Сердце бездны

Суворова Татьяна

Озр считала свою работу лишь удовлетворительной. По-настоящему качественно удалось снять лишь нервный шок Истомина. А на руки ушло слишком много времени. Конечно, биохимия землян все же отличается от биохимии координаторцев, но… И Игорь остается все в том же состоянии, тут вообще ничего нельзя сделать…

Пилот словно отозвался на мысли о нем — вскрикнул во сне, вскочил, ошалело озираясь. Артур не сдержался и прошипел командирским тоном:

— Ты когда нервы в норму введешь?! Девушку разбудишь, псих меднепригодный!

Тот оглянулся на «спавшую» Озр, подошел

к капитану и очень тихо заговорил — напрасно рассчитывая, что Командор ничего не услышит:.

— Плохо мне, понимаешь?! Ты начальник, я тебе скажу, но только тебе. Мне очень плохо и страшно, понимаешь? Я все чаще сам не разберу, что делаю. Просто вдруг захочется поступить вот так — и я — ни о чем не думая… Без причины, словно кто-то другой во мне этого хочет, не я. Понимаешь? Страшно! Ни в Космосе, ни на Земле со мной такого не бывало. — Игорь резко поднял голову, огромные темные зрачки поглядели в глаза Артура. Где-то во тьме, в лесу, закричали, и крик перешел в квакающий рев. — Эта планета меня убивает. Мне нужна Земля, да хотя бы Сатурн! Здесь сумасшедший дом. И воздух — он портит мозги. Видимо, какая-то дрянь, к которой вы с Ингой устойчивее. А я от нее рехнусь! Планета меня съест, понял?! И скажи, зачем мы идем? Куда? И почему нас ведет девчонка-мед, а не капитан?! А?! Ты ведь тоже сходишь с ума, так?

Артур молчал. Он впервые подумал, что в местной атмосфере может содержаться какой угодно наркотик. И тогда все их постоянно-неадекватное поведение…

Озр встала и неслышно подошла. Присела на корточки:

— А если это обычный психоз? А не химический?

От стыда и гнева Игорь просто оцепенел. Она продолжала:

— У тебя есть доказательства, что это отравление? И вообще, какой смысл в движении — где угодно, хотя бы на той же Земле? Только там ты идешь во времени, а не в пространстве. Но его дорога так же слепа, как эта.

— М-мистика! — Пилот шагнул к озерцу и с ненавистью плюнул в воду которой его плевок был совершенно безразличен. — А ты сама в норме?!

— Истериков успокаивают кулаками, Игорь.

Капитан хотел было возразить, но подумал, что, вероятно, ему самому придется применять к подчиненному это воспитательное средство. Пилот, не оборачиваясь, бросил:

— И ты уверена, что нами не развлекаются? Что некий Суперразум сейчас не балуется нами, как игрушками?!

— Мной — точно нет.

(«А тобой — точно да».)

Артур вздохнул, задал бессмысленный вопрос:

— А ты почему не спишь?

— Разбудили. — Озр кивнула в черный, неподвижный лес.

Капитан опять кивнул. Игорь продолжил тем же мрачным тоном:

— А почему ты так уверена, что нами не играют? Что тут нет чужой воли?

— Не уверена. Но разве это важно? Не все ли равно, чему сопротивляться давлению обстоятельств, порожденных бездушной природой, случаем — или созданных чужим интеллектом? И между прочим, вариант со случайностями много хуже — у разума неизбежно есть логика, и ее можно просчитать.

— А если нельзя?! — Пилот развернулся, сжав кулаки.

— Тогда паршивость эквивалентна. Случай тоже не предусмотришь.

И между прочим, сейчас ты явно в ужасе не от наших «гидов», а от себя. Я же знаю, что никто и ничто не заставит меня действовать так, как я не хочу. И не боюсь стать пешкой — я ею просто никогда не стану.

— Станешь! — Игорь, сам не заметив, шагнул к Озр.

Артур напрягся, сжал руку Командора, давая знак к прекращению начавшейся разборки. Но Озр не отреагировала — ей был нужен конфликт, желание пилота любой ценой доказать, что она не права и он, Игорь, может сопротивляться своему состоянию. Иначе их отряд не избавить от деградирующего истерика.

— Ты боишься, что тебя заставят. Ты слаб.

— И тебя скрутят!!! — Игорь проорал это с такой силой, что тотчас схватился за горло.

— Нет. Пользуясь твоей терминологией, могущественный Некто втянул нас в свою игру — но тем самым пустил к себе на поле, невольно дал шанс, пусть и крошечный. Мы можем действовать на наших условиях. Это драка — и если мы не будем трусить, Некто не получит своего результата. То есть партия окажется сведенной минимум вничью.

— Да, и сразу же нас убьют — После крика он смог сказать это только шепотом.

— Послушайте… — попытался опять вмешаться Артур. Он убедился, что дергать Озр за руку бесполезно.

— Ты, видимо, уже стал пешкой. — Она с презрительной насмешкой посмотрела на Игоря. Тот не разглядел ее лица, но отлично понял тон.

— Ты… Если ты еще раз посмеешь так, такое…

— Я же говорю с пешкой.

Психика парня уже была слишком больна. Поэтому он просто побоялся лезть в драку с тем, кто говорил таким тоном. Пилот развернулся, шагнул к ближайшему кусту и почти упал на него, уткнувшись лицом в переплетение шершавых стволов. Артур осуждающе поглядел на Командора. И решил тоже отойти к зарослям. «Что творится с этими двумя?! Игоря я знаю года три — он никогда не был таким! И слова Инги тоже неестественны для молодой девчонки, первый раз выбравшейся в Космос».

Нет, если бы она так рассуждала на комфортабельной кухне — это было бы нормально. Там вчерашние студенты отлично притворяются крутыми. Но здесь же реальность, а не кухня! И Петере только что страшно пострадала! Хотя… может, для нее это действительно был лишь обморок?

В голову пришла страшная, нелепая мысль. Настоящие Игорь и Инга мертвы, а это — их двойники, зачем-то посланные к нему, Артуру. И неизвестно чего ждущие.

Чужая ночь лежала на земле, с воздухом входила в легкие, текла в теле, впитавшись в кровь.

Чужая ночь…

К середине дня подул сухой, неприятный ветер. Кусты тянулись вдоль дороги двумя шевелящимися стенами, изредка становящимися дрожащими, цепляющими за головы сводами. Солнце делало мокрыми лица, руки, спины — словно земляне только что были под дождем.

Запах гари почувствовала Озр. Он был слабым, еле-еле уловимым. И шел справа.

Поэтому, когда от дороги отделилась песчаная тропинка, ведущая в ту сторону, Озр шагнула на нее, сделав остальным приглашающий жест. Игорь немедленно засунул руки в карманы:.