что ничего необычного в нём нет. Снизу вас встретил мой брат.
Я понимающе… Хотя и несколько подозрительно… кивнул.
8. матрос
После этого мужчина в красном продемонстрировал нам внутреннее убранство пещеры. Последняя представляла собой просторный зал, из которого расходилось пять туннелей.
— Первый, второй,
И действительно, пройдя на место мы обнаружили низкую стену, вдоль которой были расположены каменные двери. За каждой из них находилась наспех устроенная опочивальня — кровать, деревянный стол и стоявшая на нём лампа, сжигающая, судя по запаху, китовый жир.
Я приказ матросам выбрать себе комнаты, — первой это сделала Крисс, — проследовал в собственную, выбранную наугад, прикрыл дверь, сел на кровать и стал задумчиво разглядывать огонёк лампы. Место было не самое комфортное, но теснота придавала ему определённый уют.
Я медленно опустился на грубую кровать, вздохнул и стал размышлять.
И так.
Что будем делать?
Сперва следовало дождаться, пока прибудут все приглашённые. Произойти это должно было сегодня вечером или ночью, — будем надеется, что на пиратов можно положиться по части пунктуальности. После этого я покину тело Натаниэля и проведу разведку. Попробую найти другую оболочку, чтобы осуществить с её помощью мой грандиозный грабёж… Может ещё убить дядю Крисс если получится. Она, правда, хотела застрелить его самостоятельно, но как по мне это было слишком рискованно.
Если же других носителей не найдётся, или их положение будет ещё менее выгодным, чем положение Натаниэля, тогда…
Я поднялся и щёлкнул пальцами. На столике передо мной образовалось туманное облако, которое тут же приняло очертания стеклянной сферы и маленького оловянного матроса.
Сперва мой взгляд обратился на последнего. Игрушечного человека покрывал аккуратный слой голубой краски. Я приподнял его, покрутил, затем поставил перед собой на стол, встал перед ним и сказал бойким голосом:
— К бою готов?
Матрос вздрогнул и, словно механическая игрушка — хотя на самом деле он был сделан из цельного олова, — отдал салют.
О применении этого сокровища я прочёл в дневнике Натаниэля. Сперва не поверил. Мне казалось невозможным, чтобы такая маленькая штучка обладала такой силой. Затем попробовал — и поразился.
— Немедленно поднимитесь на борт, матрос!
Оловянный человечек кивнул, повернулся и резко запрыгнул на миниатюрный корабль, который появился перед ним прямо из воздуха.
— Поднять паруса!
Кораблик приподнялся на пару метров над землёй и стал покачиваться так, будто действительно находится посреди моря. Я осмотрел его. С левого и правого борта торчало сорок игрушечных орудий. Вернее, с виду они были игрушечные. На самом же деле, если верить записям Натаниэля, все они обладали убойной силой, сравнимой с полновесным пушечным ядром. Маленький кораблик, сделай он прицельный залп, мог с лёгкостью потопить полноценный фрегат.
Я довольно кивнул, приказал матросу снова сделаться игрушкой, а затем вернул его в серый туман. После этого я присел возле стеклянной сферы, приблизил камеру и стал задумчиво разглядывать остров. С вышины птичьего полёта, с которой сфера демонстрировала мир, последний ещё более походил на каменистую груду костей. Заметив горный храм, я почувствовал лёгкий соблазн немедленно покинуть это место, а затем просто взять и снести его, после чего заявиться на руины и собраться награбленное… Но я вовремя удержал себя.