Сердце Элементаля

Фаатович Иван

– А там что?
– вопросительно приподняв правую бровь, спросил я. Девушка "цокнула" языком, на секунду глянула в небо и продолжила объяснения.

– Там люди. Понимаешь, там живут люди. А не оборотни.

– Но чтобы путешествовать по Маннаросу, нам не обязательно быть оборотнями!
– возразил Феликс.

– Зато отсюда нам не отправиться на Землю.

– Здесь только ты хочешь обратно!

– Ну и...
– спор пошёл по новому кругу. Моя рука встретилась с лицом. Так мы будем до старости договариваться.

– ТАК.
– рявкнул я, привлёкая всеобщее внимание, чем прекратил начавшийся по четвёртому кругу спор.
– Мы

пересечём страну оборотней вот так, и после этого, сделав крюк, пойдём к твоим людям. И точка.
– меня немного посверлили взглядами, но ничего не сказали. Я развернулся и поковылял в по дороге вдоль одной из двух улиц в этом посёлке.

– Ты куда?!
– услышал я за спиной.

– Ну так нам же вниз, разве нет?
– удивился я , обернувшись. С секунду на меня просто пялились, а после мои друзья покатились по земле со смеху.

– Эй, я что, сторону перепутал? Эй, вы чего...

– Ха-ха-ха... с такой серьёзной мордой... хи-хи-х-их-хи-хи...
– пока надо мной ржали, я дошёл до карты, и, повертев, нашёл на одном её краю надпись "север". Глянув на солнце, слава богу ещё не доползшее до зенита, я определил стороны света и, усмехнувшись, пошёл в том же направлении, свернув карту в трубочку и пихнув в карман.

– Нео, ты опять идёшь не в ту сторону!

– Да нет, просто мне не хочется топать по старому пограничному тракту, проходящему вдоль Выжженной пустоши. Здесь есть ещё одна дорога...

– Бро, север там...
– указал он пальцем в прямо противоположную сторону. Я развернулся. Мне это уже начало порядком надоедать.

– Сейчас утро?
– задал я вопрос.

– Да.
– коротко ответил брат.

– А теперь посмотри на солнце и впредь не верь навигационным талантам Таньки, она и в трёх соснах заблудится...
– не желая более выслушивать смех, или возражения я поковылял по дороге. Вскоре ко мне присоединился посмеивающийся, уже не надо мной брат и немного обиженная девушка. Нога меня слушалась ещё не в совершенстве, поэтому спутникам приходилось существенно замедлять шаг. На нас с интересом поглядывали редкие старые обыватели деревушки. У последнего дома, где из посёлка выходила грунтовая дорожка, на лавочке сидели три старушки, заинтересованно глядя на нашу троицу. Причём не все из них пребывали в человеческой ипостаси. С центра лавочки цепким взглядом нас осматривала лиса, а рядом с ней белая волчица. Воистину, бабульки на лавочках есть во всех мирах и среди всех народов.

Этот день прошёл однообразно. А точнее на дороге среди леса. Дорога, в окружении высоких сосен и изредка продирающимися сквозь них, неизвестно что забывшими в сосновом лесу клёнами. Лес разительно отличался от того, что мы видели в начале путешествия по этому миру. Здесь совсем не пахло гарью, по веткам иногда прыгали белочки, где-то щебетали птицы, шумели деревья, качаемые ветром. Один раз на дорогу перед нами вылетел какой-то заяц-слегка-переросток, и, посмотрев на нашу троицу удивлёнными глазами, ускакал обратно в лес. Иногда на нашем пути встречались полянки у леса, где мы устраивали привалы.

К вечеру уставшие мы доплелись до одной такой поляны, на которой Таня решила устроить привал.

– Всё! Больше не могу.
– девушка упала на высокую сочную траву, смотря в небо.

– Эмм... давайте дойдём до следующей?
– попросил я, смотря как брат уже снимает рюкзак.

