Сэр
Шрифт:
— Что ты делаешь? — шепчу я, сбитая с толку его заботливым поведением.
— Ты заботилась обо мне, когда я был одурманен наркотиками, — говорит он, глядя на меня снизу вверх. — Я делаю то же самое. Тебе нужно оставаться в этой комнате, подальше от всех этих людей.
— Почему?
Эйдан задерживает взгляд на мне.
— Просто сделай это.
Он начинает занимается другой моей туфлей.
Моя грудь наполняется нежностью.
— Я продолжаю думать о тебе… — в порыве вырываются мои пьяные слова. — А ты… ты
Его руки замирают, и на этот раз он не смотрит на меня.
— Больше, чем мне хотелось бы.
— Что происходит? — Мне не нужно уточнять, что я имею в виду. Знаю, что он понимает. Что происходит между нами?
— Я… не знаю, — признается он.
Я сглатываю, прерывисто дыша, продолжая смотреть на него.
— Куда ты ходишь по ночам?
Он продолжает расстегивать ремешки и, не отвечая, снимает вторую туфлю. Однако его прикосновение к моей ноге затягивается. Он проводит ладонью по моей икре и замирает, нахмурив брови.
— Я хожу.
— Ты ходишь?
— Я хожу и думаю… и возвращаюсь, и вижу всех, и я… жду.
— Чего ждешь?
Даже в темноте я вижу печаль на его лице.
— Я не знаю. Я… не могу вспомнить, но знаю, что чего-то жду.
Прежде чем я успеваю ответить, он встает.
— Ложись. Забирайся под одеяло, Айви.
Я ложусь на спину, и он помогает мне забраться под одеяло. На улице тепло, так что в этом нет необходимости, но мне нравится, когда он прикасается ко мне. Я... тоже хочу прикоснуться к нему. Когда он натягивает одеяло, я накрываю его руку своей, когда она доходит до моей груди. Его глаза встречаются с моими, и мы некоторое время смотрим друг на друга, ничего не говоря.
— Засыпай, — тихо требует он, наконец отстраняясь.
Я наблюдаю, как он исчезает в ванной, а затем включается душ.
***
Знаю, что Уэст в постели рядом со мной. Я чувствую его, хотя кровать такая большая, и он не прикасается ко мне. Я чувствую его, чувствую запах его геля для душа, слышу его тихое дыхание.
В голове у меня туман. Я все еще пьяна. Алкоголь бурлит у меня в желудке, и я чувствую себя не лучшим образом, когда поворачиваюсь на бок в поисках его.
— Эйдан, — шепчу я срывающимся голосом.
Он поворачивает голову в мою сторону.
— Что такое?
— Я чувствую себя не лучшим образом.
Я слышу в его голосе, как он хмурится.
— Проспись.
Я стону, зарываясь лицом в подушку.
— Меня тошнит. — Когда он не отвечает сразу, я уговариваю его: — Сделай с этим что-нибудь.
Я слышу, как он перемещается по кровати ко мне. И вздрагиваю, когда он пробегает пальцами по моим волосам, убирая пряди с моего лица.
— Тебя сейчас вырвет?
Я качаю головой.
— Нет, меня просто… тошнит.
— Тебе нужна таблетка?
— Просто…
— Что ты хочешь, чтобы я сказал?
Я снова разочарованно стону.
— Что угодно, черт возьми. Просто говори.
Честно говоря, меня может стошнить. Это очень странное ощущение внизу живота, и оно поднимается вверх по груди. Его пальцы скользят вниз по моим плечам. Он запускает их под ворот моего платья и проводит кончиками пальцев по моим мышцам, массируя их.
— Думаю, с вечеринками покончено, — говорит он. — Пора оставить их в прошлом.
Я расслабляюсь под его пальцами, постанывая от удовольствия. И ничего не говорю. Просто позволяю ему говорить, позволяю ему говорить все, что он хочет… это помогает.
— Я также думаю, что… я думаю, ты невероятно красива. — Его голос становится тише. — Мне понравилось видеть, как ты веселишься. Мне не понравилось, что ты была с этими богатенькими придурками, но… я часто представляю тебя такой. Веселой.
Он придвигается ближе, его пальцы разминают мышцы моей шеи. Я чувствую его дыхание на своем лице. Чувствую, как он смотрит на меня, хотя мои глаза закрыты.
— Я думаю, нам было весело вместе, пока я не потерял память, — бормочет он. — Может быть, ты все-таки была моим другом.
Я издаю гудящий звук в глубине своего горла.
— Может быть.
Он массирует меня так долго, что я почти засыпаю. Я в умиротворенном состоянии. И не хочу, чтобы его рука переставала прикасаться ко мне. И когда это происходит, я издаю протестующий звук. Он кладет ладонь мне на спину, тепло проникает сквозь платье, согревая меня изнутри.
— Как ты думаешь, Айви, есть ли такая вещь, как душа? — Он прерывисто вздыхает. — Как у нас может быть душа, если мы можем все забыть? Это похоже на то, что... наш мозг — это просто процессор и ничего больше. Мы просто компьютеры, которые могут чувствовать, а потом выключаются, когда все заканчивается.
Я открываю глаза и встречаюсь с его задумчивым взглядом.
— Я думаю, что твоя душа — это совокупность всего, чем ты являешься, Эйдан. Ее можно переписать, даже если ты ничего не забыл.
Между нами повисает тишина, пока он продолжает прикасаться ко мне, проводя рукой вверх и вниз по моей спине, пытаясь сделать так, чтобы я почувствовала себя лучше.
В понедельник, когда он снова станет таким же холодным и непроницаемым, я вспомню этот момент. Возьму его с собой в офис, как напоминание о том, что он может быть милым, мягким, таким, каким я его знала.
Я быстро отключаюсь от его прикосновения и больше не просыпаюсь.
***
На следующее утро я просыпаюсь в пустой постели с мигренью, которая ощущается так, словно в мою голову вонзили тысячу ножей.