Серая чума
Шрифт:
После обеда на площади вновь выстроилась шеренга воинов. На сей раз – сплошь безусая молодежь, совсем недавно окончившая обучение. Семь десятков молодых послушников, несколько лет готовившихся к этому торжественному моменту. Они смотрели на Креола широко раскрытыми глазами – ни один из ныне живущих паладинов не мог похвастаться честью быть принятым в Орден в присутствии живого Посланника!
– Их посвящение должно было состояться еще пять дней назад, – негромко сообщил лод Гвэйдеон. – Но Великий Магистр решил отложить его до твоего прибытия, святой Креол. Могу ли я начинать?
– Что?… Да, конечно, – рассеянно
Раз в год Генерал непременно посещает Каббасиану, чтобы посвятить новую партию послушников в паладины. Седоусый воин в серебристых доспехах встал перед шеренгой молодых парней, одетых в простые серые робы, и скомандовал:
– Преклоните колени!
Семьдесят послушников одновременно опустились на правое колено, благочестиво опустив очи долу. Лод Гвэйдеон подождал несколько секунд, прислушиваясь к словам своей богини, а затем отдал новую команду:
– Внимайте!
Послушники словно бы превратились в коленопреклоненные статуи. Минута текла за минутой, а они сохраняли абсолютную неподвижность. Но в глазах каждого с каждым мигом все больше разгорался чистый свет – сейчас с ними говорила сама Инанна. Богиня-покровительница собственноручно принимала новых членов своего Ордена.
Потом послушники начали подниматься на ноги. Один за другим они выпрямлялись и гордо поднимали голову – уже не послушники, но полноправные Серебряные Рыцари. В этом году отвергнутых не оказалось – все достойно проявили себя в обучении, всех богиня посвятила в паладины.
Молодым рыцарям принесли оружие и броню. Надевать обмундирование они научились давным-давно – все семьдесят в считанные секунды облачились в идеально подогнанные керефовые доспехи. Теперь они стали неотличимы от старших товарищей, глядящих на них со всех сторон.
– Поздравляю вас, паладины! – произнес лод Гвэйдеон, салютуя Белым Мечом. – Будьте верны и честны, храните заветы Пречистой Девы, соблюдайте Кодекс Ордена и вечно помните, чему вас обучили в этой академии! Всегда сражайтесь против Тьмы и порока, не знайте страха и сомнений, будьте готовы по первому требованию отдать жизнь, если то понадобится! Теперь это ваша судьба, и да пребудет с вами Свет!
Среди оружия, полученного молодыми паладинами, было копье-лэнс, походный топор, двойной арбалет, гольбейн и мизерикордия. Мечей же пока что не выдали. Лод Гвэйдеон лично подходил к каждому новобранцу, легонько касался его плеч Белым Мечом, и вручал блистающий клинок из чистого керефа – словно только сегодня откованный. На рукояти каждого можно было прочесть имя паладина – то самое, которое он получил из уст Пречистой Девы несколько лет назад, став послушником.
– Именем Ордена и Пречистой Девы я вручаю тебе этот меч и с ним титул лода! – провозглашал Генерал. – Не посрами же этих даров, паладин! Да пребудет с тобой Свет!
Постепенно все новички заняли места в самом конце длинной шеренги. Теперь число паладинов под командованием Креола составляло тысячу шестьсот девяносто семь, считая лода Гвэйдеона. Тысяча шестьсот девяносто семь истребителей нечисти.
Каждого из новобранцев приставили к одному из паладинов-стариков – первые три-четыре года молодые паладины будут перенимать опыт у мудрых ветеранов. Отправлять необстрелянных юнцов в свободное путешествие было бы верхом неблагоразумия – их обучение окончено, но практики
За посвящением новобранцев последовали другие мероприятия. Церемония за церемонией, обряд за обрядом, ритуал за ритуалом. Времени оставалось мало, а успеть надо было так много! Ведь Серебряные Рыцари впервые за многие века отправлялись в поход за пределы Каабара – в другую вселенную!
Паладины изо всех сил старались, чтобы Четвертому Посланнику понравилось у них в гостях. На человека, сразившего самого Близнеца, смотрели с таким благоговением, что даже непрошибаемый Креол слегка смутился. К страху и уважению он привык и относился к ним, как к должному, но боготворить его раньше не боготворили. Паладины не кланялись, не расшаркивались, в голосе не было слышно лести, но смотрели они так, что сразу можно было понять – прикажи им Креол перерезать себе горло, не задумаются ни на миг. Вероятно, так смотрели на своего повелителя асассины Старца Горы.
Уже смеркалось, когда Креол в сопровождении лода Гвэйдеона вошел в келью Великого Магистра Ордена. Точнее, кельей это помещение только называлось – на самом деле оно представляло собой уютный кабинет, совмещенный со спальней. Огромное окно выходило на фасадную площадь, позволяя Великому Магистру с удобством обозревать происходящее снаружи.
Лод Нэйгавец восседал в комфортном кожаном кресле. В камине пылал огонь, а правая рука Великого Магистра лежала на пухлом томике – священный Астаро. Креол мгновенно понял, почему этот человек никогда не покидал здания – лод Нэйгавец оказался калекой. У него отсутствовали обе ноги и часть живота – лишь целительское искусство паладинов и непререкаемая вера в свою богиню поддерживали его в живых.
Девяностолетний старик с длинными седыми волосами и светящейся плешью, похожей на монашескую тонзуру, был облачен в легкую тонкую накидку, а возле кресла стояло сложное приспособление, похожее на помесь детского стульчика с инвалидной коляской. С помощью этой штуковины лод Нэйгавец перемещался по комнате.
За ее пределы он не выходил уже несколько лет.
– Святой Креол, я рад видеть тебя в моей скромной обители, – надтреснутым голосом произнес Великий Магистр.
В его голосе все еще слышалась ушедшая мощь. Бывший Генерал до сих пор помнил былые походы и битвы. Взгляд Креола переместился левее – возле кровати расположились несколько хитроумных снарядов и тренажеров, приспособленных специально для безногого инвалида. Лод Нэйгавец упорно не желал смиряться с увечьем и по мере сил поддерживал в хорошей форме обрубок, оставшийся от тела. Несмотря на более чем преклонный возраст, он по-прежнему выглядел сильным и ловким.
Впрочем, большинство паладинов до самой смерти остаются воинами высшего класса.
– Оставь нас, лод Гвэйдеон, – попросил лод Нэйгавец.
Генерал чуть наклонил голову и тихо затворил за собой дверь. Два старика – Верховный Маг Шумера и Великий Магистр Ордена – посмотрели друг на друга. Маг пододвинул себе кресло и уселся напротив паладина. Две пары серых глаз скрестились взглядами.
– Подумать только, Генерал… – усмехнулся лод Нэйгавец, глядя на дверь, закрывшуюся за лодом Гвэйдеоном. – А ведь я по сей день помню, как посвящал этого мальчишку в паладины…