Сепаратисты
Шрифт:
— То есть суда не будет, — обнаружив, что отныне он абсолютно гражданский человек, подытожил Стен.
Без особого удивления зафиксировал в бумагах сержантскую пенсию. Поскольку тянуть армейскую лямку в дальнейшем он не собирался, скаредное королевское правительство заочно поотрывало звездочки на погонах. В бумагах он оставался офицером запаса на случай еще одной войны, зато платить из государственного бюджета слишком много не требуется.
Обычно у демобилизовавшихся слетали два звания. Сержантов данная практика касалась не всегда. Им все одно пенсии положены через пятнадцать лет доблестной
Неплохая экономия для бюджета по нынешним временам — десятки тысяч людей получат намного меньше. На офицерскую пенсию Стен и не рассчитывал, а на сержантский прощальный подарок от королевства можно максимально неделю прилично выпить. Если самогон. Зато инвалидам армии звания не резали и пенсию платили полностью. Хвала Солнцу ему такой льготы не требовалось.
— Решили грязь на общественное рассмотрение не выносить, — подытожил впечатление от бумаг.
— Можешь высказаться на прощанье, — брюзгливо предложил генерал. — Больше ничего для тебя сделать не могу.
— Почему бы и нет? Я всегда говорил правду в глаза начальству, за что и не пользовался любовью и в отчётах отражал факты, ничем их не приукрашивая. Или ты пытаешься угодить начальнику и непременно завалишь дело, подстраиваясь под его мнение, или прямо говоришь, как все на самом деле, не приукрашивая. Это часто не слишком приятно, зато полезно, если командир не дурак.
— Большое спасибо. Уж в этом смысле ты не стеснялся, даже не будучи офицером. Неоднократно поступал вопреки прямым приказам, изображая неполучение указаний или вообще без всякого стеснения нарушал. Никакого пиетета, кто кроме тебя способен в лицо командиру полка заявить, что тот идиот?
— Слушать правду выгодно, — убежденно заявил Стен. — Человек имеет правильную картину происходящего и это касается не только армейской жизни. Хотя реально не всегда приятно и выполнимо. Я все-таки не совсем сумасшедший лезть к генералам с нравоучениями.
— Хм?
— Высшее командование Корпуса наверняка не хотело серьезного разбора случившегося. Я хоть какой, но офицер. Рот не закроешь. А то еще начнутся речи и не очень приятные сравнения в положении двух основных народов проживающих в нашем замечательном королевстве.
— Где ты видел народ на острове? — не выдержал Бакли. — Патраны народ?! Пять племен, почти полторы сотни кланов, из которых не меньше трети образовались не от коренного населения, а от пришлых, включая пиратов и самых разнообразных захватчиков.
— Да! Три волны пришельцев с Шиола. Корабли, неоднократно пришедшие с севера, запада и востока. С материков и островов. В поисках удобных земель, спасаясь от холода и врагов. Сотни лет мы варились в одном котле, превращаясь в единый народ. Иногда пришельцы вторгались с целью захвата, случалось склоняли шею в надежде на новую жизнь. Тем не менее, мы давно все составляем одно общество. С общей культурой и кровным родством.
— И без своего языка.
— Ну не надо, да! Вы все-таки из Синенда. Это посторонним можно рассказывать. Всем местным прекрасно известно — первая волна переселенцев из Шиола пришла во время Мрака и Холода и практически полностью вырезала аборигенов, совсем немногих
Он откровенно усмехнулся.
— На самом деле это крэльский сохранился достаточно чистым и понимающие речь способны читать древние рукописи без особых затруднений. Конечно, языки развиваются и заимствуют слова из других, но в данном случае — это целенаправленная политика королевского правительства. Не мы утеряли язык, нас его лишили сознательно. Мы с самого начала были близки и по языку, и по крови, и по воспитанию с метрополией. На данном фоне дискриминация особенно обидна и вызывает резкий протест.
Кто считает себя патраном — им и является. Вне зависимости от цвета волос, кожи или даже религии. Потому что это не выгодно. Патраны в стране второй сорт, но мы не исчезаем, а растем в численности. И королевское правительство об этом прекрасно знает и старается не дать подняться. Мы, люди острова Патра, второе столетие живем при явном и демонстративном неравноправии. Даже эмигрировать в метрополию запрещено. Набирают рабочих по контракту на определенный срок и живут они в скотских условиях. А кто недоволен и смеет возмущаться — высылка или каторга. Приходилось видеть, когда проходил практику на заводе в Литгоу.
Я закончил Инженерный факультет университета в Синенде. Говорю на правильном шиольском и пошел на войну добровольцем. В надежде, между прочим, на полноценное гражданство. И даже при моем близком знакомстве с генералом, — он показал рукой на собеседника, — наградах и отсутствии любых нареканий по служебной линии (сплошные благодарности), я Шаманов из племени Бетинов, из Клана Чипоте. Неумытый горец не из офицерского королевского клуба. Мне в нем не место и отношение всегда будет предвзятым по одной единственной причине — происхождение. Заслуги побоку, всегда под подозрением в отсутствии восторженного образа мыслей. Прекрасно знаю про то, как минимум дважды зарезали повышение в штабе Корпуса. Звание старше лейтенанта, когда бывшие подчиненные уже в майорских погонах ходят, мне не положено, а вернуться в сержанты для продолжения службы после сокращения армии — извините. Придется начать с новой страницы.
— И где?
— Лучше всего в политике. Одна беда, прогрессисты разочаровали, популисты еще хуже. Хотя вина обеих партий в неисполнении обещаний не столь велика.
— Злодеи с метрополии.
— А что плохого в их идеях для королевства? Движение популистов ставило целью улучшение условий жизни всех. Прогрессисты хотели добиться равенства в политической системе. Они также надеялись добиться большей демократизации в экономической системе. Те, кто владеет природными ресурсами страны, говорили лидеры движения, должны поделиться частью своего богатства с теми, кому меньше повезло. С чего это наше богатство уходит в другие края? Это Шиол давит любые реформы, ставя нас на уровень колонии. А то вы не знаете! Они фактически вышли из доверия у простых людей. Пришло время появляться новым.