Сердца небес
Шрифт:
— Время идет, — бормочу я, наливая себе еще выпить.
Все, что я хочу сделать, - это засунуть пальцы ей в глотку и вырвать правду прямо из нее. Вместо этого наливаю себе еще бурбона и заставляю себя ждать.
— Она с Джозепом, — тихо говорит она.
Я в шоке ставлю свой стакан на стойку.
— Джозепом?
— Он прибыл неделю назад в плохом состоянии.
Сильнее сжимаю пальцами стакан.
— Послушай, она только рассказала мне, кто ты на самом деле. Я знаю, что это ты похитил ее, удерживал против воли и в значительной степени заставил влюбиться
— Давайте не будем забывать, как я был замешан в смерти ее брата, — холодно добавляю я.
Ее лицо бледнеет, но голубые глаза все еще сверкают злобой, направленной на меня.
— Моя лучшая подруга лишается рассудка, когда дело касается тебя, мистер Сантьяго. Она плохо соображает и продолжает принимать эти безумные решения…
— Какого рода решения?
Анна прикусывает губу и отводит взгляд. Я вижу, как она волнуется, и от этого по моим венам разливается ледяная река. Моя догадка оказалась верной. У Ив большие гребаные неприятности.
— Она, этот русский и жуликоватый парень из ФБР составили план проникновения на какое-то мероприятие, — внезапно выпаливает она. — Как-то связано с группировкой, занимающейся секс-торговлей. Ив сказала, что это единственный способ раскрыть личности всех вовлеченных кураторов и клиентов.
Так много вопросов, которые я мог бы задать прямо сейчас, но существует только один ответ, который меня интересует.
— Какова ее роль во всем этом?
Анна вздыхает и убирает свои светлые волосы с глаз.
— Она согласилась замаскироваться под одну из девушек и работать под прикрытием.
— Господи! — я в ужасе отворачиваюсь от стойки. — Когда оно состоится?
— Сегодня, мистер Сантьяго, — шепчет она. — Она уже по пути туда.
Мы мчимся быстрее ветра к ее квартире на случай, если она еще не ушла. Если бы какие-нибудь полицейские из-за бешеной скорости осмелились остановить нас, я бы пустил пулю им промеж глаз. Я был во власти этого безумия. Отчаянно пытаюсь дозвониться до нее.
Сердитый.
Полный раскаяния.
Мне некого винить, кроме самого себя. Я позволил своему прошлому и тьме отвратить меня от ее света. Я проклял ее без всякой на то причины. Проклял нас обоих.
Никто не отвечает, поэтому мы вышибаем дверь.
Пусто.
— Проверьте комнаты, — приказываю я, и мои люди разбегаются в разные стороны. Это другая квартира, но почтовый индекс запечатлелся у меня в мозгу с того самого дня, как она ее купила.
Я смотрю ближайшую спальню. Знаю, что она принадлежит Ив, как только вхожу внутрь. Ее неповторимый аромат поражает меня, и я чувствую себя как дома.
— Jefe. Мы нашли это.
Входит один из моих людей, неся мужскую рубашку и клубок белых проводов питания.
Джозепа.
Резкость моей реакции заставляет меня протиснуться мимо него обратно в гостиную. Джозеп всегда был лучшим человеком, чем я. После нашей ссоры, - после того, как я напал на него, - он пришел прямо к Ив. Почему? Чтобы сделать то, чего я не смог — защитить женщину, без которой я не могу дышать; женщину, которая выворачивает
Тем не менее, я нахожу утешение в том, что Джозеп участвует в этой операции. Он не допустит, чтобы Ив причинили какой-либо вред. Он примет пулю за нее, без сомнения, но не может остановить армию Братвы в одиночку. Достав мобильный, я набираю его номер в последний раз. Я задерживаю дыхание, когда слышу соединение, а потом чуть не умираю, когда наконец начинают идти гудки.
— Данте? — в его голосе звучит сомнение. Встревоженность.
— Джо?
— Боже!
Повисает долгая пауза. В последнее время я теряю способность говорить. Я никогда не думал, что будет так трудно произнести эти два слова.
— Я знаю, — грубо говорит он, прерывая мое дурацкое молчание и избавляя меня от лишних хлопот. — Что сделано, то сделано. Прошлое — это дерьмо, без которого мы все можем прожить.
Я закрываю глаза от облегчения, но это временно.
— Где ты?
— В Майами-Бич.
— Координаты? Я сам приземлился здесь час назад. Ив… — мой голос срывается на ее имени. — Какого черта, Джозеп? Она все еще с тобой?
Наступает еще одна пауза.
— Как много тебе известно?
— Да, бл*ть, все, кроме того, что она, похоже, сошла с ума, черт возьми. А Петров — покойник, — добавляю я, подумав немного.
— Скажи мне, что ты собираешься все исправить, — шипит он на меня. — Скажи мне, что ты не собираешься портить все еще больше, чем уже испортил. Скажи мне, что человек, которого я встретил семнадцать лет назад в Афганистане, наконец-то возвращается к жизни.
— Он здесь, — хриплю я, мой голос напряжен от эмоций. — Если ты позволишь мне, я улажу все с вами обоими.
— Тогда сделай это. Тащи свою задницу в Бал-Харбор как можно скорее. Я пришлю тебе адрес. Наша разведка находится на улице примерно в полуквартале отсюда… Я не смог остановить ее, Данте, — заканчивает он со вздохом. — Бог свидетель, я пытался.
— Это моя вина, а не твоя, — мрачно говорю я.
— Скажи мне, что у тебя хватило предусмотрительности взять с собой людей и оружие. Я не доверяю команде Петрова, да и ФБР ходит вокруг да около. В свое время мы попадали в трудные ситуации, Данте, но это вот-вот произойдет. Я чувствую это нутром. Что бы ни случилось, мы должны вытащить ее оттуда…
Глава 28
Ив
Мои руки не перестают дрожать. Я сжимаю их в кулаки на коленях, но все еще чувствую вибрации напротив своей кожи. Вокруг меня молодые девушки иностранной внешности настойчиво перешептываются друг с другом. Слова беспокойства. Тревоги. Я не говорю на их языках, но страх я узнаю на любом диалекте. Некоторые слишком боятся даже открыть рот, когда мы едем по улицам в шикарном черном туристическом автобусе к месту назначения. Этот парадокс не ускользнул от меня. Это все равно что ехать на золотом лифте в оживший кошмар.