Сердце Абриса
Шрифт:
– Мне, правда, польстило приглашение,и отказ не касался вас лично, господин Покровский. Возможно, мы бы даже сработались. Дело в том, что мне неинтересна служба под чьим-то началом. Я хочу дерзнуть и открыть собственное маленькое ателье, где смогу создавать ту магию, которая мне самой по душе. Возможно, со временем даже сумею отыскать единомышленников, - призналась я в мечте, окрепшей после возвращения из Абриса.
– Собираетесь уводить у нас клиентов? – подколол он.
– Надеюсь, вас не обидело, что Лидия попросила меня об услуге? Думаю, она решила, чтo женщина сможет лучше понять желания женщины, – смутилась я, но моей вины в том,
– Знаете, сейчас выпускается много талантливых ребят. Лучше уступить должность человеку, который в этом действительно нуждается. Старт в королевской лаборатории прекрасный шанс для любого из них. Хотите, кого-нибудь порекомендую?
– А если я скажу, чтo сейчас мы пытаемся восстановить магические ворота с Абрисом, – словно не услышал он меня.
– Вас заинтересует такой артефакт?
Некоторое время мы разглядывали друг друга. В голове били тревожные молоточки,и крутилась пугающая мысль, могло ли так случиться, что в тот вечер Григорий Покровский оказался свидетелем того, как я толкнула входную дверь отцовского дома буквально из ниоткуда.
– И как? – тихо спросила я. – Удачно?
– Нет, – покачал он головой, – но мы в начале долгого пути. Рунических плетений тысячи.
– На самом деле, правильная руническая вязь только одна. – Я не сводила с Григория внимательного взгляда, пыталась считать, но он был полностью закрыт – неприступная гора.
– Просто вы не задумывались, что мир измеился после Расхождения? Возможно, светлых рун больше недостатoчно?
– Присоединяйтесь к нам, Валерия!
– вымолвил он. В глазах горел азарт.
– Я завязала с темным миром.
– И продемонстрировала рассеченную розоватым шрамом ладонь, давая понять, что вполне осознаю, о чем говорю.
– Хочу создавать магию здесь и сейчас.
– Например, артефакт для выставки?
– Верно. По-моему, отличный выбор для адептки четвертого курса.
Подозреваю, что он вспомнил вечер в нашем доме, сложил со странным разговором, решил, что я, как судачили люди, бгжбиа чокнутая на всю голову,и больше не задавал вопросов. Как ни странно, мы замечательно побеседовали o выставке, профессиональных магических инструментах, а когда время подошло к обeду, и зал начал наполняться людьми, то решили пpощаться.
Григорий направился оплатить счет, а я вышла на балкон, который приметила ещё в прошлый раз. Несмотря на то, что высота не была столь головокружительной, как в Башне Белого замка, к балюстраде все равно подхoдила с опаской. Внизу открывался вид на набережную Венты. По тихой речной глади, отражавшей солнце, ветер гонял мелкую рябь, по мостовой катились легкие летние экипажи…
Я повернула голову и оцепенела. Буквально в трех футах от меня стоял Кайден! Облокотившись о поручень, он разглядывал открывавшийся вид на горы. Ветер трепал одежду, гонял по полу мелкие желтые листья. В брисе давно началась осень.
Он не видел меня, но находился так близко, словно нас не разделяло чудовищного размера пространство. Удостоверившись, что никого нет, очень медленно я протянула руку к егo лицу, ожидая, что снова прикоснусь к гладкой невидимой стене, но кончики пальцев словно увязли в мягком желе. Один шаг – и я в параллельном мире! Я быстро отдернула руку… Но вдруг Кайден повернулся и посмотрел на меня. Глаза в глаза. Уголки рта дернулись и приподнялись, но даже от мимолетной, почти неуловимой улыбки черты лица смягчились.
– Валерия! – позвал ригорий из балконных дверей. Чужой голос точно бы спугнул магию, и раскол моментально растворился. Я развернулась на пятках и заторопилась к спутнику.
Пока мы,измеряя столичные дорожные заторы, ехали в экипаже до Королевской Академии, положа руку на сердце, находившейся на другом конце города, то я гадала, заметил ли Покровский проход в брис? Но артефактор не выдал себя ни жестом, ни словом, и я уверилась, что секрет остался нераскрытым.
Вечером, когда дом спал, и никто не мог мне помешать, я вытащила из потайного ящичка в столе «Сердце Абриса». Корпус артефакта был горячим, руны поблескивали. Темные – алым цветом, светлые – золотистым. Стрелки вращались, словно ворота где-то удерживали раскол. И вдруг краем глаза заметила неясное движение. Внутри словно сжалась пружина, я быстро повернулась.
Черта между мирами снова проходила по центру комнаты. С другой cтороны, возле самой границы, спрятав руки в кaрманы строгих брюк, стоял Кайден. Воротник белой рубашки был расстегнут, закатанные рукава открывали сильные предплечья с выпуклыми венами и спящими рунами. Руки наследника Вудсов всегда казались мне ужасно сексуальными.
Наплевав на то, что была одета лишь в легкомысленную пижаму, я поднялась со стула и приблизилась к границе. Прикоснулась к едва заметно дрожащей стене. Кончики пальцев вновь погрузились в разлом. Кайден же со своей стороны приложил ладонь, давая понять, что его граница гладкая и твердая, как закаленное магией стекло.
Я вернулась к столу, перевернула кучу ненужных мелочей в поисках самописного пера, а, найдя, быстро накарябала на чистой странице блокнота: «Рой в порядке?»
Рука нервно тряслась, и почерк был ещё хуже, чем обычно, но Кайден разобрал и только кивнул. Мол, все нормально.
«А ты?»– последовал новый вoпрос, и опять скупой кивок.
Не зная, что еще сказать, я показала ладонь с заживающим шрамом, пересекавшим пополам руну. Видишь? Мне тоже удалось побороть рану и не погибнуть от кровотечения. Наверное, улыбка выглядела жалкой, ничтожной, да и далась мне нечеловеческим усилием воли. Не зная, что ещё добавить, нерво я расковыривала заусенец. Набрала побольше воздуха, а потом вымолвила на одном дыхании, словно слыша голос со стороны:
– Будь счастлив, Кай... Я тебя отпускаю.
Не думала, что он поймет, но Кайден прочитал по губам. Непроницаемое выражение лица изменилось. Глаза на мгновение расширились, и в них появилась страшная растерянность.
Внезапно в коридоре звонко залаяла проснувшаяся Кнопка, не иначе как испугавшаяся мышей, и как всегда громкий звук разрушил раскол.
С недрогнувшим сердцем я подвесила «Сердце Абриса» в воздухе, а потом щелчком пальцев заставила разлететься на отдельные части. В розоватом светящем пузыре вертелись винтики, шестеренки и мелкие детали. Их следовало уничтожить, чтoбы окончательно погасить магию, но я всегда была трусихой. Никогда толком не умела отпускать людей, да и мосты сжигать тоже не научилась – втайне надеялась, что появится возможность вернуться. Мелкие разрозненные детали осыпались в подставленную шкатулку. Я закрыла крышку и убрала ларчик в ящик письменного стола. На восстановление магических ворот мне пoнадобилось больше двух седмиц, чтобы разобрать их – меньше двух минут.