Сердце Дракона
Шрифт:
Да, он был опасен. И если сейчас настало время для беседы, то, что же будет дальше?
Борясь с холодным потом и робкой дрожью, она вскочила вверх. Ее простынь и стеганое одеяло свалились комом у ее ног. Дарий оставался на месте, будто не боясь ничего, что она могла сделать. Будучи преисполненной решимости, она дотянулась до рюкзака на ночном столике, сбив в спешке пустые бокалы.
Она схватила свой газовый баллончик и без каких-либо колебаний, распылила ему в глаза. Пока его рев отзывался в ее ушах, она уносила ноги из спальни.
ГЛАВА 11
Все
В одно мгновение она мчится через свою гостиную, и уже в другое - Дарий хватает ее сзади. Он врезался в нее, бросая вниз лицом. Они приземлились на ее диван, и этот удар вышиб каждую молекулу кислорода в из ее легких. Пока она боролась с дыханием, он перевернул ее и сжал запястья, задрав их над головой. Очевидно, его любимая позиция. У нее даже не было времени, чтобы паниковать.
– Моя душа принадлежит тебе, а твоя - принадлежит мне, - проговорил он, его голос был странным, гипнотическим. Его взгляд столкнулся с ее, ледяной голубой смешался с неуверенным бирюзовым. Его глаза были покрасневшими и опухшими, но, как она могла убедиться - весь намек на токсичный спрей исчез.
– Что ты делаешь?
– выдохнула она, более мене восстановив дыхание.
– Мы связаны, - продолжил он, - начиная с этой луны и до следующей, которая освободит нас.
По ее венам забурлила кровь, как будто в нее ворвалась странная, темная и непреодолимая сущность. Темная, такая темная. Через нее промелькнули обрывки мысленных образов, неподвижные черно-белые изображения ужаса ребенка, боль и поиск любви, которую он никогда не найдет. Изображения опустошения и конечное избавление от эмоций.
Этим ребенком был Дарий.
Она колебалась на краю видения, глядя на кровавою бойню. Мужчины, женщины и дети лежали неподвижно в лужах собственной крови. Мальчик Дарий стоял на коленях над одним из детей. Маленькой девочкой. Длинные черные волосы образовали чернильную реку вокруг ее головы и плеч, смешиваясь с кровью, капающей из шеи. Она была одета в платье сапфирового цвета, которое сбилось в кучу вокруг ее талии. Ее глаза были закрыты, но было обещание красоты в каждой черточки ее нежного, округлого личика.
Дарий осторожно одернул подол платья до самых лодыжек, накрывая ее обнаженную плоть. Он оставался на коленях, смотря вверх на кристальный купол. Он ударил кулаком по земле и завыл, звук был, более животным, нежели человеческим, настолько душераздирающим, чем мог бы вынести когда-то любой ребенок.
Грейс хотелось рыдать. Она поняла, что протягивает руки, надеясь укрыть мальчика в своих объятиях. Но даже если она и двигалась, то быстро удалялась обратно в реальность. Дарий все еще нависал над ней.
– Что ты со мной сделал?
– воскликнула она.
Он не ответил сразу. Его глаза были закрыты, словно он потерялся в
– Это невозможно.
– Да не уже ли? Разве ты не говоришь на моем языке? Разве я не очутился здесь, Грейси-Лейси?
– мягко добавил он.
У нее перехватило дыхание.
– Откуда тебе известно об этом прозвище?
– Твой отец так называл тебя.
– Да, но как ты узнал?
– Увидел в твоем сознании, - просто ответил он. Он вскочил на ноги, - Иди в свою комнату и оденься, - велел он, - Одень что-нибудь закрывающее тебя с головы до ног. У нас много тем для разговора и мало времени.
– Я и с места не сдвинусь.
Он пронзил ее взглядом.
– Тогда я сам тебя переодену.
От прозвеневшей в ушах угрозы, Грейс подпрыгнула и шарахнулась от него. Добравшись своей комнаты, она быстро закрыла ее заперевшись изнутри, и бросилась к ближайшему окну. Она отвернула щеколду, подняла стекло и попыталась перекинуть ногу.
Невидимая преграда препятствовала любому движение наружу.
Практически визжа от огорчения, она пинала и колотила по преграде, но не смогла прорваться сквозь нее. Наконец, тяжело дыша, она отказалась от этой затеи. «Как Дарий посмел пойти на такое!» кипела она. «Что он там ляпнул? Связывающее заклинание. Да как он посмел наложить связывающее заклинание, захватывая ее в свою власть!»
Послышался сильный стук в дверь.
– У тебя пять минут, на то чтобы одеться, а затем я войду.
«Он бы так и сделал», подумала она. Даже если бы ему пришлось выломать в дверь. Даже если бы ему пришлось разбирать дом по кирпичику. Со смешком, она прислонилась к краю окна и уперлась головой в деревянную раму.
«Как из такого маленького потерянного мальчика мог вырасти такой бескомпромиссный мужчина?»
Она не хотела верить, что те всполохи его жизни были реальны, но он знал ее прозвище, которое дал ей отец. А она ни с кем не делилась этой информацией. Детство Дария, которому стала свидетелем, было реальным. Ей не нравилось знать о том, что у него когда-то была семья. Ей не нравилось знать о той боли, которую он вынес после их смерти. Знание пробуждало желание утешить, защитить его. Остаться с ним.
– Я не хочу переодеваться пока ты в доме, - откликнулась она, - Я тебе не доверяю.
– Это не имеет значения. Ты будешь делать так, как я велел.
«Или он сделает это за нее», закончила она про себя. Грейс поплелась к своему комоду с зеркалом и сдернула с себя порванную рубашку. Она быстро натянула на себя самый большой и невзрачный свитер с высоким воротом и обычные серые спортивные штаны. Он не хотел видеть ее кожу, а она не хотела ему ее показывать. Сердясь, она натянула носки и теннисные туфли, чтобы было удобнее его запинать.