Сердце Дракона
Шрифт:
Через какое-то время яростный натиск рыцаря действительно стал понемногу слабеть. Сквозь шлем доносилось его тяжелое дыхание.
"Тебе лучше забыть про меч, упражняйся в языке" - поддразнил соперника Велеслав.
Реплика вызвала вспышку новых яростных атак. Сейчас рыцарь использовал последние силы. Вскоре движение его меча снова замедлилось.
"Вот теперь пора" - меч Велеслава стремительно и мощно обрушился на противника. Не ожидавший от него такого натиска тевтонец сделал шаг назад. А русич бил снова и снова, не давая противнику опомниться.
Очередной яростный удар отбросил его меч в сторону, оставляя корпус открытым. Велеслав мощно ударил его плечом в грудь. Тевтонец не устоял и упал. Быстрым движением Велеслав шагнул к нему, наступая на меч. Его собственный клинок взлетел вверх, чтобы в следующий миг стремительно обрушиться на рыцаря.
На пару ударов сердца все замерли, затем по окружавшей их толпе зрителей прокатился вздох облегчения. Меч срубил одно из серебряных крыльев и замер на волоске от шеи тевтонца.
"Оставлю как трофей" - насмешливо произнес Велеслав, поднимая отрубленное крыло.
"Я еще заберу его у тебя" - процедил рыцарь, поднимаясь.
"Не сегодня" - Велеслав демонстративно повернулся к нему спиной.
"Ты нажил себе весьма серьезного врага" - покачал головой Мстислав.
"Нуу, это вряд ли" - раздался рядом знакомый голос.
"Святослав" - Велеслав удивился, что не заметил раньше старого друга. Хотя, возможно, тот подошел, пока он бился с этим тевтонцем. "Рад тебя видеть".
"Знаешь, кто это?" - Святослав кивнул в сторону поднимавшегося рыцаря. "Олаф Тизицкий".
"Я должен его знать?" - нахмурился Велеслав. Он не припоминал этого имени.
"Мог. Он двоюродный брат Гюнтера Вепря".
В памяти сразу всплыл его поединок с Гюнтером в битве при Кижине три года назад, после которой он и получил свое прозвище. Поражение тевтонца поколебала уверенность остальных, и в тот день русичи легко разбили их.
"Так что этот парень и так был твоим врагом".
"Если он так расстроен, что не видет своего родственника, я могу устроить им встречу" - усмехнулся Велеслав, оглядываясь. Но тевтонцы уже уходили. Лишь у ворот этот Олаф оглянулся. Глаза его пылали ненавистью.
"Не сейчас, дружище" - положил ему руку на плечо Святослав. "Их грифоны нам еще пригодятся, так что князь Ярополк будет очень недоволен, если ты прибьешь его до начала похода. Но будь осторожен".
* * *
Вечером они со Святославом и еще двумя ратниками сидели в корчме. Здесь же был и Олаф с несколькими тевтонцами. Они сидели в другом углу просторного зала. Вокруг прыгали скоморохи, девки разносили брагу и медовуху.
Разговор у русичей в основном шел о предстоящих походах. Пока выходило, что они готовились выступить против банерчагов. Благодаря наличию драконов те были очень опасным противником, но драконов было мало, так что при определенной удаче русичи вполне могли рассчитывать на успех. Захватить какое-либо королевство целиком у них вряд
Громкий женский визг привлек всеобщее внимание. Олаф силой посадил на колени одну из прислуживавших в кормчее девиц, и впился ей в губы. Секунд через десять он отпустил ее.
"Русский бабы самый доступный" - на всю корчму заявил он, вызывающе глядя на Велеслава.
"А тевтонские, стало быть, недоступны?" - холодно глядя в его голубые глаза, спросил тот.
"Нет" - гордо заявил рыцарь.
"Ну, если только для вас. От кого-то же они рожают" - громко, так что все слышали, произнес Велеслав.
Корчма взорвалась хохотом. Олаф рванулся было к нему, хватаясь за нож, но двое его спутников ухватили его за руки. Очевидно, рыцарь хотел спровоцировать его на драку, но теперь он уже сам выступал как зачинщик ссоры. Князю, конечно, нужны грифоны, но это вовсе не значит, что он будет бесконечно терпеть их выходки.
"Достать что ли отрубленное крыло, еще позлить его" - рука скользнула по поясу, нащупав холодный металл. "Хотя ладно, леший с ним, не сегодня. Хорошее мясо, крепкая брага и красивые девицы - это намного лучше, чем объяснять княжеским стражникам, что этот придурок сам нарвался".
Как будто в подтверждение его мыслей, мимо прошла одна из трактирных девок. Под простым платьем угадывались крепкие бедра. Обернувшись к Велеславу, она одарила его улыбкой.
"Хрен с ним, с тевтонцем" - он глотнул крепкой браги. "Потом разберусь".
* * *
Велеслав заканчивал завтрак, когда в обеденный зал постоялого двора вошел невысокий полный мужчина, судя по знакам на одежде, один из слуг князя. Осмотрев помещение, он направился к ним с Николой.
"Вы Велеслав Кижинский?" - спросил он Николу.
"Он" - кивнул в сторону приятеля Никола, вытирая бороду.
"Князь Ярополк хочет вас видеть" - повернулся к Велеславу посланник.
"Ну пошли, раз хочет" - Велеслав запихнул в рот последний кусок, отодвинул тарелку и встал из-за стола. Негоже заставлять князя ждать.
По дороге он попытался выяснить, зачем князь вызывает его, но этот мужик ничего не знал. Или, по меньшей мере, не хотел говорить. Возможно, князь вызвал его из-за стычки с этим Олафом, хотя вряд ли князь лично будет заниматься этим. Слуга провел его в княжеский терем и распахнул двери в приемный зал.
Велеслав вошел в просторную комнату, где князь принимал других князей или иностранных гостей.
"Здравствуй, Велеслав" - среднего роста, широкоплечий черноволосый, князь Ярополк шагнул к нему.
"Здравствуй, князь" - склонил голову Велеслав. Затем окинул взглядом зал. Двоих из присутствовавших здесь людей он знал. Борис Сокол, старший воевода князя, огромный, мощный мужчина, чья борода поседела в битвах, но руки по-прежнему были крепче стали. И Светозар, старший волхв суздальского княжества, высокий, белобородый старец в светлой одежде.