Сердце из стекла
Шрифт:
Но я не могла не признать, что он очень умён. Так ловко спрятаться под носом у закона! А теперь он ещё и породнился с семьей главного судьи.
Только сейчас до меня дошло, что если правда вскроется – карьера дяди будет разрушена. Вот чего добивался эти браком Кассиан!
– Что ж… – протянул Анден, и его вид стал более расслабленным. – Поздравляю вас со свадьбой.
– Спасибо, –
– В таком случае, могу ли я воспользоваться своим положением и допросить вас вместе с Эвелин?
– Допросить?! – Мэрит, казалось, сейчас хватит удар.
– Да. В тот вечер на празднике был убит господин Зальм. Вы слышали об этом? – дядя все же прошел в комнату и уселся в свободное кресло рядом с супругой.
– Разумеется, слышали. Об этом гудит вся столица, – Кассиан ещё сильнее прижал меня к себе и успокаивающе погладил по плечу.
Но надо быть глупой, чтобы не понять скрытый подтекст его «ласки». Каждое прикосновение означало только угрозу, означающую одно: «Никаких сюрпризов».
– Возможно вы видели что-нибудь? Подмечали странности?
– Я – нет. А ты, милая? – черные глаза Кассиана устремились к моему лицу.
– Нет, – ответила негромко.
– Точно? – уточнил у меня Анден и подозрительно сощурился. – Мои люди уже допросили большую часть гостей, и Олден Зальм, сын убитого, сознался, что проявлял к тебе повышенный интерес в саду. Скажи, Эви, это правда?
Я поморщилась, вспоминая мокрые губы Олдена на своей шее и его потные ладони, что стремились оказаться у меня под юбкой.
– Правда.
– Он говорил, что ты едва не убила его.
– Он чуть надо мной не надругался, пока тетушка сплетничала со своими подругами! – взорвалась я. – Я просто ударила его небольшой садовой фигуркой. Он даже не потерял сознание!
– Олден сказал, что видел, как ты бежала в кабинет его отца. Ты видела кого-нибудь там? Или может господин Зальм тоже решил последовать примеру сына?
Я замерла и с нескрываемым ужасом уставилась на дядю. Он что, считает, что это могла сделать я?!
Черт возьми, этому миру вообще знакомо слово «справедливость»?
– Я перехватил
Дядю Андена, вероятно, устроил этот уверенно прозвучавший ответ. И дальше беседа потекла в более спокойном русле.
Когда дядя снова завел тему о вредительстве Волшебника и необходимости его поимки, Кассиан ненадолго покинул нас, сославшись на нужду.
Я же знала, что его нужда состояла в обыске кабинета Андена, который как фанатик продолжал рассказывать о вчерашнем сражении. Лагар и Глум делали вид, что слушают своего собеседника с безумным интересом, но я то и дело ловила на себе их предостерегающие взгляды.
Кассиан вернулся через пятнадцать минут и долго расхваливал вкус хозяев дома в отношении ремонта, сообщив, что засмотрелся на эту красоту. Мэрит расцвела, а Анден даже и не думал прерывать свой рассказ, чтобы поговорить о таком пустяке, как ремонт дома.
Кассиана как слушателя хватило всего на десять минут. Дядя как раз принялся рассказывать о жестокости Волшебника, и о том, сколько крови на его руках…
– Простите, но нам пора, – его галантность исчерпала себя на сегодня. Он злился. И едва мог это скрыть. – Я обещал обновить своей супруге гардероб.
Даже когда мы вышли на улицу и отошли от дома Хаспетов, Кассиан не отпустил мою руку. Но дал волю своим эмоциям.
– Если бы не я, вся столица уже утонула бы в крови и насилии, – процедил он сквозь зубы.
– А ты считаешь, что сейчас она процветает благодаря твоим деяниям? – уточнила я.
Он остановился и резко крутанул меня, прижав к себе. От неожиданности в нас чуть не врезались Глум и Лагар.
Но обогнув нас, они прошагали дальше.
– Ради кого ты стараешься так, Эвелин? – спросил Кассиан, глядя в глаза. – Они же были рады от тебя избавиться. Разве ты не видишь их презрения?
Конец ознакомительного фрагмента.