Сердце бури

Раэлана

Генерал решительно остановилась, наплевав на всех и вся. Крифф! Пусть этот мальчишка волен вытолкать ее отсюда взашей, но она с места не сдвинется, пока он не объяснит все толком.

«Рей?..» — только и спросила она.

Бен отмахнулся в ответ на недоуменный вопрос Хакса о причине задержки. Его бархатные глаза смотрели на мать, не отрываясь ни на мгновение.

«Да, мама. Рей Соло уже два месяца как моя законная жена. Вы без труда сами удостоверитесь в этом. Копия свидетельства о браке хранится у Силгал Акбар на планете Мон-Каламари. Обе подписи подлинные и поставлены

по доброй воле. Ваш приятель Лэндо Калриссиан был единственным свидетелем заключения брака. Более того, уже несколько недель моя супруга носит ребенка, и скоро ей понадобится весь ваш опыт и вся ваша забота».

Это беглое объяснение — эти короткие несколько фраз, кажущиеся не иначе как насмешкой судьбы, — заставили Лею с ужасом осознать, как много всего успело случиться, пока она была здесь, отрезанной от друзей и от всего мира. Значит, Лэндо все-таки удалось отыскать Бена и Рей? Значит, эти двое теперь вместе, и у них ребенок? О Сила…

На секунду Лея отвернулась. В эти мгновения она достигла наивысшей растерянности, уже не зная, радоваться ли ей неожиданной новости. «Проклятый дуралей! — подумала она с досадой. — И он еще смеет являться сюда? Смеет, как ни в чем не бывало, разглагольствовать о том, что я — я! — сейчас нужна Рей? Это у него будет ребенок, хатт побери! Если кто сейчас и нужен Рей и будущему малышу, так это муж и отец».

Она не касалась его сознания, однако сын все же угадал, о чем думает его мать — да и мог ли не угадать, когда все чувства наверняка были написаны у нее на лице?

Словно во сне, Лея почувствовала стальную хватку на своих предплечьях. Уже ничего не стесняясь, Бен встряхнул ее раз и другой — пока не увидел, что ее взгляд начал проясняться.

«Да как же вы никак не поймете?! Именно из-за Рей и ребенка я и пришел сюда — ради вас тоже, мама, но больше ради них. Или вам угодно и дальше жить в страхе? Каждую минуту бояться, что враг украдет у вас самое дорогое?»

Глаза Леи испуганно расширились. С гордостью и ужасом она вдруг осознала странную, но очевидную истину: ее сын прав. Прав от начала до конца. Он собирается сделать то, на что у его глупой матери в свое время так и не хватило духу. Он не бежит от своей семьи; он готов сразиться за нее.

Кругом стояли люди — вооруженные до зубов штурмовики, и сам генерал Хакс, нетерпеливо переминающийся с ноги на ногу и поглядывающий на мать и сына с очевидным недовольством. Но никогда еще Органе не было так наплевать на Хакса и его присных, как теперь.

Бен не дал ей ответить, лишь настойчиво подтолкнул вперед, намекая, что они уже давно исчерпали время, данное им, чтобы проститься. Да и к чему лишние слова?

Процессия двинулась дальше, увлекая Лею Органу навстречу свободе. Всего на миг она вспомнила про R2. Негоже бросать старого друга в руках врагов. Но с другой стороны, как же их затея? Если корабли Сопротивления все-таки прибудут сюда, только маленький механический друг сможет открыть для них гиперпространственный маршрут. Нет, как это ни прискорбно, R2 необходимо остаться.

Во всяком случае, был еще один шанс, что желание Бена исполнится. Если юноша падет в поединке, возможно, Сопротивлению

удастся уничтожить Сноука вместе с цитаделью. Так или иначе, маленький Скайуокер будет в безопасности. Быть может, именно он станет единственным ребенком в их семье, до которого ситхам и их приспешникам так и не удастся дотянуться? Возможно, хотя бы одному Скайуокеру суждено вырасти, не зная искушений Тьмы или проклятой войны, которая десятилетиями опустошала галактику?..

У одного из лестничных пролетов они разделились. Фазма поманила Лею и рыцарей за собой вниз, к ангарам. А Хакс, его помощник и Кайло Рен отправились наверх, в центр управления, как генерал и обещал.

Прежде чем окончательно расстаться с матерью, Кайло позволил себе — всего на мгновение — припасть губами к ее лбу, оставляя на нем незримую печать своего дыхания. Лея замерла, затаилась, как мышь, боясь спугнуть неожиданное ощущение всеобъемлющего восторга. У них с Беном было до обидного мало таких моментов искренней семейной близости — но оттого-то каждый из этих моментов был сокровищем, по праву занимавшим почетное место в памяти пожилой женщины.

— Только не пропади… — шепнула она, обреченно склонив голову. Ее голос был полон трогательной, какой-то детской мольбы. — Не смей проиграть, слышишь меня, Бен Соло?

— Я не проиграю, — чуть слышно обещал ее сын. — Ведь теперь у меня есть, за кого сражаться. Есть, кого защищать. И куда вернуться, когда все закончится. Поверьте, генерал, еще никогда я не ощущал в себе столько силы, как сейчас.

***

Стоя перед приборной панелью в позе солдата на посту, Кайло молчаливо провожал взглядом удаляющийся шаттл. Поначалу судно было видно невооруженным глазом в проем иллюминатора, затем осталась лишь крохотная мигающая точка на экране радара — и вот, наконец пропала и она. Растаяла в одно мгновение, когда судно перешло в гиперпространство.

Кайло чувствовал, что его мать действительно на борту, и что она в порядке. Оставалось надеяться, что генералу Органе хватит сообразительности не лететь, очертя голову, прямиком к Сопротивлению. Наверняка здешние умельцы поставили на шаттл «жучок», по крайней мере, у них для этого имелось достаточно времени. Только дурак не воспользовался бы удобным случаем вычислить врага, а Хакс дураком не был — при всей своей неприязни к нему, магистр вынужденно признавал это.

Когда корабль исчез окончательно, Хакс повернулся к Кайло, чтобы вновь напомнить ему о данном обещании. Тот не удостоил его ни словом, лишь молча кивнул, давая понять, что готов. Готов сейчас же, немедленно встретить свою судьбу, какой бы она ни была.

В сопровождении вооруженной охраны генерал отконвоировал новоявленного пленника до знакомых дверей, за которыми — тронный зал, святая святых Сноука, где позволено находиться немногим.

Перед входом Хакс возвратил магистру его сейбер.

— Возьмите назад свою игрушку, — небрежно пробормотал он, протягивая Кайло стальную рукоять. — Вам она наверняка понадобится.

Рыцарь, усмехнувшись, прицепил меч на прежнее место на поясе.

— Уверен, мое оружие не слишком вас отяготило, генерал.