Сэр Евгений [СИ]

Тюрин Виктор Иванович

– На пол, падаль! Мордой в пол! Ноги расставь! Шире! Руки за голову! Дернешься - убью!

Я даже не осознавал, что копировал команды полицейских из стандартного боевика. После чего развернулся в сторону Джеффри. Там, судя по обрывкам разговора, прерываемого криками боли и стонами, шла беседа на столь любимую тему моего телохранителя. Я уже хотел его окликнуть, как тот сам встал с колен со словами:

– Ну, смотри тварь, если обманул про тайник…

Я перебил его:

– Это потом! Пригляди за этим уродом, а я посмотрю, как там братья!

В комнате китайцев все было в порядке. Опоенные снотворным братья спали беспробудным сном,

так же как и Хью. Вышел из комнаты.

– Все хорошо, господин?!

– Все в порядке. Вот же змеиное гнездо!

– Да, господин. Тут хозяин поделился со мной секретом. Пока он не умер, надо проверить, не обманул ли он меня. Я могу посмотреть…

– Да иди, уж иди! Блин, добытчик!

Телохранитель на миг расплылся в улыбке, а уже в следующую секунду бежал к стойке. Посмотрел на лежащего, на грязном полу, проводника, который судорожно пытался сдержать дрожь.

'Трусливая падаль!'.

Не удержавшись, врезал сапогом по ребрам проводника. Тот взвыл и попытался свернуться клубком, но я заорал на него:

– Лежать, сволочь!! Еще раз двинешься - убью!!

На мои крики прибежал Джеффри.

– Все в порядке, господин?!

– Все хорошо. Ну, что нашел?

– Вроде правильно хозяин место указал.

– Что с Леграном?! Стонать перестал.

– Сдох, собака, наверно. Что с предателем будем делать?

– Пока ничего. Утром,… когда китайцы проснутся, приколотите язык этого предателя к входной двери этой гостиницы!

– Отдельно от хозяина?

– Нет! Вместе с ним! А пока свяжи его! И спать!

– Я позже, господин. Уж очень хочется посмотреть, что наш любезный хозяин Мишель Легран напихал в свой тайничок!

– Хорошо! Разбирайся с этим! Утром разбудишь!

– Господин! Вы смотреть будете на предателя или… после… вас разбудить?

– Без меня не начинать!

Я сказал эту фразу без напряжения или сомнения. Этот человек сознательно обрек нас на смерть и должен за это ответить. Завалился на кровать, но возбуждение после схватки не дало сразу заснуть. Лежа, я думал, что только что убил двух человек и обрек на муки еще одного. Я изменился, да и как можно остаться прежним, когда вокруг люди, не задумываясь и не теряясь в сомнениях, режут друг другу глотки. При этом, они нередко бывают счастливы, вытирая свой клинок об одежду убитого ими человека. Некоторое время я еще пытался определить критерии, которых нужно держаться, чтобы не превратиться в чудовище, но, в конце концов, незаметно для себя заснул.

Джеффри, как и положено образцовому слуге, разбудил меня на рассвете. Я встал, помылся, выпил стакан вина, но завтракать не стал. Когда телохранитель попытался мне рассказать, что нашел в тайнике Леграна, раздраженно отмахнулся от него, как от мухи.

Казнь человека, которую я вчера задумал, сейчас уже не выглядела правым делом, как вчера.

'Ну да! Вчера я кипел от злости, только что кипятком не писал! Все! Хватит об этом! Приговорил, так приговорил!'.

На душе было противно, хотя я понимал, что это не моя прихоть, а наказание предателя за содеянное зло. По законам этого сурового времени он еще вчера должен был отдать дьяволу душу. То, что я собирался приказать сделать, было более чем справедливо по нынешним меркам. Слова 'жестокость', как и 'смерть', имеют одинаковый смысл, что в Средние века, так и в двадцать первом веке, но только рамки этих понятий в этих эпохах совершенно иные. Массовая резня и убийства здесь естественная вещь, а в будущем

оно уже подпадает под понятие 'критическая ситуация', когда задействуют все резервы полицейских сил и спецслужб. Здесь тоже принимают соответствующие меры. Друзья и родственники убитых собираются вместе, нанимают наемников, а то и собирают армию - и в свою очередь режут убийц. Своего рода замкнутый круг.

Вышел во двор. Судя по глазам братьев и Хью, они уже знали от Джеффри, что произошло, но к своему удивлению я не увидел в них осуждения. Наоборот! Лю подойдя, коротко поклонился и сказал:

– Наш милостивый господин! Мы благодарны вам от всей души! Наши жизни…

– Не надо, Лю. Хочу думать, что в подобном случае вы сделали бы то же самое для меня! Джеффри! Давай закончим с этим делом и поедем!

Проводник все это время стоял на коленях, между Хью и Чжаном, опустив голову, жалкий и оборванный. Услышав мои последние слова, Гуго словно проснулся и резко поднял голову. Его лицо настолько было изуродовано страхом, что я даже удивился, как может измениться человек за одну ночь.

– Милостивый и добрый господин!! Прости меня, молю!! Я не знал, что делал!! Это все Легран!! Этот подлый и низкий человек…!!

– Начали!!
– рявкнул я, перекрывая истошные вопли проводника.

Тот забился в руках Хью, пытаясь вырваться, при этом так истошно вопил, что вскоре сорвал голос и стал хрипеть. На помощь арбалетчику пришли Ляо и Чжан. Но даже им втроем пришлось поднапрячься, чтобы подтащить предателя ко входной двери. Там его уже ждал Джеффри.

– Жить!! А-а-а-а!! Я хочу жить!! Молю!! А-а-а-а!! Жить!!

Чжан склонился над ним, а потом молниеносно ткнул пальцем в разные точки тела француза. Тот перестал извиваться, замерев в нелепой позе. Джеффри, не теряя времени, кинжалом разжал ему зубы, затем ухватил язык щипцами, которые ухитрился найти в хозяйстве Леграна. Затем предатель был вздернут в воздух, а его язык плотно прижат к доскам двери. После чего Джеффри вопросительно посмотрел на меня. Я вздохнул, а затем начал говорить:

– Гуго, твой лживый язык чуть не завел нас в западню и поэтому он должен быть наказан. Ты же наш добрый проводник, Гуго Маршель, останешься жив. Оцени мое благородство!

Эти слова я придумал заранее. Еще вчера они казались мне отличной речью - приговором, но теперь я не был в этом уверен. Не успел сказать последнее слово, как язык был пронзен большим гвоздем с восьмиугольной шляпкой, который пятью ударами молотка был вбит почти по самую шляпку. Несколько минут китайцы поддерживали Маршеля, а потом отпустили. Его руки тут же слепо заскребли по широким доскам двери в поисках того, за что можно ухватиться. Несколько секунд я смотрел на прижимающегося к двери человека в неестественной позе, затем отвернулся, подошел к лошади и вскочил в седло. Стараясь не смотреть на судорожно дергающееся у двери тело, оглядел своих людей. Джеффри, Ляо и Чжан садились в седла, только Лю стоял и смотрел на меня.

– В чем дело?!

– Господин, я могу дать ему совет. Он сможет продлить ему на некоторое время жизнь, а там может быть кто-нибудь подъедет.

– Как хочешь!

– Гуго, слушай меня внимательно!
– крикнул Лю, подойдя к проводнику.
– Сейчас тебе плохо! Не падай в обморок! От тяжести твоего тела язык оторвется с корнем! Если даже ты не умрешь от потери крови, останешься немым на всю жизнь! Старайся продержаться как можно дольше, в этом случае у тебя появиться шанс спасти свою жизнь!