Сердце дезертира
Шрифт:
— Я к Рябому спиной прижиматься не буду! Ты вообще лопухом-то воспользоваться успел? — дрожащим голосом спросил Насвай, отступая шаг за шагом. — Гоша, рвем! Пробьем брешь и к деревьям, мы разворотистее этих гадов!
— А я?! — взвыл Рябой так, что наступавшая на него плоть остановилась и потрясла здоровенной головой, будто избавляясь от какого-то наваждения. — Парни, ну я же не могу сейчас бежать!
— Так оделся бы давно! — взревел в свою очередь и Гоша. — Пропадем из-за твоей жопы!
— Тихо!
Сталкеры переглянулись, но голос не принадлежал
— Кто тут? — робко спросил Насвай, который уже почти уперся стволом в голову чудовищной, защищенной костным панцирем свиньи, но и отступить в сторону Рябого не решался. — Выручай, земляк! Фигня какая-то.
— Может, ими бюрер какой командует? — некстати брякнул Рябой и получил по голой заднице — они стояли совсем рядом, и Гоша лягнул его, не оглядываясь.
— Тихо! — повторил голос. — И без резких движений. Я вам сейчас баллончик брошу, попшикайте на себя хорошенько.
Спустя пару секунд Насвай поймал ловко брошенный кем-то из-за толпы плотей черный баллончик с непонятной надписью желтыми иероглифами.
— Слышь, Рябой? Тебе освежитель воздуха прилетел!
Осторожно передавая баллончик из рук в руки и ни о чем не спрашивая спасителя, сталкеры старательно обработали себя препаратом, резко пахнущим какой-то химией. Особенно постарался Рябой, начавший что-то подозревать. Плоти отреагировали на изменившийся запах сразу: с каким-то разочарованием, потерянно, они стали расталкивать друг друга в стороны и разбредаться по поляне.
— Что это за дрянь, брат? — громким шепотом спросил Насвай. — Ты кто вообще?
— Сюда идите, на голос. Только медленно и плотей не задевайте.
Сталкеры выполнили команду. Рябой так старался не делать резких движений, что так и не надел штаны. А может быть, просто привык и забыл о них. Так или иначе, спохватился он только оказавшись перед усталыми, сосредоточенными глазами их спасителя.
— Привет! — сказал он и принялся натягивать штаны. — Спасибо, Дезертир. А то такая ерунда с нами приключилась, что хоть стой, хоть падай!
— Не с нами, а вот с этим чудиком, — поправил Гоша, завистливо разглядывая комбинезон «страж свободы», в котором щеголял сталкер по прозвищу Дезертир. — Чуть не погубил, придурок. Нам, может, уйти отсюда? Ты за Периметр?
— Нет. — Дезертир внимательно рассмотрел Гошу и перевел взгляд на Насвая. — Сейчас еще весна. У этих тварей гон. Только есть у них некоторые трудности… В общем, долго объяснять. Не надо некоторых запахов, когда они рядом, тогда не тронут. Слышишь, Рябой? В другой раз могут…
— Поиметь! — догадался Насвай. — Ну, сволочь рябая, поговорим мы с тобой на той стороне!
— Поговорите, — согласился Дезертир. — А сейчас идите, и лучше тихо. В любой момент плоти могут очнуться, Зону не предскажешь.
Не прощаясь, Дезертир быстро зашагал куда-то в лес. Зло, но бесшумно сплюнув, Гоша закинул за спину английскую винтовку и двинулся к Периметру. Насвай показал Рябому кулак и заторопился следом. Третий сталкер оглянулся на плотей. Некоторые уже снова мирно
«Интересно, а как они это самое? — подумал Рябой. — Никогда не думал об этом. Гон, оказывается, у них есть… Что ж это за гон — лежат и не отсвечивают, на людей не кидаются, пока запаха нет… И при чем тут запах?»
В затылок Рябому прилетела сосновая шишка от Насвая, и сталкер пошел за своими. До самого Периметра троица шла молча. Каждый думал о Дезертире. Гоша — сердито. Он этого мутного парня не любил, как и всех, кого не мог понять. Но одно дело не любить и не понимать алкаша Брома, недотепу и неудачника, или того же Рябого, и другое — вот такого вечно мрачного, вечно трезвого сталкера, как Дезертир. Да сталкер ли он вообще? Пропадает где-то все время один, что-то вынюхивает, вызнает. Куда ходит — неизвестно, но встретить его можно где угодно, даже в самых гиблых местах.
— Говорят, из живых он лучше всех Зону знает, — в такт его мыслям негромко шепнул Насвай.
— Дураки говорят! — огрызнулся Гоша. — Тоже мне — Черный Сталкер! Всего-то дезертировавший солдатик, свихнувшийся от Зоны. А слухов… Трепаться просто не о чем.
— Вот теперь будет о чем! — хихикнул Насвай. — Опять Рябой отличился! Надо Флер рассказать, ей понравится. А уж она — всем! Слышь, Рябой? Я тебя бить передумал!
— Тихо! — потребовал Гоша. — Знаешь, сколько народу чудом живыми оставались, да от радости Периметр не прошли?
Насвай только скорчил рожу за его спиной. Конечно, он знал. Хоть объединенная группировка стран ЕС и выбрала для себя самый тихий участок Периметра, принципиально от гиблых болот, например, он ничем не отличается. А потому западные спецы быстро научились класть на уставы и стрелять в любого, пришедшего из Зоны, без предупреждения. Хорошо еще, что им за головы не платят, а потому сидят натовцы обычно на своих блокпостах смирно. Не считая патрулей, конечно. Но патрули жестко придерживаются графика, который, во-первых, меняется только раз в месяц, а во-вторых, его изменения через пять минут известны всем в Чернобыле-4, где и базируется большая часть свободных сталкеров. Насвай подозревал, что вояки сами подбрасывают эту информацию — чтобы у патрулей было меньше неприятных встреч. Правда, была сегодня какая-то пальба… Но девять из десяти, что на линию просто выбрел какой-нибудь монстр из крупных. Поэтому всерьез напрягаться сталкер не собирался, так же как и признавать старшинство Гоши навсегда.
— Рябой! — Он снова повернул к облажавшемуся товарищу смуглое лицо. — Слышь, Рябой? Ты теперь Дезертиру должен проставиться за всех троих.
— Он не пьет, — отозвался Рябой. — Вообще.
— Даже от радиации? — не поверил Насвай. — Да он бы не выжил! Постоянно в Зоне торчит. Конечно, пьет!
— Пьет, да с нами брезгует! — Гоша остановился. — Ну, хватит. У меня предчувствие нехорошее. Давайте молча через Периметр пройдем? Соберитесь. Все же Дезертира встретить — это, говорят, не к добру.