Сэр Четверг
Шрифт:
— О "потом" я позабочусь, когда оно наступит. И я не авантюристка. По крайней мере, сама я не хочу никаких приключений. Уже один раз попробовала, и мне хватило. Никаких больше приключений, если я не знаю, во что ввязываюсь.
— Ну, тогда это будут уже не приключения, — сказала Сильвия. — Знаешь, я никогда не любила такого рода вещей. Может, еще не поздно начать. У меня есть сигнализация медицинской тревоги. Мне ее включить? Это служба по подписке, а не государственная медицина, так что, думаю, скорая приедет
— Включайте, — согласилась Листок, уже спускаясь по лестнице. — Можно мне взять у вас нож с кухни? И немного соли?
— Как пожелаешь, — Сильвия открыла прикроватную тумбочку, достала маленькое электронное устройство, откинула крышку и нажала красную кнопку. Устройство пискнуло, и синтезированный голос произнес: "Будьте спокойны. Помощь уже в пути. Будьте спокойны. Помощь уже в пути". Затем коробочка заиграла пьесу Вивальди для лютни и виолончели.
Сильвия сунула сигнализацию обратно в тумбочку и тоже отправилась вниз по лестнице. Листок обнаружилась на кухне; она ложками ела соль, запивая апельсиновым соком.
— Господи, что ты делаешь?
Листок закашлялась — ее чуть не стошнило. Прокашлявшись, она вытерла рот салфеткой и пояснила:
— Я не уверена, но соль может как-то помочь против контроля пустотника. Они не любят соли. И серебра.
— У меня есть серебряный браслет. Сейчас принесу.
— Спасибо, — произнесла Листок уголком рта. Ее тошнило весьма сильно — намного сильнее, чем следовало бы после полудюжины ложек соли. Вероятно, плесени соль тоже не понравилась. На всякий случай девочка проглотила еще немного соленой воды, а затем набрала ее в нос, словно промывая пазухи от гайморита. Вдруг поможет.
К тому времени, когда Сильвия вернулась, неся не только браслет, но и ожерелье из крохотных серебряных желудей, на улице уже послышалась сирена и звуки от останавливающейся перед домом машины.
— У меня тут автошприц для инъекций от аллергии, — Сильвия достала приборчик из складок шали. Название заправленного в него баллончика с лекарством было замазано чернилами. — Я им скажу, что у меня там что-то страшное, и что я им это впрысну, если они не сделают, как я говорю. Но это только тогда, когда мы уже окажемся в машине. До тех пор я сижу здесь, и мы скажем, что я потеряла сознание. Ты будешь моей внучкой.
— Спасибо, — проговорила Листок с удивлением. Она никак не ожидала, что Сильвия примет такое активное участие. — Эээ, я вообще-то не собиралась причинять им вред…
— Знаю, знаю.
Сильвия села на табуретку и принялась слабо пищать, словно больной котенок. Это звучало настолько правдоподобно, что Листок даже забеспокоилась, пока Сильвия ей не подмигнула.
Листок открыла входную дверь. На пороге стояли двое медиков в полном защитном снаряжении, только глаза виднелись за стеклами масок.
— Моя бабушка! — воскликнула Листок. — На кухне!
Медики промчались
— Что произошло? — спросил первый.
— Упала без сознания. Сердце, наверное.
— Ох, ох, ох, — стонала Сильвия.
— Лучше ее сразу в машину, — сказал первый медик, разрывая упаковку диагностического прибора и закрепляя его на запястье Сильвии. Второй кивнул и вышел обратно. — Да, пульс сильно учащен, давление в норме. Похоже, сердечный приступ. Все будет хорошо, мэм. Меня зовут Рон, и я о вас позабочусь. Расслабьтесь, и мы быстро доставим вас в машину.
Жалкое мяуканье Сильвии стало тише, и медик похлопал ее по руке. Другая рука старушки оставалась под шалью, скрывая инъектор.
— А мне с ней можно? — спросила Листок.
— В условиях карантина, если мы тебя возьмем в больницу, там ты можешь и остаться, понимаешь? И нам придется тебя продезинфицировать.
— Идет. Если нас не отправят в больницу Восточного района.
— Ни в коем случае, — заверил Рон. — Там творится что-то реально серьезное. Мы сейчас работаем с частной клиникой "Ларк Вэлли". Посторонись-ка. Мэм, мы сейчас поднимем вас и переложим на носилки.
Второй медик вернулся с каталкой. Вдвоем они ловко подняли Сильвию, уложили на каталку и слегка пристегнули. Диагностический прибор тут же пискнул.
— Учащение пульса, — сообщил Рон. — Мы уже через пару минут подключим вас к одной из наших чудо-машин, мэм. И все будет отлично.
Листок беспокоилась, что когда они покинут дом, соседи могут спросить, кто она такая, но волноваться было не о чем. В окнах виднелись лица, но никто не вышел наружу. Наверняка они все гадали, не стала ли Сильвия жертвой нового биологического оружия.
Вряд ли их страхи смогло развеять то, что второй медик вручил Листок пару защитных очков и маску, а затем щедро побрызгал на нее какой-то синей жидкостью, которая делалась бесцветной по мере высыхания. Жидкость слабо пахла мокрой газетной бумагой, но, к счастью, не оставляла никаких других следов.
После дезинфекции врач залез в машину и сел за руль. Листок забралась через заднюю дверь, где Рон уже возился, включая прибор, который нависал над каталкой и щетинился целым набором трубочек, шлангов и сенсоров.
Листок закрыла за собой дверь, и карета скорой помощи тронулась с места, тут же снова завыв сиреной. Когда они завернули за угол, девочка потянулась и расстегнула ленты на руках Сильвии, пока медик по другую сторону носилок отвинчивал колпачок тюбика с проводящим гелем.
— Что ты…
— Не двигаться! — прошипела Сильвия, поднимаясь на каталке и прижимая инъектор к бедру Рона, где игла с легкостью прошла бы сквозь биозащитный костюм. — У меня тут двести пятьдесят миллиграммов рапирокса. Скажи напарнику, чтобы он не включал ни радио, ни тревогу.