Сенсеры
Шрифт:
Дима медленно расцепил успокаивающие объятия и отошел.
– Переоденься, и мы поговорим. Я все объясню, отвечу на любой вопрос, только если ты будешь спокойна и перестанешь кидаться на меня с кулаками, – Дима слегка улыбнулся.
Он принес рюкзак и закрыл дверь. Элен опустилась на мокрый пол. «Неужели, это все на самом деле?» – она обхватила голову и уткнулась лицом в колени.
«Ты сильнее всех. Ты справишься»…
Вот только где взять сил? Кто бы ответил.
Успокоившись, Элен взяла рюкзак и начала копошиться в вещах. Давно пора сменить платье
«Что за мысли опять?! Вообще свихнулась?!»
Элен перебирала одежду в поисках подходящего верха. «Хорошо, что за окном лето, – подумала она, – зимой бы в рюкзак поместился один свитер и джинсы, в которых пришлось бы ходить два года». Два года! Кошмар! И почему именно два? Столько накопленных вопросов ждало ответов, поэтому Элен поторопилась со сборами. Она переоделась в шорты и бежевую футболку с ажурным вырезом, пообещала себе больше не плакать, не взрываться, и вышла из ванной комнаты.
Дима сидел в кресле, за обе щеки уплетал обед. Когда он посмотрел на вошедшую девушку, то замер и перестал жевать.
– Уже все остыло, но есть можно, – растерянно промямлил он, и, мельком оглядев Элен, уткнул взор в тарелку.
– Ты ешь, я подожду. – Элен не сдержала улыбку. Понравилось, что ее появление вызвало у парня мимолетное замешательство.
Она поставила балетки на подоконник, чтобы те быстрее высохли на солнце, и забралась на кровать. Спустя несколько минут Дмитрий расправился с обедом и присел рядом. Между ними запросто поместился бы еще человек, но Элен смутилась от такой близости.
«Хватит отрицать! Тебя, как магнитом, к нему тянет!»
Дима, устроив опору из подушек, взглянул на Элен.
– Готова послушать? – Он смахнул челку с глаз и улыбнулся.
– Готова, – тяжело выдохнула Элен.
Дима начал рассказ с истории сенсеров. Вернее, с той информации, что передавалась от родителей к детям. Точно никто не знал, как давно и где конкретно появились сенсеры. Единственное, в чем не было сомнений: их возникновение - результат опытов над людьми. Ученые искали способ улучшить возможности человека и проводили эксперименты на добровольцах. В основном это были бедные люди, которые за кусок хлеба соглашались на все. На них испытывали создаваемые препараты.
В итоге, работа не прошла даром. Но, когда подопытные узнали, что их не собираются оставлять в живых, то с помощью обретенных способностей устроили массовый побег. За ними начали охоту. Назвали сенсерами, так как помимо разных сверхъестественных возможностей, у всех проявилась одинаково повышенная чувственность и эмоциональность.
– Значит, Элита – та самая организация, что много-много лет назад начала облаву на сенсеров? – спросила Элен.
– Нет, это молодое общество, ему лет сорок, не больше. Говорят, что в каждой стране есть такие Элиты.
– Дима с отвращением
– И наши способности вызваны их препаратами?
– Нет, нет, – поспешил успокоить Дмитрий, – это у нас в генах. Все мы потомки тех бомжей, – хмыкнул он, – препараты вызвали какую-то мутацию в ДНК, так что это наследственное.
– Значит, и в моей семье когда-то были сенсеры? – удивленно спросила Элен, пересаживаясь удобнее.
– Не когда-то! Кто-то из твоих родителей сенсер. Это безоговорочно! Способности передаются из поколения в поколение. Второй, третий ребенок еще могут этого избежать, хоть и редко, но первенец всегда наследует мутированный ген.
Элен не верила в услышанное. «Мама с папой сказали бы», – была уверена она.
– Но мои родители не обладали ничем подобным.
– Ну, я не знаю, почему они скрывали от тебя.
– Может, вы ошиблись, и я не сенсер? Бывают же какие-то ясновидящие, экстрасенсы… может, я тоже такая и нет у меня никаких мутаций! Тем более, ты сам говорил, что ваши видящие вызывают видения, а я – нет! – с надеждой выпалила Элен.
– Элита бы не искала тебя. Им не нужны какие-то экстрасенсы. – Дима скрестил руки и вздохнул.
– Прости, конечно, что говорю, но либо от тебя нарочно все скрывалось, либо они не настоящие родители… ну, или один из них.
– Нет! – Элен завертела головой. – Наверное, просто не говорили. Только почему?
Она лучше поверит в сокрытие правды, чем в то, что не родная дочь. Внешне Элен очень похожа на маму: круглолицая шатенка с карими глазами, тонкими губами и маленьким прямым носом. Даже невысокий рост и миниатюрная фигура – мамины. А вот характером она точь–в–точь папа. У них и вкусы, и привычки – все совпадало. Так что, скорее всего, родители просто молчали. Только почему? И кто из них сенсер?
– Может быть, это мама? – вслух предположила Элен. – Она всегда относилась к моему проклятью спокойно, а папа – нет. Она понимала меня, а папа боялся видений, – протараторила Элен, обнадеженная догадкой. – Может, она тоже видела сны, просто…
– Стой, подожди, – прервал Дима, – не торопись с выводами. Во-первых, одаренный родитель не обязательно должен быть видящим.
– То есть?
– Со времен первых сенсеров столько поколений прошло, сейчас почти в каждом роду намешано по несколько, а то и все способности сразу. Не всегда передается дар родителя. Может проснуться любой. Тут не угадаешь, только гены командуют, у кого какой проявится. Твоя мать, если это, конечно, она, могла обладать любым даром.
«Мама тоже называла видения даром», – заметила Элен.
– Ты говорил, помимо видящих и внушителей есть кто-то еще…
– Да. Слышащие и чувствующие. У первых сильно развит слух, они все всегда знают, засранцы. – Дмитрий улыбнулся. – Вторые управляют чувствами и эмоциями. Они считаются самыми опасными врагами и самыми хорошими друзьями. Им раз плюнуть определить настроение или, наоборот, создать. Они - обманщики разума. Наш дом давно бы взлетел на воздух, если бы чувствующие вовремя не усмиряли бушующие эмоции.