Сердце бури
Шрифт:
Tьягo откинул голову, чтобы взглянуть на нее. Его белые глаза снова потемнели до обычного черного, линии лица вернулись в нормальную форму.
— Перестань пытаться просчитать все ходы. Там нечего просчитывать.
— Но, Tьяго…
— Никаких “но”, — отрезал он. — Я не знаю ответов на все вопросы. Никто не знает, никто не может знать. Начни с этого, Ниниэн. Держись за меня и ни за что не отпускай. Нам просто нужно сделать одну вещь. У нас впереди будет несколько адских схваток и это нормально. Мы можем встретить любое будущее. Ты знаешь, что у
Девушка дотронулась до нижней губы мужчины, изучая его лицо. Она была совершенно серьезна.
— Ты любишь воевать.
Его губы растянулись в медленной улыбке.
— И очень хорош в этом.
Все походило на авантюру, но в конце концов, сейчас вся ее жизнь была одной сплошной авантюрой. Возможно, им с Вером отведен короткий век вместе, но Трикс уже была готова к этому и в одиночку. С Tьягo в качестве ее охранника и защитника у них появится шанс дать отпор, к тому же, Трикс больше не будет одна.
— Тебе придется от всего отказаться.
Тьяго тепло улыбнулся девушке.
— Ты дашь мне все, что важно для меня, — и вдруг улыбка исчезла, а лицо стало жестким. — Но если ты выберешь меня, в твоей жизни не будет больше никого. Я не потерплю этого, Фейри.
Ниниэн знала об этом и без напоминаний. Он был слишком доминантным, слишком большим собственником. Можно было бы сказать, что он — все, на что она могла бы надеяться и гораздо больше, о чем когда-либо мечтала. Можно было бы признаться, что она не меньшая собственница и ревнивица, чем он. Можно было бы напомнить, что ее оружие по-прежнему отравлено и она прекрасно знает, как с ним обращаться.
Вместо этого Трикс выпятила нижнюю губу и надулась на Тьяго.
— Я тебя еще даже не попробовала, — проворчала она. — Вот ты говоришь о “навсегда” и “один ты”, но я даже не знаю, насколько ты хорош. Не думаю, что справедливо топать и фыркать по поводу других вариантов...
Вер с недоверием уставился на девушку.
— Кто это тут топает?
Ее рот приоткрылся.
— Я бы сказала, что это не вы, но это не так, мистер.
— Я разве говорил, что ты не можешь сказать мне “нет”? — потребовал ответа Тьяго. — Нет, не говорил, даже когда это чуть не лишило меня члена. Поэтому, подумай, прежде чем сказать “нет”, иначе будешь жаловаться на результаты, Ниниэн.
Она сузила глаза и усмехнулась.
— Сделаешь ли ты скидку на то, что я схожу с ума, когда сексуально не удовлетворена?
Мужественные черты смуглого лица напряглись, обсидиановый взгляд стал ярче. Его Сила усилилась, перейдя в нападение. Он провел руками вверх по ее телу и встал.
— Бедная малышка Фейри, — пробормотал он. — Так ты сексуально не удовлетворена?
— Возможно, чуть-чуть, — моргнув, пробормотала в ответ девушка. Тьяго не сводил взгляда с Трикс, будто она была его любимой закуской. Сейчас Трикс делала кое-что гораздо более безумное, чем простое дерганье тигра за усы.
— Ты должен признать, что у нас было несколько довольно сложных моментов в прошлом, —
— Разве я не сказал, чтобы ты заткнулась на хрен? — произнес он мягко, и, схватившись за платье обеими руками, разорвал от декольте до подола.
Блестки разлетелись во все стороны, засыпав комнату серебряными искрами. Ниниэн вытаращила глаза на свисающую разорванную ткань. Пожалуй, нужно проверить голову. Тигры — котята по сравнению с этим ходящим, говорящим истребителем. Клацнув зубами, она обрела голос.
— Как ты посмел, идиот? Мне нравилось это платье!
— Мне тоже, — выдохнул он.
Тьяго зачарованно уставился на Трикс. Он уже снял с нее стринги, а бюстгальтера не было с самого начала. Девушка была сложена именно так, как подсказывало раньше его воображение: с округлой грудью цвета спелого персика с бусинами-сосками, узкой грудной клеткой и еще более тонкой талией, плоским животом, переходящим в точеные бедра. Там, между ее изящных ног, темнел небольшой треугольник черных волос.
Он знал каким шелковым было это местечко, ведь не так давно он уже гладил ее там.
И, святый Боже, она все еще была в серебряных “трахни меня” туфлях на четырехдюймовых (ок. 10 см — прим. пер.) шпильках.
Встретившись с ней взглядом, он гортанно произнес:
— Я куплю тебе тысячи красивых платьев, гору розовых помад, драгоценности, достойные Королевы и я никогда не позволю причинить тебе боль.
Эмоции на лице девушки изменились. Гнев исчез, сменившись чем-то более важным и дорогим для него: доверием и надеждой. Склонив голову и удерживая его взгляд, Ниниэн позволила соскользнуть на пол остаткам разорванного платья.
Он шагнул вперед подхватил ее на руки. Развернувшись на пятках, Тьяго отнес девушку на диван. Опустившись на одно колено, он положил ее на подушки, а потом избавился от оружия, разместив пистолеты и ножи на полу в пределах досягаемости.
Ниниэн скинула свои туфли и, не отводя взгляда от Тьяго, погладила его мускулистую руку.
— Теперь футболку, — прошептала она, когда мужчина разоружился.
Вер сделал глубокий вдох. Закинув руку, он схватил свою футболку и, стащив через голову, швырнул на пол. Мужчина выдержал взгляд Трикс, а потом расстегнул пряжку ремня и молнию на брюках. Ниниэн будто тонула, наблюдая за тем, как Страж постепенно обнажал массивную архитектуру своего тела. Он выпрямился, мышцы его груди и рук напряглись, пока Тьяго, скидывал обувь, а затем штаны.
Ниниэн жадно поглощала вид его обнаженного тела. Его сильные, поджарые ноги казались бесконечными, плоский живот прочерчивали восемь идеальных кубиков. Свидетельствуя о его желании, над круглыми, тяжелыми, напряженными яичками возвышался эрегированный член. Протянув руку, Трикс погладила его. Ствол был таким большим, что она не могла охватить его рукой. Когда девушка погладила толстую, широкую головку пениса своим большим пальцем, Тьяго с шипением втянул в себя воздух, мышцы на его мощных бедрах задрожали.