– Зачем? Чем тебе эта не угодила?
– возмутился брат, которому уже порядком поднадоело моё вечное "Пойдёмте до следующей". А дело всё в том, что за

день мы устроили два привала, оба из которых пришлось идти до следующей поляны, по моей прихоти. Виной всему плохое предчувствие. На таких полянках почему-то всегда было немножко тише, да и трава какая-то подозрительно слишком зелёная. А ещё этот запах... такой странный приторный запах множества трав, немного пьянящий и бьющий в голову. Не хотелось мне таким дышать всю ночь. Вот и на этой так же, как и на предыдущих. Слишком зелёная трава, слишком большое разнообразие, коего нигде, кроме таких вот вонючих полян нет.

– У меня плохое предчувствие.

– Да пошёл ты со своим предчувствием.

– Тогда, давайте поближе к дороге. Вот тут - я присел на небольшую кочку под раскидистым дубом, единственным на этой полянке, окружённой, как ни странно, елями. И тоже такими зелёными-презелёными. Брат серьёзно посмотрел на меня, и, вздохнув всё-таки кинул рюкзак рядом со мной.

– Ладно. Ночуем у дерева. Собери дров...
– он принялся разбирать рюкзак.

– Расслабься, Нео, тут же столько цветов и трав. Такая красота.
– вдыхая такой противный мне запах и прикрывая глаза протянула девушка, так же плюхнувшись на траву. Значит, моя задача - сбор дров. Ну, это не сложно. Осталось выбрать деревце поприметнее и посуше. Вон та сухонькая сосёнка в лесу подойдёт. Сшибив её удара с третьего, я доковылял с бревном до "стоянки". Сложив руки в молитвенном жесте я произнёс.

– Да простит меня мой меч, мой учитель и моя совесть.
– правой рукой сжимаю рукоять призванного только что клинка. Прости, родной... несколько движений и половина веток сосёнки падает на землю, превращаясь в хворост. Особо толстые пойдут первыми. Четырьмя ударов я перерубил тонкий ствол (сантиметров тридцать в диаметре) на пять частей.

– Ну собрал, остальное сами.
– сев на один из пеньков и сложив получившийся из тонких сухих веток хворост в кучку сказал я. Феликс вытащил из кармана какой-то прямоугольничек и, нажав пальцем куда-то сдвинул крышку, из которой в хворост влетел маленький огненный шарик, заставив дрова вспыхнуть.

Наверное, мои глаза увеличились раза в два. Иначе чего бы они опять ржали надо мной? Ну да ладно. Местная зажигалка. Ничего особенного...Вернув своему лицу вселенский пофигизм я присел к начинающему разгораться костру.

Так уж получилось, что из-за моих "плохих" предчувствий, первую половину ночи на вахте сидеть и охранять сон своих спутников придётся мне. Ночь мы с братом, как "мужики" решили разделить на две части и лишний раз не дёргать девушку. Последняя на такое заявление отреагировала довольно... легко. "Не хотите, как хотите, мне больше достанется" - примерно так можно истолковать её хмык, когда она ложилась спать.

Сидя на пеньке перед еле-еле горящим "костерком" я смотрел в небо. Звёзды... они здесь совершенно другие. Но как в нашем мире, на них можно смотреть вечно. Я перевёл свой задумчивый взгляд на одну из двух местных лун. Красивая, красная луна, словно восходящее солнце рано утром, круглым блином повисла в ночном небе, озаряя своим тусклым светом лес. В другом конце неба висела её сестра - голубая... Вот уж чего не ожидал увидеть, но как есть. Она, таким же тусклым светом освещала ночную землю. Их свет изредка смешивался и пересекался, тогда с краёв небесных тел виднелись отблески света, излучаемого соседом. На красной луне, голубой месяц, на второй, соответственно красный. Красиво. Так бы вечно лежал здесь, если бы не этот дранный запах трав, дурманящий голову.