Серая чума
Шрифт:
– Ты видишь сам, учитель. Взгляни на того, что лишился глаз – он обучается всего лишь пять лет, но сумел самостоятельно исполнить Мост Серого Льда!
– О! – пораженно воскликнул Шурукках. – Я в свое время овладел этим заклятием только на одиннадцатый год… прекрасно, прекрасно… Если они еще и принесли ценные сведения, их непременно нужно наградить Радужным Жезлом Владык!
– Это высший орден для мага… – удивленно приподнял брови Гишбар.
– Да, заслужить его нелегко… – Шурукках удовлетворенно погладил пять совершенно одинаковых алмазных звезд, пришпиленных к правому шарфу. Под старость
– Да, да, это тот самый Креол – единственный сын нашего лучшего элементариста.
– И, кажется, твой родич?
– Дальний, учитель, очень дальний. Кажется, мой дед приходился братом его бабушке… или наоборот, моя бабушка была сестрой его деда… Мне недавно сравнялось шестьдесят пять, учитель, память уже не так хороша, что раньше.
– Что ты, Гишбар, да разве это возраст для мага? Мне перевалило за восемьдесят пять, а у меня все еще сохранилась рыжина в бороде! Не смущайся, скажи лучше, что им удалось узнать?
– Пока мы не знаем этого, учитель, вначале нужно оказать им целительскую помощь… да, а почему ее все еще не оказали?!! – гневно повысил голос Гишбар.
– Я стараюсь, учитель! – втянул голову в плечи Хиоро, безуспешно пытающийся привести Креола в сознание.
– Немедленно приведите мастера-целителя! – потребовал Шурукках. – А теперь мы… о, светлый государь, что я могу сделать для тебя?
Подошедший Энмеркар милостиво наклонил голову, показывая, что настроен снисходительно. Юноша-скороход торопливо подал ему глиняную табличку с выдавленными значками, похожими на птичьи следы.
– Мне бы хотелось переговорить с тобой о некоторых государственных делах, о маг, – степенно сказал император.
– Разумеется, светлый государь. Ты повелишь мне пройти в твой шатер?
– Отчего же? В шатре душно и пыльно, а здесь свежо и прохладно – небо прозрачное, звезды блещут, свет Нанны [17] возвещает водам… Будет лучше, если мы побеседуем здесь… мальчик, возьми факел и держи так, чтобы твой государь хорошо видел все знаки, – холодно приказал Энмеркар.
17
Шумерский бог луны.
Гишбар не посмел подслушивать разговор императора и Верховного Мага. Он отступил на несколько шагов и скрылся в шатре, совершенно позабыв о Креоле и Шамшуддине, по-прежнему лежащих в состоянии полутрупов. Хиоро сбивчиво бормотал целительные заклинания, стараясь сделаться как можно незаметнее – рядом с ним беседовали два первых лица государства!
– Полагаю, если будет на то милость Энлиля, с куклусами вскоре будет кончено? – первым делом осведомился император.
– О да, светлый государь, это дело нескольких дней, – улыбнулся Шурукках. – От их войск остались жалкие крохи, три четверти их вождей-некромантов нашли смерть в огненной печи, а Дагон со стыдом бежал обратно в Лэнг.
– Это замечательно. Но давай тогда обратимся к менее насущным делам. Мне только что принесли доклад о просьбах и ходатайствах со
Шурукках извлек из складок богато расшитого одеяния тусклое медное зеркало и приказал:
– Эллильнерари! Немедля подбери из наших рядов мудрого анимага, отдай ему ларец Восьмого Числа, и отправь к стенам Каркемиша! Пусть он напустит на его жителей полчища саранчи и скажет, что бедствие уляжется лишь когда они снова покорятся великому Шумеру! Одобряет ли такое действие светлый государь? – уточнил у императора он.
– Без сомнения, – милостиво кивнул Энмеркар. – Но вот тебе другая задача, маг. Большая плотина в низовьях Евфрата была разрушена наводнением. Воды все прибывают, Ур и Урук угрожают быть затоплены…
– Эллильнерари! – вновь воззвал к своему заместителю Шурукках. – Немедля подбери из наших рядов могучего гидроманта, и повели ему усмирить воды и держать их в повиновении, докуда плотина не будет починена! Избери такого, что живет в Уре… да вот хоть архимага Креола – он весьма хорош в таких делах, сколько мне помнится. Одобряет ли такое действие светлый государь?
– Вполне. Слушай же третью просьбу, маг. Землепашцы, живущие меж Кишем и Кадингирром [18] , жалуются на обилие урожая…
– На обилие? – удивился Шурукках. – Не оговорился ли мой государь, не скудность ли имеется в виду?
– Нет, именно обилие, – усмехнулся Энмеркар. – Их беда в том, что эти места сильно пострадали от набега куклусов – рабочих рук очень мало. Урожай обещает быть достойным самих богов, но снять его некому – он может сгнить на поле. Они бьют челом и молят прислать помощь…
18
«Врата Божьи», старое название Вавилона.
– Ни слова более, о светлый государь! – воздел руку Шурукках. – Эллильнерари! Немедля отправь всех лучших некромантов Гильдии к землям меж Кишем и Кадингирром! Пусть мертвые помогут живым в непосильной работе! Одобряет ли…
– Да, да, вполне одобряет, – похвально кивнул император. – Ты каждый раз угадываешь с полуслова мои желания, о маг.
– Все маги Шумера живут, чтобы служить тебе, светлый государь, – сложил руки перед лицом Шурукках.
– И это правильно, – снова кивнул Энмеркар. – Теперь еще несколько небольших просьб…
– О светлый государь! – подбежал гонец. – Прибыли послы-маги от Та-Кемет, Ханаана, хурритов и Гандхары! Они желают видеть вас и Верховного Мага!
– О, это замечательно, я давно их жду, – потер руки Энмеркар. – Где они?
– Хуррит и гандхарец уже в вашем шатре. А великие Гор-Тутмос и Гедеон еще у колесниц… я сейчас их позову!
– Ты хорошо сделаешь, гонец, – кивнул Энмеркар. – Пойдем же, маг, нам следует переговорить с этими людьми.
Император и Верховный Маг важно удалились. У входа в шатер их поджидал лугаль – высшие военные, как и маги, направлялись в походный императорский шатер. Утухенгаль, придворный маг Энмеркара, уже сотворил его прямо из воздуха.