Сепаратисты
Шрифт:
Не жалея сил, захватывая нередко ночные часы, Клинов подолгу просиживал над текстами столь нужных острову проектов законов, которые для обдумывания ему подкинул Шаманов, оттачивая их формулировки. В вопросе законотворчества для него, крупного юриста-учёного, не существовало мелочей. Это был очень важный человек для Национальной Лиги и без него пришлось бы много сложнее. Если выходить на королевское правительство с предложениями, так с реальным текстом, а не невнятным блеяньем тупого барана: 'Все забрать и передать патранам!'
В глубине души Шаманов гордился тем, что сумел переманить из прогрессистов
Толстяк перевел взгляд на сочувственно смотрящего на него Клинова и провел платочком по заметной лысине, видимо вытирая пот. Не настолько жарко, наверное нервничает, подумал Шаманов с ехидством.
— Ваше, — тыкая пальцем похожим на сосиску в строчку заверил гость, — Стен Шаманов. Еще и должность указана, — добавил с возмущением, — Глава Национальной Лиги и все данные честь по чести. Дата рождения, место проживания.
— Завещание никому не оспорить, — авторитетно подтвердил Клинов, уважительно кивая приведенному с собой юристу. — Господин Долгелли не первый год занимается составлением подобных документов.
— Да, — пробурчал Стен, — я как раз занимаю пост главы Национальной Лиги и мне есть чем заняться. С утра и до вечера. На… мне ваш геморрой?
— Вы не понимаете, — возбужденно заговорил толстяк, — это ж огромное доверие и почетно…
Имел я ваш почет вместе с доверием, непочтительно подумал Стен, не слушая сагу о счастье попасть в душеприказчики (или как там правильно должность именуется) помершего миллионщика. Даешь деньги, так какого… условия ставить.
Нет, нормальным его не назовешь. Три дочери, два сына, вроде и внуки имеются, а такая дуля на прощанье из могилы от папочки. И ведь самое противное не посмеют, скорее всего, публично поносить отцовское завещание. Благодетель народа — ха!
Надо обязательно сходить в Храм, а лучше на Гору попросить благословление лично у архиепископа. Наверняка куча проклятий на мою голову в ближайшее время свалится. Немного святости в качестве защиты не помешает. А завистники и желающие раскопать злоупотребления и воровство толпами набегут, сообразил вдруг. Ой, влип.
— Стоп! — обрадовано воскликнул, поймав за хвост мысль. — Я ведь не обязан самолично вникать во все мелочи?
— Конечно, вы ж не дослушали, — Юрист поспешно перевернул очередную страницу, собираясь зачитать особо важное предложение, — здесь предусмотрен бюджет на помощников. Завещатель достаточно ясно представлял себе всю сложность…
— Уна! — заорал Шаманов во всю глотку, не дослушав. — Сюда!
Господин Долгелли передернулся и некультурно попытался поковырять пальцем в ухе. Ничего удивительного вряд ли на него раньше подобным образом гаркали, уши наверняка заложило. Опомнился и поспешно отдернул руку. Воспитанный, одобрил Стен. Орм однажды не постеснялся и прямо выразил недовольство. И сейчас показал глазами на телефон, не произнося ни слова, а возмущение и без того заметно. Ну не привык он звонить в соседнее помещение, все по старой привычке ожидает счет огромных размеров. С
— Ты чем сейчас занимаешься? — спросил Шаманов, когда Уна предстала пред его начальственными очами. Вид у нее стал вполне городской, деревенские одежки остались в прошлом и фигура в простом, подчеркивающем формы платье смотрелось достаточно аппетитно.
— Готовлю слет всех подразделений юных разведчиков, — настороженно ответила она, не очень понимая, с чего это Команданте встревает в ее занятия.
Это случалось не часто, обычно Стен в дела департаментов без веских причин не вмешивался. Общее направление задал, а дальше крутись в меру возможностей и ума. За простенькими уточнениями и внезапными вопросами начинался чаще всего разнос. И что обиднее всего, редко несправедливо. Захочешь утаить чего, так тот же Камов моментально доложит. Лучше уж самой каяться в недостатках, чем дожидаться недовольства сверху. Хотя Гиллиса она всерьез недолюбливала. Все люди как люди, а этот вечно в роли подсматривающего и докладывающего. Сейчас вины за собой она не чувствовала и тем паче подозрительно.
. — Не просто сборище, еще культурная программа, народные песни, выступления. Показ достопримечательностей.
Она свое направление держала не первый месяц на уровне и придираться не к чему. Правда в селе это распространилось намного меньше, дети с малолетства вынуждены не в игрушки играть, а родителям помогать, но городские и среднего уровня достатка деревенские подростки охотно принимали участие в мероприятиях Национальной Лиги.
Все праздники, включая и религиозные, превращались в общественные мероприятия и не всегда даже сопровождались пропагандой. И так люди достаточно сообразительны, чтобы разобраться, кто принес новое и интересное в их жизнь. Худо-бедно, но свыше четверти пожертвований на нужды Национальной Лиги проходило через ее департамент. Траты серьезнейшие и ответственность громадная.
Турпоходы, соревнования групп из разных городов и районов. Межрегиональные встречи и обмен опытом. Самое важное молодежь лет до четырнадцати. Правильное воспитание вдалбливать позже без толку. А что попутно многие получают еще и начальную военную подготовку, так все по закону. Спорт и охота, готовность к труду, физическим нагрузкам и прочее в таком роде. Для подростков старше четырнадцати лет организовали Союз трудящейся молодежи. Между прочим, нагрузки у нее в связи с бесконечными общественно-политическими мероприятиями такие, что в бытность учительницей и не снилось.
Лига старалась воздействовать, прежде всего, на крестьянство, она издавала для них журнал 'Патран' и попутно создала полулегальное Общество национального просвещения. Война породила процветание, поглощая в огромном количестве зерно, кукурузу, продукты животноводства. Тем больнее ударило по крестьянам падение спроса и цен с ее окончанием. Хуже всего пришлось хозяйствам, специализирующимся на монокультурах. Ничего странного, что фермеры и арендаторы в одночасье превратились в пламенных радикалов, поддерживающих Лигу.