Сердце Дракона
Шрифт:
Вопрос вызвал разные реакции. Бриттан усмехнулся. Молодой дракон побледнел, а Мэддокс и Ренард покачали головами. Тэгарт стал выбираться из зала, пробормотав: - С меня достаточно.
Брэнд - будь он проклят богами - закатил глаза.
– Ты упустил суть дела, - сказал Брэнд.
– В течение многих лет мы слепо следуем твоим приказам и правилам без вопросов. Ты сказал, что во дворец запрещено приводить женщин для плотских удовольствий, пока мы здесь проживаем. И то, что мы узнаем, что в своей комнате ты скрываешь
– Она не шлюшка, - прорычал он. Вместо того, чтобы все объяснить, он повторил свой предыдущий вопрос.
– Что они имели в виду, говоря, что ты прикасался к ней?
Его друг раздраженно выдохнул и развел руками. – Это что? Единственное, что тебя интересует?
– Ты прикасался к ней?
– Она появилась возле стола и я просто помог ей. Сейчас ты сосредоточился?
Дарий расслабился…, пока Мэддокс не ляпнул: - Да, но что ты делал, чтобы "помогать" ей так долго, Брэнд?
От удивления он поджал губы.
От подозрения стиснулись челюсти.
От ярости из его ноздрей вырывались искры огня.
Дарий признавал все эмоции и даже не пытался их отключить. Все три из них клокотали в нем, сжигая и распаляя, почти поглощая его. Он не хотел, чтобы хоть один из мужчин, кроме него самого, прикасался к Грейс. Когда-либо. Он не остановился, чтобы рассмотреть всю абсурдность его собственничества. Он просто знал, что оно было. Ему это не нравилось, но все-таки оно было.
– Ты причинил ей боль?
– потребовал он.
– Нет, - сказал Брэнд, скрещивая руки на груди.
– Конечно, нет. Я оскорблен тем, что ты спросил меня об этом.
– Ты никогда не коснешься ее снова. Никто из вас. Вы поняли?
– его пронзительный взгляд по кругу пробегал по группе его людей.
На лице каждого мужчины появилось выражение потрясения, и воцарилась тишина. Затем, как будто прорвало дамбу, они стали засыпать его вопросами.
– Кто она для тебя? Она носит на шее твою отметину.
– Где она?
– Как ее имя?
– Как долго она здесь была?
– Когда мы сможем увидеть ее снова?
Он заскрежетал зубами от всей этой массы вопросов.
– Ты должен нам хоть что-то ответить, - огрызнулся Мэддокс.
«Или будет восстание», эти слова остались не высказанными.
Дарий склонил голову влево, хрустнув костями, его люди склонили голову вправо, тоже хрустнув костями. «Контроль. Ему нужен контроль».
– Она только появилась здесь, - сказал он, - предлагая минимум информации, чтобы их успокоить. Он любил и уважал своих людей. Они были вместе уже более двухсот лет, но прямо сейчас требовали от него намного больше, чем мог выдержать его самоконтроль.
– Но уже ушла.
Раздалось несколько стонов разочарования, от глубоких баритонов до надломленных тембров молодежи.
–
– нетерпеливо спросил Зэйвен. – Мне она понравилась. Я прежде никогда не видел волосы такого цвета, как у нее.
– Нет, она не вернется, - острый укол разочарования застал его врасплох. Он хотел увидеть ее снова, и он увидит, но он не желал ее здесь, в своем доме, не хотел освещать апартаменты ее присутствием. Он не должен был с нетерпением ждать их встречи, спарринга с ней или прикосновений. И не предполагалось, что он должен оплакивать ее потерю.
"Не такую женщину он хотел для себя", убеждал себя Дарий. Она, просто, сумела возродить его чувства.
– Должен быть способ, которым мы сможем вернуть ее, - сказал Зэйвен.
Они не знали, что она была странницей и должна умереть, и он не сказал им об этом. Они и так никогда не понимали его клятву, как он сможет объяснить самую отвратительную ее часть?
– Брэнд,- рявкнул он.
– Мне нужно поговорить с тобой наедине.
– Мы не закончили разговор, - на виске у Мэддокса дернулась мышца, - Ты все еще не объяснил свои действия.
– А я и не собираюсь. Женщина не была моей любовницей и была здесь не для моего личного удовольствия. Это все, что вам нужно знать, - он развернулся на каблуках, - За мной, Брэнд.
Не сказав больше ни слова и даже не глянув, чтобы убедиться, последовал ли его товарищ за ним, Дарий зашагал в свои покои. Он напряженно прошел во внешний зал и вскинул руки над головой.
Как, всего за пару коротких часов, в его жизни воцарился хаос? Его люди были на грани восстания. Женщина одолела его, причем не единожды, а дважды. И хотя у него было достаточно времени, он был не в состоянии выполнить свой долг. Он сжал руки в кулаки.
Теперь он должен был оставить все, что он знал и выйти на поверхность.
Он презирал хаос, презирал перемены, но когда встретил Грейс, принял из чуть ли не с распростертыми объятьями.
Брэнд зашел внутрь и остановился, когда достиг края купальни. Дарий знал, что если бы прямо сейчас он мог бы различать цвета, глаза Брэнда были бы глубокого темно-золотого цвета, наполненные недоумением.
– Что происходит?
– спросил его друг, - Твое поведение так на тебя не похоже.
– Мне нужна твоя помощь.
– Тогда она у тебя уже есть.
– Я должен выйти на поверхность и...
– Что!
– восклицание Брэнда звенело в его ушах, затем последовала тяжелая пауза. – Пожалуйста, повтори, что ты только что сказал. Я уверен, что ослышался.
– Ты прекрасно расслышал. Я должен выйти на поверхность.
Брэнд нахмурился.
– Покидать Атлантиду запрещено. Ты знаешь, что боги связали нас с этим местом. Если мы покинем его, то ослабнем и умрем.
– Я уйду не больше, чем на один день.