Сэр Четверг
Шрифт:
— Листок, ты что, головой ударилась или что?
— Ну да… то есть нет! Я знаю, что это все странно. Помнишь тех песьих морд, которых мы видели?
— Ну?
— Они тоже в этом всем замешаны. И это новое биологическое оружие, серая сыпь. Она тоже оттуда же. И Артур, который здесь ходит — не настоящий Артур. Я не думаю, что он… оно… зайдет в закрытую карантинную зону, но если зайдет, не позволяйте ему касаться вас. Даже руку не пожимайте.
— Листок, я сейчас сам с ума сойду. Что мне папе с мамой сказать? Они думали, что ты пострадала в
— Каком еще водяном взрыве?
— На пятом этаже. Большая труба под названием противопожарная подача, она взорвалась и затопила сразу несколько комнат. Об этом вся сеть говорила, пока не началась серая сыпь.
— Пограничное Море… — прошептала Листок. Эд говорил о волне, которая унесла ее, и Артура, и его кровать прочь из Второстепенного Царства.
— Что?
— Неважно. Мне нужно как-то выбраться из больницы. Через карантинный кордон.
— Листок! Они тебя застрелят! Ты это… я не знаю… успокойся, что ли. Звучит так, как будто ты серьезно взвинчена.
— Я реально взвинчена! Слушай, ты вообще можешь что-нибудь придумать или нет? У меня не так много времени.
— Погоди, папа хочет с тобой поговорить…
— Листок?
Отец был явно взволнован.
— Папа, слушай. Я знаю, что это звучит странно, но я тут вляпалась в…
— Листок, мы все рады слышать, что ты нашлась. Оставайся на месте и на связи. Я попрошу полицию за тобой прийти…
— Да не нужна мне полиция, пап. Это не… не то, что… слушай, я не могу сейчас объяснять. Люблю тебя!
Листок уронила трубку на рычажки, рухнула в кресло и прижала пальцы ко лбу. Это напомнило ей, что она все еще носит очки. Девочка подумала было их снять, поскольку цветные ауры несколько отвлекали, но потом решила с этим повременить: через очки можно было увидеть что-нибудь, что поможет.
— Должен быть какой-то выход, — прошептала она самой себе.
Я не могу выйти через главный вход, или через служебный, и вообщечерез любой на первом этаже. Подниматься выше тем более нет толку, если меня не подберет вертолет с крыши, а это вряд ли случится. А вот ниже… ниже находятся парковки. Но эти входы тоже охраняются. Все входы для людей или машин охраняются.
Дверная ручка внезапно затряслась. Листок подскочила в кресле. За дверью раздался мужской голос, и девочка сжалась, ожидая, что сейчас дверь откроют или просто сломают.
— Заперто, — сказал голос. — Проверь следующую.
Листок прислушалась. Она услышала шаги, затем кто-то еще заговорил, но она не смогла разобрать слова. Затем снова шаги, на этот раз удаляющиеся.
Поиски начались. Либо это охрана больницы, увидевшая ее на камерах слежения, или рабы Мальчика-без-кожи. Или и то, и другое, сообразила Листок.
Выйти на первом этаже я не могу. Идти наверх смысла нет. Но могут быть другие пути наружу. Лифт для белья…
Листок поднялась и тщательно осмотрела помещение, но через единственную здесь дверь она вошла. И все-таки в уголке ее разума оставалась мысль, только она
Противопожарная подача, которая взорвалась. ПП подача. Большая красная труба. Осторожно, мокрый пол. Возможно, эта труба куда-то ведет…
Листок подошла к двери, прислушалась и выскользнула в коридор. По эту сторону дверей никого не было видно. Она быстро пробежала к служебной двери, вошла и закрыла ее за собой.
Едва девочка начала присматриваться к трубе, как услышала, как кто-то бежит по коридору, а затем мужской голос крикнул:
— Она в 3Г104, позвонила оттуда две минуты назад!
Листок снова вернулась к трубе. Та была всего сантиметров на пять шире ее плеч и шла от пола до потолка. На первый взгляд никакого способа забраться внутрь не было, но, обойдя кругом, Листок увидела, что с задней стороны откручена панель. Все восемь болтов лежали тут же, на полу, рядом с ними — длинный гаечный ключ, коробка для обеда, недоеденный сэндвич и яблоко. Видимо, рабочим пришлось уходить отсюда в спешке, скорее всего, они присоединились к остальным наверху.
Листок заглянула в трубу. Ее стальная внутренность была вся покрыта каплями влаги, но больше воды там не оказалось. Посмотрев вверх, девочка увидела, что на других этажах тоже отвинчены панели, и сквозь отверстия виден холодный свет ламп. Внизу было темно — труба заблокирована. Но, присмотревшись, Листок увидела, что преградой служит большой ящик, установленный на круге с колесиками по краям. У ящика были манипуляторы-щупы, касающиеся трубы, и несколько предупреждающих наклеек, которые Листок не смогла прочитать в полумраке.
Это, похоже, был радиоуправляемый робот для проверки трубы. У него еще были электромоторы, управляющие четырьмя самыми большими колесиками, а вниз свисал целый хвост проводов.
— Здесь нет! — крикнул голос из коридора. — Проверь все комнаты.
Листок, секунду поколебавшись, засунула коробочку с карманом за пояс, пролезла в трубу и встала на робота. Он покачался на своем кольце и медленно заскользил в темноту, увлекая за собой Листок.
В одиночестве, стиснутая со всех сторон, слыша только биение своего сердца и слабое жужжание колесиков робота, Листок ощутила, что стенки трубы становятся все мокрее и мокрее, и почувствовала мгновенный приступ паники.
Что если внизу вода, и я в нее погружаюсь?
Рассудительные мысли улетучились. Листок вцепилась в стенки трубы и вдавилась спиной в металл, пытаясь замедлить спуск. Но стенки были слишком скользкими от влаги, и робот продолжал двигаться вниз.
Свет фонарика обрушился сверху. Листок посмотрела наверх, но луч прошел мимо нее.
— Никого!
Голос охранника эхом раздался по трубе, примерно двадцатью метрами выше. Листок глядела на свет, задыхаясь от страха, не в силах набрать воздуха, чтобы позвать на помощь. Ужас боролся в ней с желанием все-таки сбежать с карманом.