Сердце бога
Шрифт:
На опушке возникло нездоровое оживление, бандиты начали оборачиваться к лесу, доставая оружие и недоуменно пялясь на невиданную в этих краях диковину. На первый взгляд дроу не производят особого впечатления - наверняка каждый из бандитов неоднократно слышал про темных эльфов, но, видимо, никто из них не связал щуплую невысокую фигурку с историями о страшных и беспощадных порождениях ночи. Большинство только скользнуло по Лаэле взглядом и перевело внимание на того, кто показался им более опасным противником - на человека. Почти десятку бандитов это стоило жизни, первые даже не успели удивиться, когда Льдинка начала свою кровавую жатву.
Лаэле проскользнула сквозь
Если какой-то боевой дух изначально и был у бандитов, то после этой демонстрации он иссяк полностью. Больше о сопротивлении они уже не помышляли, занятые исключительно собственным спасением.
– Увидишь Керка - не убивай, он мне живым нужен!
– крикнул Амальрик, ныряя в самый большой шатер. Шатер сразу осветился изнутри вспышками, сопровождаемыми громким треском и криками боли.
– Покомандуй еще, червь, - прорычала Лаэле, одним ударом почти разваливая пополам вылетевшего на нее ошалелого бандита, - а ведь не хотел показывать, что маг... почему, интересно?
Открывшееся обстоятельство освещало события последних дней в совершенно новом свете. Лаэле казалось, что спутник пребывает полностью в ее власти, но, похоже, это ей только казалось. Дроу пришла в ярость - стало быть, этот червяк всю дорогу смеялся над ней! Ну, ничего, недолго ему осталось смеяться. «Ты совершил ошибку, глупец», - прошипела Лаэле, пробираясь среди разбросанных тюков, - «теперь я знаю твой секрет и твоя магия тебе уже не поможет».
Она могла бы поклясться, что рядом не было никого живого, так что быстрое движение за спиной и холод стали на шее явились для нее совершенной неожиданностью. Лаэле замерла, понимая, что проклятый червяк и тут оказался на высоте.
– А как же слово харпера?
– спросила она спокойным голосом, хотя сама отлично знала ответ. Вся эта болтовня о чести и всеобщем благе хороша до тех пор, пока жизни ни чего не угрожает. А еще - очень хороша для того, чтобы дурить головы всяким доверчивым дроу. Но в ответ оказался неожиданным: высокий повизгивающий голос произнес что-то непонятное требовательным тоном.
– Что?
– спросила Лаэле удивленно. Прозвучала еще одна фраза на незнакомом языке, еще более требовательным тоном, нажим стали на кожу увеличился. Лаэле напряглась, собираясь метнуться в сторону, но тут за спиной прозвучал короткий свист, закончившийся сочным ударом. Лезвие дернулось, оставив неглубокий порез, и скользнуло вниз. Лаэле стремительно обернулась, тело врага
Тело бандита глухо шлепнулось на землю, коротко прозвенел упавший меч. Лаэле немного расслабилась и перевела взгляд на труп (разумеется, труп - мало кто способен жить, нося в затылке охотничий нож). С первого взгляда казалось, что у ее ног растянулось тело подростка. Но только с первого - круглая шляпа откатилась, обнажая лысину, да и грубые мозолистые руки никак не могли принадлежать ребенку.
– Ты же хотел живым его взять, - сказала Лаэле, опуская Льдинку.
Амальрик подошел, опустился на корточки рядом с телом, быстрым движением выдернул нож. Вытер его об одежду убитого и засунул в сапог.
– Он тебя мог убить, - поднимаясь, сказал маг нехотя, - услышь он меня, он бы первым делом тебя на голову укоротил, а уж потом стал бы разбираться, кто это там шумит.
Лаэле хотела спросить, с чего бы это человеку проявлять такую нежную заботу к дроу, но передумала - и так ясно, что он скажет. «Я обещал, честь превыше всего», и прочий бред. Поэтому она фыркнула и уже собиралась возразить в духе, что ей оскорбительно предположение, будто такому нелепому увальню удалось бы ее убить, но вспомнила недавние обстоятельства и спросила другое:
– Как он ко мне умудрился так подкрасться? Никому еще не удавалось незамеченным зайти мне за спину.
Маг пожал плечами:
– В тень зашел, очевидно. Он - вор, и очень неплохой. Был.
Лаэеле поморщилась. Какой позор для младшей жрицы Ллос - пропустить за спину какого-то воришку... хорошо еще, свидетелей не было... почти. Может, прямо сейчас и разобраться с ним?
Свистнула стрела. Целился лучник, похоже, в мага, но пролетала стрела слишком близко к дроу и Лаэле ее машинально отбила. Амальрик, не глядя, швырнул в направлении выстрела небольшой огненный шар, за тюками раздался грохот, крик и все затихло.
– А почему ты беспокоишься, что меня могут убить?
– спросила Лаэле, хотя мгновение назад и не собиралась.
– Я обещал, - ответил человек, пожав плечами. Ну, разумеется.
– А это кто такой будет?
– подозрительным тоном поинтересовался трактирщик у Амальрика, указывая рукой на закутанную в саван невысокую фигурку. Лаэле не поняла вопроса, и только сжала зубы, эта роль ее крайне тяготила, кроме того, она не видела в ней никакого смысла. На десять миль вокруг не было никого, кто мог бы представлять для нее хоть какую-то опасность, о чем дроу заявила еще на подходе к этому селению. Но Амальрик возразил, что им нужна информация, а не гора трупов. Лаэле подумала и нехотя согласилась. И теперь ей приходилось изображать из себя невесть что, замотанное с ног до головы в черную ткань.
– Не твое дело, - отозвался Амальрик, постучав по стойке монетой, - лучше скажи-ка мне, давно ли ты видел Лягушачью Бошку? Трактирщик ухмыльнулся, следя за монетой.
– Совсем недавно. Совсем-совсем недавно. Если у этого кругляша найдется парочка братьев-близнецов, я даже смогу припомнить, где именно я его видел.
Амальрик усмехнулся и достал из кошеля золотой. Подбросил его в воздух, поймал и припечатал к стойке.
– Может, ты даже вспомнишь, где он пребывает сейчас?
Трактирщик сглотнул, и, не отрывая взгляда от желтого кругляша, кивнул. Амальрик ухмыльнулся и подтолкнул монету к трактирщику, тот вцепился в нее, как голодная собака в кость - буквально - зубами. Прикусил, спрятал в карман и радушно улыбнулся: