Сердце дракона
Шрифт:
– И вы предпочитаете делать вид, что их совсем нет, – зло усмехнулся Сулла.
– Правильно. Подумаешь, искатели приключений…
– Нобилитет уверен, что такая позиция неоправданна и опасна!
– Подумайте о другом. Люди боятся их, поскольку они не признают никаких законов, но при этом они считают драконов явлением сверхестественным. Если консулу не удастся одним ударом избавить мир от драконов – а мне почему-то кажется, что не удастся, – авторитет Республики будет непоправимо разрушен.
– Оставим этот спор, проконсул.
Проконсул только тяжело вздохнул. Уже то, что Гней Лициний направил в Паннокию не кого-нибудь, а члена своего совета, проверенного командира и соратника, говорило о многом.
– Легат! – окликнули посланцев прежде, чем они успели покинуть дом. Поскольку тот, кто это сделал, не потрудился подойти к ним и даже подняться со скамьи у фонтана, легат и его спутник приблизились сами.
– Я Авл Руффин, – представился молодой человек.
Сын проконсула давно уже не мог назваться юношей, и сложением обижен не был. В темных глазах, смотревших со строгого лица потомственного лация, светились ум и воля, но выглядел он совсем цивильным в своем свободном длинном коллобии с широкими клавусами, что вызвало в обоих посланцах консула подсознательную неприязнь.
– Мне известно, с какой целью вы прибыли в Лилибей, и в этой связи мне необходимо говорить с вами. Уверен, наша беседа может быть полезна всем.
– Я слушаю вас, благородный Руффин, – прищурился легат.
Молодой человек слегка усмехнулся, и вдруг сказал уже совсем другим тоном.
– Вы не должны принимать слова отца за оскорбление и небрежение своим долгом.
Увы, после того, как драконы стали и нашим личным горем, он сильно переменился.
Легат и трибун нахмурившись ждали продолжения.
– Пять лет назад во время прогулки за городом моя младшая сестра Криспина была похищена одним из них, – сдержано пояснил Руффин. Видимо, боль от потери сестры уже улеглась, либо он великолепно владел собой.
Клодий не успел задать вопрос, как он опередил с ответом.
– Все не так просто, – молодой человек с трудом поднялся, опираясь на руку раба, и причина, по которой он не на службе стала ясна: Авл Руффин сильно хромал, едва владея правой ногой.
Трибун вгляделся в него пристальнее и окончательно уверился, что эти сильные запястья не так давно освободились от воинских браслетов. Скорее всего, во время последней войны с союзом племен квадов, отброшенных Победоносными под командованием Теренция Вара, далеко за Данну.
– Разумеется, велись интенсивные поиски, – продолжал между тем Авл Руффин, – в ходе которых было уничтожено несколько разбойничьих банд. Многие, давно заслуживающие этого, повисли на крестах… но самого главного тогда узнать так и не удалось… даже того, жива ли она еще. Не удалось даже узнать, кто именно это был. Только то, что дракон. А около года спустя их видели в окрестностях Нибы.
Не похоже было, что Криспина
– Вы уверены, что это была ваша сестра? Тот, кто видел – не мог ошибиться?
– Нет! Это был я. Криспина всегда была любимицей, последней памятью о матери…
И после того, как стало ясно, что она жива и… среди драконов, отец боится что-либо предпринимать. Нет, не смотрите так, мы понимаем, что она отнюдь не заложница.
Он боится, что она тоже может пострадать, если против драконов могут быть предприняты какие-либо действия.
– Невероятно, – проговорил легат, слегка растерянный таким оборотом дела.
– Отчего же! – снова усмехнулся Руффин, – Криспина всегда была немного своенравна… А ее дракон молод, силен и даже довольно красив… Легат Сулла, и вы трибун, надеюсь, наша тайна не выйдет за пределы этого двора. Криспина считается давно погибшей.
Легат понимающе кивнул, – не легко признаваться постороннему в позоре своей семьи.
– Но вы ведь понимаете, что эту ситуацию так оставлять нельзя, и просто необходимо предпринять меры против этих… "драконов".
– Понимаю. И согласен. Не так давно и я сказал бы, что драконы не слишком опасны: и дело не в Криспине. Драконы появляются уже довольно долгое время. Лет двадцать – не меньше! И не только в нашей провинции, – как оказалось Авл Руффин серьезно был озабочен данным вопросом, – Но поскольку они не подстрекали против консула, не собирали разбойничьих шаек – на них долгое время внимания не обращали: какая разница, как называет себя очередной бродяга, пусть даже очень ловкий и очень наглый… Но их становится все больше! Они появляются уже не только в приграничье. Совершенно открыто! И делают, что хотят! Возможно, варвары согласны мириться с ними, но нельзя позволить подорвать уважение к Республике!
– Приятно слышать человека, рассуждающего столь здраво. Быть может, раз мы не может надеяться на помощь проконсула, содействие окажите нам вы? – поинтересовался Сулла.
– Посильное, – незамедлительно согласился Авл Руффин.
– Мне не требуется ни войск, ни чего-либо иного. Наша миссия исключительно сбор информации о положении в провинции, дабы Сенат и консул могли принять решение. С чего вы посоветуете начать?
Руффин задумался.
– Начать – не знаю… Но вам обязательно следует посетить Обитель обретения.
Монахи культа Безымянного – единственные, кто упорно противостоит драконам, сразу же объявив их исчадьями Хаоса…
– Да, мы уже имели возможность слышать об этом по дороге, – поморщился Клодий, – Выходит, драконы не просто обнаглевшие бандиты, но принадлежат к одной секте?
– Здесь, я ни чем не могу помочь вам, но… – Авл Руффин с сомнением посмотрел на молодого раба, на чью руку опирался все время пока они шли по саду, – Брен?
Раб, по виду из алов, чьи земли начинались за Дравой, притоком Данны, поклонился и произнес: