Сэр Четверг
Шрифт:
— Полностью потом расскажешь, — прервал Артур. Ему очень хотелось услышать все подробности, но приходилось думать о насущных проблемах. — У нас осталось всего несколько минут. Четверг знает, кто я. Он приказал мне не пытаться освободить Волеизъявление, и я думаю, что оно — это змея на его бляхе. А Ключ — это меч.
Сьюзи почесала в затылке.
— Тут что-то странное. Я думала, что такой тип скорее просто снесет тебе голову.
— Он следует приказам и уставам. Но думаю, если я выкажу хоть какое-то неповиновение, он меня действительно убьет. И потом, похоже, он так и так хочет сделать, чтобы я погиб
— Да уж непременно, — согласилась Сьюзи, что не слишком ободряло. — И что думаешь делать?
Артур огляделся, чтобы убедиться, что никто не подошел на расстояние слышимости.
— Волеизъявление говорило со мной. Оно сказало, что может освободиться, если Сэра Четверга серьезно отвлечь. А как только оно будет свободно, то, наверное, поможет мне добыть Ключ. Только… должен признать, даже если у меня будет Ключ и поддержка Волеизъявления, мне все равно… не по себе… от мысли, что придется драться с Сэром Четвергом.
— Я тебя понимаю, — кивнула Сьюзи.
— И потом, мне приказали не пытаться освободить Волеизъявление, так что я даже не могу сам отвлечь Сэра Четверга.
— А в чем проблема-то? Просто ослушайся приказа. Я постоянно так делаю со старухой.
— Не уверен, что смогу, — пояснил Артур. — Я чувствую, как что-то словно давит мне голову при одной мысли об ослушании приказа, а как пойти против прямого приказа от Сэра Четверга, я и вообразить не могу. Наверное, это после школы новобранцев осталось, а теперь, когда меня повысили, стало еще хуже. Наверное, поэтому Сэр Четверг и сделал меня офицером.
— Я сама его отвлеку, — заявила Сьюзи с задумчивым блеском в глазах. — Я нарушала приказы столько раз, что мне хватит опыта…
— Не все так просто, — поспешно сказал Артур. — Нам вначале придется подождать, пока Сэр Четверг уничтожит клин Пустоты. Если этого не сделать, у нас нет шансов против Новых пустотников… хотя если подумать…
— Что? — Сьюзи взяла силовое копье и взмахнула им, проверяя баланс. Артур увернулся, но продолжал говорить.
— Я не думаю, что кто-то пытался поговорить с Новыми пустотниками и их командиром. Я знаю, что они наши враги, но они не похожи на обычных пустотников, которые только все уничтожают. Кто знает, что им на самом деле нужно? Может быть, я мог бы вступить в переговоры.
— Переговоры с пустотниками? — переспросила Сьюзи. — Невозможно договориться с пустотниками…
— Пять минут! — крикнул сержант, который привел Артура в оружейную. — Пять минут!
— Пять минут! — повторил Артур. — Нужно спешить.
Он подбежал к стойке с броней Легиона и после секундного колебания снял бронзовую кирасу младшего центуриона, а не пластинчатый доспех рядового легионера. Надев ее, он сунул коробочку с карманом в ножны под мышкой, предназначенные для кинжала на крайний случай.
— Можешь подобрать мне свирепомеч, Сьюзи? Какой-нибудь среднего размера?
— Есть, сэр! — откликнулась Сьюзи, отдавая честь.
— Тебе не обязательно… — начал было Артур, но осекся, заметив, что Сьюзи смотрит ему за плечо. В тот же момент кто-то выкрикнул:
— Смирр-на!
Артур крутанулся на месте, взметнулись незавязанные ремешки кирасы. Сэр Четверг вошел в оружейную. На нем по-прежнему была форма рядового Полка, но вместо берета — железный шлем легионера, без бляхи. В руке Четверг сжимал
У меча было широченное перекрестье и длинная рукоять, чтобы им можно было махать двумя руками… или одной, если обладатель меча чрезвычайно силен. Вокруг простой бронзовой гарды вилась декоративная металлическая змея. По всем признакам меч был сильно увеличенной копией того, что красовался раньше на бляхе.
— Мистер Зелень! — отрывисто бросил Сэр Четверг. — Постройте своих людей и проверьте их снаряжение.
— Есть, сэр!
Артур поспешно закрепил завязки кирасы у себя под руками, надел пояс со свирепомечом, который протянула ему Сьюзи, и нацепил офицерский шлем с алым плюмажем из конского волоса. Следующие несколько секунд он не знал, что делать дальше. Затем вспомнил, что всегда делают офицеры: нужно найти сержанта и приказать все уладить. Оглядевшись, он нашел среди детей Дудочника ближайшего сержанта, девочку в форме пограничника с тремя черными нашивками на рукаве. Артур быстро промаршировал к ней.
— Как ваше имя, сержант?
— Амальгама, — ответила та. — Сэр.
— Хорошо. Вы будете ответственным сержантом отряда… взвода… ну, короче, нашим, сержант, — сказал Артур. Он чувствовал себя немного неловко, разговаривая с сержантом в таком тоне, после того, как неделями в школе новобранцев он только получал приказы. — Постройте всех, и мы вместе проверим их снаряжение.
— Хорошо, сэр, — произнесла девочка. Присмотревшись, Артур понял, что она сильно напоминала Сьюзи. Такое же узкое лицо, только у сержанта Амальгамы были коротко подстриженные черные волосы и карие глаза. — Предлагаю назвать наше подразделение рейдерской командой.
— Отлично… приступайте, сержант, — произнес Артур. Именно так говорили офицеры всякий раз, когда не знали, как поступить.
— Рейдерский отряд! — завопила Амальгама. — В одну шеренгу стройся!
Дети Дудочника моментально выстроились в ряд, самостоятельно распределившись по росту и сдвигаясь в сторону, чтобы распределение было точным. Рост они измеряли, вытянув руку со сжатым кулаком в сторону солдата справа. Строй выглядел странно. Почти все в нем собрали пестрый набор из различного снаряжения солдат Полка, Легиона, Орды или пограничников. Артур заметил, что все, кроме него, прихватили по меньшей мере два разных оружия, а кое-кто и по три-четыре. Еще он заметил, что среди добровольцев нет ни единого артиллериста, что, вероятно, объясняло, почему это подразделение назвали Умеренно Почтенной Артиллерийской Бригадой.
— Рейдерский отряд для проверки построен, сэр!
Артур обменялся салютами с Амальгамой, затем прошел вдоль строя, осматривая каждого солдата. Чувствуй он себя более уверенно, мог бы высказаться по поводу их оружия и амуниции, а так просто спрашивал имена. Мальчик не чувствовал себя настоящим офицером, но даже как рядовой солдат, он хотел знать, кто они. Пережив битву в форте Преображение, он знал, что по крайней мере кое-кто из них назад не вернется. Он хотел знать имена своих товарищей и пытался сохранить в памяти их лица, чтобы что-то помнить на случай, если он переживет предстоящую битву, а они нет.